Чёрный меч
Шрифт:
— Но нас ведь спасут? — спросил ещё один, молчавший до этого мужик, лет пятидесяти, седой и в маленькой вязаной шапке, похожей на тюбетейку. — МЧС сразу прибудет, с техникой, разгребут заносы и…
— Я не уверен, — сказал я.
— Обоснуй, — потребовали почти все.
— Не могу, — сказал я. — Просто интуиция. Что-то случилось. Это не просто буря, не просто снег, не просто звери. Тут что-то странное творится. Что именно, сказать не могу, но мне это очень не нравится. Очень надеюсь, что я ошибся, тогда с рассветом можно ждать технику.
— Я
— Как бы то ни было, а из лагеря не отлучайтесь даже по нужде, вон, между машинами встали и сделали все дела, а результат можно снегом присыпать.
Народ, хоть и был напряжён, разошёлся по машинам, некоторые даже завалились спать. А я, решив, что ситуацию больше ничем не исправить, присел обратно на стул, взял пропечённую тушку фазана, разломил напополам и протянул вторую половину Жене.
— Спасибо, — кивнул он и вгрызся в сухое мясо зубами. — Слышь, Юрий Владимирович, у меня тут мысль появилась.
— Озвучь? — предложил я с набитым ртом.
— Что, если мы это… ну, куда-то провалились?
— В смысле?
— Ну, вот был наш мир, а вот — параллельный. Вот мы ехали по своему миру, а тут попали в бурю и нафиг вылетели из него. Отсюда непрекращающаяся пурга, отсутствие связи и странные звери.
— Кто-то фантастики перечитал.
— Может быть, — он пожал плечами и продолжил воевать с жёстким, слегка подгоревшим мясом.
Ночь уже близилась к завершению, когда я не выдержал и отправился к себе в джип. Ружьё положил рядом, а сам развалился на разложенных сидениях. Перед этим мы ещё дважды сходили за дровами, теперь костёр будет гореть долго, до утра точно.
Я включил двигатель, потом печку, после чего просто провалился в сон.
Разбудили меня, как будто, через пару мгновений. Вот только часы упорно показывали, что прошло пять часов. Разбудил меня Женя, который тут же вывалил ворох плохих новостей. Смена, что дежурила у костра, заснула, а потому наутро мы недосчитались одного человека. Молодой парень, что водил «Ладу». А вдобавок неизвестные забрали труп Ивана, который точно был мёртв, но момент смерти никто не зафиксировал. Следов никаких не осталось, поскольку буря их моментально заметала.
Но этим список несчастий не заканчивался. На часах была половина десятого утра, при этом небо нисколько не посветлело. Да и пурга, хоть и немного утихла, продолжала мести. Лагерь наш выглядел настоящим замком, со всех сторон окружённым снежной стеной, в которую встроены машины. Мой джип с одной стороны накрыло с верхом. За ночь снег слегка растаял, но на его место наметало новый.
— Что за фигня тут творится? — спросил я у собравшихся товарищей по несчастью.
Вид у них был испуганный, а женщины были близки к истерике. Лучше всего держалась мамочка, стояла молча, крепко прижимая к себе сыновей. Дети, кстати, тоже попались спокойные, к приключению отнеслись
— Плохо всё, — заявил дядя Паша, указывая в сторону леса. — Твари пришли, забрали парня. И мёртвого тоже забрали.
— А что за твари? — спросил я, не особо надеясь на ответ.
— Я только краем глаза видел, — сообщил Женя, глаза у него были мутные, видимо, снова чем-то закинулся. — Какая-то тёмная тварь, вроде, человек, а вроде и херня какая-то. Руки длинные, как у обезьяны, и идёт так… телепается вправо-влево, как паралитик. У меня сосед такой был, от бухла его кондратий обнял, он тогда выжил, но с тех пор так и ходил.
— И следов нет? — уточнил я.
— Один след я видел, — сказал водитель грузовика. — Только непонятный. Лапа, вроде как у волка, но пятка человечья. Теперь уже не видно.
— Ситуация совсем плоха, — резюмировал я. — У кого какие предложения?
— Валить отсюда, — уверенно сказал Женя, его всё сильнее вставляло, отчего слова он говорил невнятно. — Мы… короче, опасно идти, но тут точно загнёмся. Я так думаю.
Он замолчал, а я обвёл взглядом собравшихся. Двенадцать человек, из которых три женщины и два ребёнка. Мужиков всего ничего. Я, невменяемый Женя, старый дядя Паша, чуть менее старый мужик в тюбетейке, водитель грузовика, худой, и ещё один, относительно молодой парень, который сейчас шептал что-то на ухо своей жене.
Я посмотрел в ту сторону, откуда мы пришли. Если идти по дороге, то, может быть, до посёлка дойдём. Самых крепких пустить впереди, остальные за ними. Звери? Так им тоже снег мешает, глядишь, не успеют внезапно напасть. Тяжело, но попробовать стоит.
— Тебя как звать? — спросил я водителя грузовика.
— Лёха.
— Лёха, бери топор, идём по дороге в противоположную сторону. Посмотрим, можно ли вообще пройти. Если метров сто прошагаем, то вернёмся, возьмём остальных и идём в сторону посёлка. Тут нам ловить нечего.
Но сперва мы ещё раз отправились к лесу, чтобы нарубить ещё дров. Там уже образовалась небольшая проплешина, свалили и притащили три больших берёзовых ствола, которые быстро распилили на чурки и уложили поверх углей. Одной проблемой меньше. Неведомое зверьё пока никак себя не проявляло.
Потом настал черёд пробивать дорогу. Занятие не самое приятное. Снег был сухим, двигаться можно, но нормальной просеки не получается. Даже следом за нами идти будет трудно, люди быстро выдохнутся, а детей придётся нести.
Тем не менее, мы с Лёхой продолжали упорно двигаться вперёд, пытаясь отойти хоть на сколько-то. Я в одной руке держал фонарик, а в другой ружьё, не хотелось столкнуться с неизвестной тварью, которая к тому же ещё и ядовита.
За неполный час удалось пройти метров двести-двести пятьдесят. Дорога в этом месте поворачивала, а за поворотом мы встали.
— Не понял, — сказал Лёха, хватая ртом воздух. — Это чё?
— Вот бы знать, — я стянул с головы шапку, потом ей же вытер пот со лба, поход дался нелегко.