Черный Оазис

Ливадный Андрей Львович

Впервые за последние несколько лет Маркус Моллиган был вынужден признать, что ощущение, только что испытанное им, несмотря на скоротечность самого события, оказалось во сто крат сильнее всех иных, вместе взятых, впечатлений, которые ему доводилось ощущать в различных фантомных мирах. Он лишь краем глаза успел взглянуть на панораму загадочного “Черного Оазиса”, но интуитивно понял - этот мир таит в себе нечто особенное. Ошеломляющая, болезненная окончательность виртуальной смерти,

ее холодная, ничем не смягченная, никак не обоснованная и совершенно не приукрашенная обыденность вызвала у него шоковую реакцию. Это не походило ни на один наскучивший стандарт компьютерных игр, а от неподдельной реальности ощущений до сих пор ломило голову в той точке, куда угодила пуля импульсной винтовки…

…У Маркуса дрожали кончики пальцев, когда он сел в свое кресло перед компьютерным терминалом, не замечая, что за окном уже теплится рассвет.

Закрыв глаза, он внутренне собрался, концентрируя свою волю на одном желании: попасть в виртуальное пространство “Черного Оазиса”.

Остальное являлось делом техники. Ярко выраженная, внятно сформулированная мысль была считана чипсетами импланта, преобразована в машинный код и передана посредством инфракрасного порта обмена данными на приемное устройство терминала.

Соединение произошло мгновенно, но, вопреки ожиданию, Маркус оказался не на окраине заросшего бурьяном поля, а на самой вершине одного из черных пирамидальных сооружений.

Он увидел огромный полусферический зал с множеством входов, посреди которого стоял постамент из черного пластика. На скошенной панели странного обелиска виднелось углубление, по форме и размерам соответствующее человеческой ладони с растопыренными пальцами.

Рядом с Маркусом внезапно возникло движение, и он резко обернулся.

Нет, это был не космический пехотинец Конфедерации - рядом со входом, через который проник Маркус, на полу сидел сухощавый подросток лет пятнадцати. Его лицо кривилось от боли, мышцы правой щеки спазматически подергивались. Поверх обычной клетчатой рубахи на незнакомом парнишке был надет кевларовый бронежилет, весь испачканный кровью, в руках он судорожно сжимал импульсную винтовку.

Присмотревшись, Моллиган понял, что тот силится что-то сказать, но вместо этого только заглатывает ртом воздух.

Маркус кое-что понимал в компьютерных мирах, и поэтому он уже уловил основное свойство данного пространства: оно подчинялось мысли, деформируясь согласно четко выраженному желанию. Молодой Моллиган не отличался состраданием к ближнему, для этого он был слишком эгоистичен и избалован, но в данном случае он поступил против правил, хотя и не против логики. Глядя на бледное, бескровное лицо парня, он усилием воли сформировал у себя в руках виртуальную копию автоматической аптечки, которая в реальности лежала у него в комнате на полке одного из встроенных шкафов. Это был один из немногих кибермеханизмов, чье устройство он знал досконально. Почувствовав вес аппарата,

он активировал его и положил пружинисто расправившего конечности механического паука на окровавленный бронежилет незнакомого подростка.

Шустрый кибермеханизм мгновенно вскарабкался к оголенному участку шеи и впился в незащищенную кожу пациента своими лапками, изнутри которых выдвинулись иглы иньекторов и анализаторов.

Маркус сделал это, потому что нуждался в информации. В зал постоянно входили новые посетители “Черного Оазиса”, но они, не обращая внимания на окружающих, группами и поодиночке сразу же устремлялись к широкому лестничному маршу, ведущему куда-то вниз - очевидно, на следующий уровень черной уступчатой пирамиды.

Прошла минута, и лицо незнакомого подростка разгладилось, его щека перестала конвульсивно подергиваться, а кожа приобрела розоватый оттенок.

– Спасибо… - хрипло прошептал он.
– Ты новичок?

Маркус кивнул.

– Как тебя зовут?

– Зови меня Ник.

– Хорошо… Я Павел.

– Будем знакомы, - без особой теплоты ответил Маркус, присаживаясь рядом. Этот мир все более интриговал его.

– Кто тебя так?
– спросил он. Павел странно дернулся.

– Ублюдок какой-то, - ответил парнишка.
– Тоже из новеньких. Гаденыш без воображения. Думал разжиться броником да импульсной винтовкой. Сзади подкрался и ножом…

– Ясно… А почему так?
– тут же переспросил Маркус.

– Говорю - придурок, - сплюнул Павел и пояснил: - Этот мир особенный, понимаешь? Не как обычная виртуалка. Тут ничего не валяется под ногами, а с помощью воображения можно получить лишь то, что ты себе абсолютно ясно представляешь.
– Павел скосил глаза на импульсную винтовку, которую по-прежнему не выпускал из рук.

– Что же тут сложного?
– Маркус внимательно посмотрел на оружие Павла, и у него в руках появилась точная копия винтовки.

Павел презрительно скривился.

– Выстрели, - посоветовал он.

Маркус попробовал, но без особого успеха. Утопленная в волокончатый приклад сенсорная кнопка активации никак не отреагировала на прикосновение.

– Муляж, - уже без тени насмешки констатировал Павел.
– Нужно досконально знать, как винтовка работает, - пояснил он.
– Представить себе “ИМ” во всех деталях, чтобы получить в руки действующий образец.

– Или отнять у кого-то?
– развил его мысль Маркус.

– Или так, - поморщившись, согласился Павел.

– Ясно.
– Проехали.
– Маркус присел на корточки подле своего случайного знакомого и указал на обелиск.
– Что это за постамент посреди зала?

– Миллион кредитов. Тот, кто дойдет до него и приложит руку, получит деньги.

– Так просто?
– приподнял бровь Маркус.

– Ну, не совсем… Этот терминал для тех, кто входит с вершины соседней пирамиды. А наш там - на ее макушке. Вот и весь смысл. Дойдешь живым - миллион твой. Не дойдешь - твои проблемы.