Шрифт:
1
Вика сидела перед телевизором с большой миской попкорна, ещё немного и она остановит свой выбор на корейских телешоу, которые они иногда смотрят вместе с Панкратовой по инициативе последней.
Даже если Ви сейчас и зацепит какое-то странное шоу, она Рите никогда в жизни не признается, что посмотрела его по доброй воле. Подруга ещё долгое время будет вспоминать ей пренебрежительное отношение к её любимцам.
С коридора донеслось странное завывание, претендующее на звание
– Non! Rien de rien. Non! Je ne regrette rien (фр. Нет! Ни о чем. Нет! Я не жалею ни о чём).
Ви усмехнулась, брат ужасно пел, как, впрочем, и она. Тарасова сместилась на диване ближе к двери, чтобы видеть довольно мурлычущего себе под нос парня.
– Ou allez-vous? (фр. Куда идёте?)
Влад обернулся. Его брови удивлённо взметнулись вверх, а на губах расцвела нахальная улыбка, стоило ему только заслышать несмелые изъяснения на другом языке. Усердные занятия не прошли даром, сколько бы систр ни ворчала.
– Oh, mia cara sorella! Hai deciso di parlarmi? (ит. О, моя дорогая сестра! Ты решила поболтать со мной?)
– Si (ит. Да)
– Das ist lustig (нем. Забавно)
– Иди ты, — обиженно насупилась Вика. С немецким дела обстояли у неё хуже всего.
– Quyen ru (вьет. Прелесть).
– Это ещё что? — не похоже, чтобы Ви слышала этот язык раньше.
– Вьетнамский, — рассмеялся Влад, пока его сестра демонстративно закатывала глаза.
– На юрфаке совсем заняться нечем?
– Так точно. С парнями в «Галерее» зависнем сегодня, устал я уже учиться.
Влад зашёл в гостиную, на ходу поправляя манжеты на своей чёрной рубашке. Он похлопал себя по карманам брюк, проверяя наличие кошелька и ключей от машины. Завертел головой в поисках смартфона, совсем не помнил, где его оставил.
– Прошло два дня с начала учёбы, бестолочь, — хмыкнула Ви, бросая телефон, лежащий за подушками на диване, прямо в руки брата. Тот отсалютовал пойманной вещью, быстро печатая кому-то сообщение. Вероятнее всего, отправлял послание в групповой чат его друзей.
Вика поставила на паузу телевизор, на экране симпатичный кореец пытался выпить что-то странного вида и цвета в большом стакане и не поморщиться, и сосредоточила своё внимание на брате, окинула его оценивающим взглядом, удовлетворённо кивая. Всё же кто бы что ни говорил, но классика не стареет. А вместе с хорошими природными данными смотрится ещё более выигрышно. Неудивительно, что за Тарасовым увивается целый хвост девчонок, куда бы он ни пошёл.
– Целых два дня, систр, мне пора перевести дух, — он улыбнулся сестре, мельком глянув на экран. Расскажет Ри стопроцентно, и они будут вместе её подкалывать.
– Хорошо, – Ви выключила плазму, хоть и было уже поздно, брат заметил. — Надеюсь мне не нужно напоминать о таких банальных
– Ты старше меня всего на десять секунд, — надул щёки, игнорируя вибрирующий телефон в руке.
Влад до сих пор не мог принять тот факт, что родился немного позже и не стал для своей сестры тем самым старшим братом. Однако это совсем не помешало ему чрезмерно опекать Вику, будто она из хрупкого хрусталя.
– Именно, — Ви щёлкнула пальцами в воздухе, довольно улыбаясь. — Я в нашей парочке старше, и это никогда не изменить. Так что аккуратнее там будьте. Если что — звони. Я пока спать не ложусь.
Парень, до этого хмурившийся, расплылся в улыбке, чмокнул сестру в макушку и вышел в коридор, попутно отвечая на звонок. Послышался хлопок входной двери, Тарасова осталась одна. Окинув комнату вороватым взглядом, она потянулась к пульту, включая прерванное телешоу. Завтра Ри всё равно её достанет, так что терять нечего.
– Хватит ломаться, братан, и давай уже выпьем!
Паша со всей дури налетел на только что появившегося Влада, сгребая его в свои медвежьи объятия. В одной из рук Анисина виднелся телефон, друг опять кого-то вызванивал.
– Отвянь, Паш. Я за рулём сегодня, — парень стиснул Тарасова в своих удушающих тисках ещё сильнее. Влад недовольно засопел ему на ухо, после нескольких секунд без особых усилий отодвинул громоздкую тушу от себя на приличное расстояние. Даже если по комплекции Анисин и походил на бурого мишку, с Тарасовым вряд ли кто-нибудь смог бы потягаться в силе и ловкости.
– Ну, ты и зануда временами, конечно.
– Пойду покурю, — Влад поздоровался со всеми присутствующими, полностью игнорирую театральную обиду друга.
– Ты же только приехал!
Тарасов не ответил. В клубе было слишком шумно. Иногда это приводило парня в восторг, в другой раз обстановка раздражала, посторонние звуки выводили из себя, и от них пульсировала голова. Влад уже жалел, что приехал по просьбе друзей, нужно было остаться дома с сестрой и смотреть те нелепые корейские ток-шоу. Точно, он обязан рассказать Панкратовой об этом. То-то возмущений будет.
Парень вышел через парадные двери клуба и прошёл немного дальше по улице, на ходу поджигая сигарету. Первая доза никотина заметно расслабила напряжённое тело, принесла долгожданное умиротворение. Сестра постоянно ругалась из-за курения, поэтому дома он старался этого не делать. Тарасов и сам прекрасно понимал весь вред пагубной привычки, но отказываться от неё пока не спешил.
Неоновые вывески вдоль улицы освещали пространство вокруг, отовсюду слышалась музыка и громкие голоса – всё это сливалось в один сплошной сгусток ночной энергии. Именно это и было в его понимании ночью.