Черный разлом

Простоалекс

– Примерно пять процентов, он неплохо стал защищать свою шею, даже я на всей своей скорости не смог коснуться неё, а уж, чтобы укусить и подавно. Если он сможет зацепить новообращённого в первую минуту, я буду удивлён. Если нет, то эти пять процентов и есть его шансы на победу. Он по какой-то причине не контратакует? – Антуан стоял уже одетый. – Правда, с новообращённым ему это и не понадобится. И запомни Михаил! Ноосферату крайне ужасны с виду, не впади в ступор, если увидишь калеку, вампиры этого клана любят дарить свой поцелуй инвалидам.

Я кивал головой, и старательно вытирал на себе белую краску. Она почему-то не исчезла, когда я снова обратился в человека. Кое-как стерев краску, я оделся, затем мы попрощались с вампиром, и пошли в медвежий дом. На территории школы зажглись многочисленные фонари. В доме ещё никто не спал, Костя, Олаф и даже Таня дожидались меня внизу. Как только мы зашли, учитель указал мне наверх.

– Иди, набирайся сил, у нас мало времени.

И я мимо друзей

бегом бросился к лестнице. В комнате на столе были поставлены литровые банки с мёдом. А сверху лежала большая деревянная ложка. Открыв первую банку, я провалился в сладкое блаженство. Я всё ел и ел, большая ложка идеально подошла для этого дела. Для меня время потеряло свой смысл, я чувствовал, как мой ГОЛОД довольно урчит, Малыш тоже вместе со мной насыщался мёдом. Вынырнул я из этого блаженства, когда слизал с ложки последнюю каплю мёда. В сомнении оглядевшись вокруг себя, я поднял одну из пустых банок. Она была идеально чиста, даже запаха мёда в ней не осталось! Не долго, думая, я поднёс её ко рту, и попытался языком достать до её дна, но у меня ничего не получилось. Интересно, как тогда я добился такой чистоты? Но пожав плечами, я выбросил из головы этот вопрос, сейчас меня больше всего волновала предстоящая мне схватка с новообращённым вампиром Ноосферату. Спустившись в гостиную, где меня ожидали руководитель и друзья, мы все вместе отправились на школьную арену.

Надо отдельно сказать об Арене. Её построили уже очень давно, для того чтобы оборотни выясняли свои отношения не где-нибудь в подворотне, где не было возможности вовремя помочь проигравшему оборотню и даже спасти его жизнь. А на Арене, под взглядом десятков глаз, под которыми ссора вызвавшая драку между двумя оборотнями не кажется такой уж значительной и веской причиной для убийства сородича. Со временем главная функция Арены сменилась, теперь здесь оборотни просто проводили спарринги, для того, чтобы выяснить кто сильнее, и учебные поединки. Ещё раз в год на Арене проводился турнир среди оборотней, победитель которого автоматически получал отличные оценки по всем основным предметам. Да, ещё стоит сказать, что на Арене сдают экзамены те, кому выпал поединок с вампиром. Для этого патрули оборотней в Питере не убивают пойманных новообращённых вампиров, а привозят в школу. И сейчас мне и предстоит своеобразный экзамен. Всё это мне рассказал всезнающий Костя, пока мы шли к Арене. Чем ближе я подходил к Арене, тем всё больше нарастало во мне волнение, уверенность от насыщения мёдом ГОЛОДА куда-то испарилась. Да и тренировка с Антуаном не вселяла надежду, ведь на ней я был уверен хотя бы в том, что останусь живой. У арочного входа нас ждал председатель суда, оборотень-волк Рапша, наша группа остановилась около него. Мой руководитель повернулся ко мне.

– Отсюда наши дороги разделятся, председатель суда отведёт тебя к самой Арене.

– А разве это не Арена? – я окинул вопросительным взглядом куполообразное здание.

– Нет, это всего лишь трибуны. На всякий случай попрощайся с друзьями, я подожду. Но не задерживайся! – Холодные глаза волка блеснули иронией в лунном свете.

Я обернулся к своим новым друзьям, первым ко мне подошёл и обнял учитель.

– Давай, парень. Порви этого кровососа, и помни, о чём говорил тебе Антуан. Главное не давай себя укусить за шею. – Прошептал он мне на ухо, хлопнул по спине и отошёл.

Все остальные только и ждали, пока меня отпустит руководитель, сразу налетели. Таня повисла на шее, и по вздрагивающим плечам, я понял, что она плачет. Костя и гигант Олаф крепко стиснули меня в медвежьих объятьях. Особенно хорошо это вышло у Олафа, у меня даже кости хрустнули.

– Всё, время на исходе! Пойдём. – Поторопил меня голос волка за спиной.

Кивнув на прощание друзьям, я пошёл за председателем суда по тропинке ведущей налево в обход трибун Арены, а друзья вместе с Германом Евгеньевичем направились прямо к арке. Через сотню метров председатель открыл неприметную дверь в стене, и мы спустились во мрак под трибунных помещений.

– Слушай, а твоё испытание привлекло к себе много зрителей. У нас давно идут споры с вампирами кто сильнее, а тут бой между самым сильным, но неопытным оборотнем медведем, и имеющим среди вампиров такую же славу кланом Ноосферату, но опять же необученным вампиром. – Нарушил тишину руководитель суда.

– И в чью пользу склоняется мнение большинства? – Чтобы не молчать спросил я.

– Не в твою. У вампира ряд преимуществ, которые делают его шансы предпочтительнее. – В этот момент он остановился у маленькой деревянной двери. – Иди, и не думай, что я желаю тебе зла, ты мне ещё в первую встречу понравился, я хотел бы, чтобы у моих подопечных был такой же характер как у тебя. Удачи!

За дверью меня ожидала круглая песочная площадка, вся залитая лунным призрачным светом. Напротив меня раскрылась такая же дверь.

– "Малыш! Давай вторую форму!" – мысленно крикнул я. Из тёмного зева проёма раздавались лязгающие металлические звуки.

Уже обернувшись во вторичную форму, я стал различать какое-то движение во мраке проёма. В нос шибануло запахом смерти и канализации, грива сама по себе встала дыбом. В крови забурлил адреналин и погнал кровь по сосудам.

Дыхание участилось, как и сердцебиение, все страхи и волнения отступили прочь. Ещё не видя вампира, я уже ощутил его жажду и ненависть, в ответ на это изнутри меня, из самой глубины моего естества стала подыматься ярость. И вот, после минутного ожидания из темноты проёма, в бледном лунном свете показалась голова вампира. Она была ужасна на вид, полностью лысая, лишь за заострёнными ушами росли пучки серых волос. Красные глаза со щелевидными зрачками дополняли картину, нижнюю челюсть, от губы до подбородка разделял вертикальный шрам. Как разительно он отличался от утончённого эстета Антуана. Но вампир не стал ждать, пока я вдоволь им налюбуюсь, он решил представить, мне возможность разглядеть его поближе, прыгнув прямо из проёма на меня. Только благодаря тренировкам Антуана, я сумел увернуться от него, опять меня чуть не подвели мои человеческие знания, ну кто мог подумать, что человеческое существо сможет с места в прыжке одолеть больше девяти метров? Уйдя перекатом с линии его прыжка, я сам прыгнул, куда подальше от этого кровопийцы. И этот прыжок спас меня от холодных объятий новообращённого вампира, потому что вампир по пятам меня преследовал, долго такая игра в догонялки продолжаться не могла, мой ГОЛОД, дающий мне ускорение не бездонен. В очередной раз, уйдя от вампира, я резко обернулся и встретил его в воздухе. И вот тут я понял, зачем вампиру вертикальная черта на подбородке, не обращая внимание на мой удар, который разорвал ему половину грудины, он ещё в воздухе вцепился в мою правую руку своими тонкими и длинными, но сильными пальцами с острыми когтями, и резко приблизившись, укусил за плечо. При этом его нижняя челюсть ровно по разделяющей полосе разошлась в стороны и вниз, позволив ему своим укусом покрыть чуть ли не половину моей не такой уж и тоненькой руки. Пронзительная боль и онемение от укуса полностью захлестнуло моё сознание яростью. С одной мыслей, лишь бы прекратить эту боль я ухватил левой рукой за голову вампира, при этом пальцами выдавив ему глаза, и отшвырнул подальше. Боль исчезла, но онемение никуда не делось, правая рука ощущалась так, словно я всю ночь на ней пролежал. Да и раны не спешили затягиваться.

На трибунах поднялся невообразимый шум, оборотни ревели и рычали, многие стали оборачиваться. Сотни глаз были устремлены на Арену. Ярость и неистовство зрителей в полной мере передались мне, я ощутил, что сейчас на Арене, за меня болеют все. Ведь именно вампиры являются самым древним врагом оборотней. Переломный момент боя наступил, теперь уже я пошёл в атаку на вампира. Кромсая когтями вампира, я полностью погрузился в хаос драки. Через минуту боя я понял, что у нас возникла патовая ситуация. Он покрыл укусами всё моё тело кроме шеи, и даже слепота не стала ему помехой, а я также раскромсал его везде, кроме горла. Несмотря на свою жажду, у вампира присутствовал хоть какой-то инстинкт самосохранения. Всю площадку Арены теперь покрывали чёрные пятна крови, моей и вампира. Надо было срочно что-то предпринять, в отличие от вампира, который за счёт моей крови постоянно получал приток свежих сил для регенерации, у меня раны от укусов и царапин затягивались слабо.

– "Эй, братец! Мочи его, а то у меня здесь незваный гость ломится!" – В голове зазвучал мысленный крик Малыша.

– "Какой ещё гость? Лучше посоветуй, как снести башку этому кровососу". – Снова промахнувшись по вовремя увернувшейся голове вампира.

– "Пушистый северный оборотень, в простонародье песец! А снести ему тыковку клыкастую ты и сам можешь, вспомни день, когда Ксюша к тебе подкрадывалась?!"

Точно! Как мне самому в голову не пришло?! Вампир ведь успевает уворачиваться от моей нынешней ладони, а если я сменю ладонь на боевую лапу? Он просто не успеет убрать тыковку, но надо чем-то отвлечь его внимание. А чем как не кровью? Снова ударив левой рукой его по туловищу, и дождавшись, когда он опять вцепится своей пастью мне в руку, я подмял его всей массой. Вампир не обратил на это внимания, он самозабвенно пил мою кровь. Вызвав в себе малую толику ГОЛОДА, я направил его энергию в правую кисть, представляя себе как она меняется на боевую. Убедившись, что трансформа прошла как надо, я посмотрел на вампира, а он не терял даром времени. Боль и онемение уже распространились на всю руку. Вампир словно в экстазе закатил глаза, раны на его теле с каждой секундой затягивались, а вот мои дела были плохи. Ещё минута промедления, и вампир полностью осушит меня. В глазах потемнело. В ушах застучала кровь. Зарычав во весь голос, я вырвал левую руку из пасти Ноосферату и нанёс удар изменённой рукой. Вампир не успел увернуться, да и некуда ему было, он лишь успел чуть дёрнуть головой, поэтому удар не пришёлся в горло, а смахнул верхнюю часть головы.

Кое-как поднявшись на ноги, я ещё успел удивиться, почему в вампире оказалось так мало крови. Из обрубка шеи с частью нижней челюсти, теперь уже ничем не сдерживаемой и развалившейся на две половины с редкими, но острыми зубами и двумя игольчатыми клыками, ничего не вытекло. На трибунах оборотни трясли серебряное ограждение и что-то орали, но из-за шума в ушах я ничего не слышал. На моё плечо кто-то положил руку, медленно обернувшись, я успел отметить радостное лицо моего руководителя, прежде чем моё сознание плавно съехало во тьму.