Черный смерч
Шрифт:
Снова зазвонил телефон. Говорил Трунсул: он сообщил, что воды главного канала уже отведены. Но можно еще исправить положение. Для этого Гильбур должен договориться с Луи Дрэйком о слиянии кооператива фермеров с синдикатом, и тогда будет все в порядке. И если он согласится на предложение Луи Дрэйка, то станет еще богаче, его имя будет пользоваться большой известностью, и он будет самым уважаемым американцем...
Вильям Гильбур сказал, что подумает, и, плохо сдерживая беспокойство, побежал на картофельный склад. Он повернул выключатель, и лампочка
Гильбур поспешил в кабинет и позвонил нескольким фермерам, членам кооператива. Он уже не пытался скрыть истину. У всех картофель оказался зараженным. Один из фермеров, О'Кара, выходец из Ирландии, рассказал Гильбуру о национальном бедствии, разразившемся много лет назад из-за обычной "фитофторы инфестанс" в Ирландии. Вся страна, питавшаяся главным образом картофелем, после эпидемии фитофторы страшно голодала. Огромное количество переселенцев устремилось тогда за океан, в том числе и предки О'Кары.
– Что же делать?
– спрашивали перепуганные фермеры.
Гильбур предложил всем фермерам в тот же день съехаться в главном городе штата.
Вечером в переполненной комнате гостиницы Гильбур рассказал собравшимся фермерам о предложении Луи Дрэйка подчинить ему Кооперативное объединение фермеров. Возмущению фермеров не было границ. Одни предлагали обратиться к прокурору, другие - купить винтовки и защищаться, третьи вызвать Луи Дрэйка и повесить его. Кое-кто советовал позвать пастора и помолиться богу, а потом уж подумать. Старый, дряхлый О'Кара посоветовал добиться займа для пострадавших фермеров. Это было самое дельное предложение.
4
Автомобиль Вильяма Гильбура мчался по шоссе, выполняя все требования дорожных знаков и светофоров. Но сознание Вильяма Гильбура не принимало в этом никакого участия. Он был так поглощен мысленным спором с воображаемым противникам, стараясь извлечь из недр памяти самые разящие факты и самые убедительные аргументы, что управлял автомобилем автоматически сказывалась многолетняя привычка.
Чего он, Гильбур, хочет? Он хочет постановления о выдаче правительственной ссуды фермерам. Нет! Лучше - субсидии пострадавшим. И без того у фермеров много долгов.
К ночи Гильбур прибыл в Большой город. Поздно ночью, когда он вернулся в гостиницу и собирался ложиться спать, к нему в дверь постучали. Не дожидаясь приглашения, вошел пожилой, солидный мужчина. Он отрекомендовался представителем лобби Пирсона и сказал, что знает все о миссии Гильбура. Так как стиль его патрона - играть открытыми картами, то Пирсон просил предупредить Гильбура, что никакого толку из его поездки не получится, а пусть лучше он, Гильбур, согласится на условия Луи Дрэйка. Если же он не хочет... ага, мистер Гильбур отрицательно трясет головой?.. все же пусть мистер Гильбур, рассказывая о своем деле, не забывает
Высказав все это, посетитель кивнул Гильбуру и ушел.
"Меня думают запугать!" - возмутился Гильбур и на другой же день добился приема у влиятельного сенатора.
– Кредиты и субсидии для фермеров, пострадавших от фитофторы! воскликнуло "влиятельное лицо".- Превосходно, мы сейчас же начнем кампанию!
Обрадованный таким хорошим началом, Гильбур в шутливом тоне рассказал о ночном посетителе от лобби Пирсона.
– Вы сказали: от лобби Пирсона?
– переспросил сенатор.
Вильям Гильбур кивнул головой.
– Не пугайтесь, это еще не конец дела,- сказало "влиятельное лицо", проявившее явные признаки беспокойства при упоминании имени Пирсона.- Ради бога, не пугайтесь! Прошу вас, не впадайте в панику!
– Я и не думаю пугаться.
– Ну, вот и превосходно! Но возьмите себе маклера, наймите телохранителя и, пожалуйста, не упоминайте нигде и никогда о нашем разговоре и о вашем визите ко мне. Да ведь и разговора-то еще не было!
Гильбур обещал. "Влиятельное лицо" облегченно вздохнуло и, сославшись на занятость, распрощалось.
"Эх, дубина, дубина!
– ругал себя Гильбур.- Не надо было упоминать о ночном посетителе. Для слабонервных это не годится".
Поэтому, явившись ко второму "влиятельному лицу" и рассказав, в чем дело, Гильбур не упомянул о ночном посетителе. Второе "влиятельное лицо" отнеслось так же благосклонно к его делу. При Гильбуре было продиктовано стенографистке несколько писем к сенаторам с просьбой о помощи фермерам. Гильбур воспрянул духом.
В это время позвонил телефон. "Влиятельное лицо" выслушало внимательно невидимого собеседника, затем бережно положило трубку, будто она была стеклянная, сжало губы и, сложив вчетверо подписанные письма к сенаторам, разорвало их на мелкие клочки.
– Вы лжец, Гильбур, и вам не удастся втянуть меня в аферу! Еще есть бог и правда! Уходите, пока я не передал вас полиции!
– В чем дело?
– возмутился Гильбур.
– Вы хотите знать, в чем дело?
– закричало "влиятельное лицо".- Вы жулик и обманщик! Все! Оставьте сию секунду кабинет!
– Я протестую!
– закричал Гильбур.- Это все штучки Пирсона!
– Как вы смеете отзываться так о самом уважаемом человеке? Знаете ли вы, сколько он стоит? Почему вы сразу не сказали, что он против!
Гильбур ушел, хлопнув дверью.
После этого он обратился к знаменитому адвокату, не боявшемуся сложных дел. Адвокат встретил Гильбура приветливо, расспросил о деле и узнал все, включая визит представителя лобби Пирсона.
– Сколько вы ассигнуете на это дело?
– Пятьдесят и даже сто тысяч долларов!
– гордо заявил Гильбур.
Адвокат рассмеялся и, дружески похлопав Гильбура по плечу, сказал:
– Мой вам совет: поезжайте-ка домой и не затевайте ссоры. Пирсон канцлер мировой империи.