Черный разлом
Шрифт:
– А тебе какие нужны? – впервые, за всё время что я провёл здесь, Олаф задал мне вопрос. – Просто мой отец занимается оружейным бизнесом.
– А какие есть?
– Разные, но если не хочешь бегать по городу как великовозрастный дурачок, то тогда придётся обратиться к гномам.
– К кому? – переспросил я.
– Гномам. Они в этом деле лучшие, подберут тебе пространственные ножны и все дела. Хочешь, таскай за плечом, как Конан, а хочешь – просто подумал, и они исчезли, а как понадобились, подумай о мече, и он тут как тут. – Олаф, наверное, сам смутился своей длинной речи. – Я попрошу папу, и он тебе сделает бесплатно ножны. А у подгорного народа
– А когда твой отец сможет приступить к изготовлению ножен? – спросил я. – Ведь время на это требуется.
– Сегодня, я позвоню ему, а ты мне опишешь характеристики меча, ну, там длину, ширину и тому подобное. А как только получим увольнительные, сразу заберём. А вот к гномам пойдёшь сам, они работают без посредников.
– Спасибо, Олаф. – Поблагодарил я его. – Теперь осталось узнать, когда нам дадут увольнительные, и договориться с гномами.
– Ну, насчёт увольнительных, я могу тебя огорчить. Их нам дадут только в конце октября. – Ответил всезнающий Костя.
– А с гномами я договорюсь. – Потёрлась о моё плечо Ксюша, словно большая кошка. – Не зря же я работаю на Контору.
Месяц до увольнительного пролетел незаметно, так всегда бывает, когда постоянно занят в учёбе, или на работе. Ксюша уже через неделю полностью переехала ко мне в комнату, оставив свои вещи в прежней. Костя и Таня тоже сошлись, но так как они считались учениками школы, то ночевать вместе, им было запрещено, но они находили способы уединяться, не зря же оба учились в разведывательной группе. В тот же день, как Олаф рассказал о своём отце, мы вечером позвонили ему и через неделю, к Олафу на телефон пришло сообщение, что ножны готовы. После проведённой ночи с Ксюшей, я буквально полегчал на три сотни килограммов, почернел, но при этом стал быстрее и ловчее в боевой трансформе. Такие оборотни, как хорьки и ласки, перестали быть для меня такой серьёзной проблемой как раньше. Теперь я успевал за ними уследить, когда они словно молнии атаковали меня на уроках по боёвке. Но самое главное, что произошло за этот месяц, это то, что я смог разобраться со всеми берсерками у себя в голове, и нашёл выход, который не принуждал меня выбрать кого-то одного, а сразу всех, и вот, как это происходило…
– Здорово, отрок! – поздоровался со мной Стирбьёрн, как только я крепко заснул и попал в зал со столом. – Ты, в следующий раз блокируй своё сознание, когда прелюбодействуешь! Пожалей хоть нас!
– А вы что? Всё видите!? – вместо приветствия спросил я.
– Всё что видит твоё сознание, то и мы видим! – улыбнулся он, и опрокинул в рот чарку с пивом, облив при этом свою рыжую бороду лопатой. – Надо сказать, что то, что ты вытворяешь с этой валькирией, добрый отрок в своё время себе не позволял!
– А что он позволял? – решил я проинформироваться о сексуальной жизни викингов.
– Э-э,…Ну, это самое, нагнул о плетень, закинул подол на голову, снял портки и загнал блуд куда надо! Вот. – Почесал он свою макушку. – Хотя можно и на сеновале зажать девку, тоже способ хороший.
– Но я то, не отрок, так что могу себе позволить нечто большее, чем просто загнать блуда!
– Пока да, но когда выберешь меня, станешь отроком.
– А почему именно тебя? Я склоняюсь к Оттару, он своими двумя мечами такое вытворяет, что здесь такого уже давно не видели. – Сказал я, и как только Стирбьёрн услышал имя Оттара, так он сразу вскочил на ноги.
– Что!!! – проревел он. – Этот прыщ! Да я его соплёй перешибу! Я тот кого ты должен выбрать, я владею
– Успокойся! – попытался унять его. – Почему у тебя такая нервная реакция, на то, что я могу выбрать не тебя?
– А ты ещё не знаешь??! Правильно, эти чистоплюи слишком горды! – он потряс куда-то своим кулаком, который больше смахивал на мою голову размерами. – А я не такой! Я родился, в семье треля, поэтому не стыжусь напрашиваться! Слушай меня, Михаил! После того, как ты выберешь одного из нас, остальные вернутся обратно в меч. И опять забвение на многие сотни лет!
– Но почему? Почему вы не можете остаться у меня в сознании?
– Это всё та чёртова ведьма! И её проклятье. – С каждым словом из здоровяка Стирбьёрна словно выходил воздух, он становился меньше, и руки его опускались. – Теперь ты знаешь всё. Выбирай достойного! К тому же, мы не можем сосуществовать вместе, даже если бы и могли обойти проклятье.
– Но почему? Разве трудно привыкнуть к другу? – мне стало, искренне жаль этого викинга.
– Викинги терпят друг друга только когда пьют, или на службе у конунга, да и то, там всегда знаешь, кто сильнее тебя, а если хочешь подняться в ранге, должен победить соперника. Да и опять же проклятье, в нём сказано, что некое подобие жизни, получит только один. – Стирбьёрн поднял на меня взгляд, и я увидел, как по его обветренной северными ветрами, и загоревшей под южным солнцем щеке, катится единственная слезинка. – А как бы хотелось снова почувствовать солёный ветер моря, когда сидишь на скамье и гребёшь вместе с напарником!
И тут мне в голову пришла идея.– А на драккаре вы не дрались? – спросил я его.
– Нет, на драккаре мы единое целое, пожалуй, это единственное место, где викинги равны между собой. – Он мечтательно улыбнулся. – А зачем тебе?
– Видишь ли, – пробормотал я, кое-что вычисляя. – Я тут подумал, и, кажется, понял, как решить вашу проблему.
– Ты думаешь, мы не пытались? За всё это время, нет, ты тоже не сможешь решить эту проблему. – Грустно покачал он головой.
– А ты закрой на минуту глаза, чего теряешь? – с улыбкой попросил я его.
– Как хочешь! – пожал он своими плечищами и закрыл глаза.
Я тоже закрыл глаза, и тут же начал представлять, как вместо этого зала появляется море и классический кнорр с прямоугольным полосатым парусом, который однажды видел в старом фильме.
– Эй! Ты что сделал!? – завопил Стирбьёрн.
– А тебе что? Не нравится?! – с улыбкой спросил я. Наблюдая как этот огромный мужик, словно маленький ребёнок дотрагивается до борта корабля. – Теперь вы все сможете находиться здесь. Ты же сам сказал, что на корабле вы едины?! Или не так?
– Так, так! – Стирбьёрн весело оскалился. – Надо позвать остальных сюда! Пусть оценят.
Он повернулся, ловко побежал, перепрыгивая лавки, и забравшись на нос корабля, закричал в даль:
– Эй! Бьёрнбэйн, собирай всех! У нас есть кнорр!
Не знаю, чего он своим криком хотел добиться, но у него реально получилось. Из ниоткуда прямо на палубу стали спрыгивать бородатые воины, и тут же шли осматривать кнорр. Последним появился Франсуа, признаться, он был самым слабым звеном, в моей затее. Но видимо, его скандинавские корни дали о себе знать, и он тоже с улыбкой бродил по кораблю. Я уже собирался просыпаться, когда ко мне подошёл великан Бьёрбэйн, и, не говоря ни слова, низко поклонился.