Черный лед
Шрифт:
— Мне нужно кое-что спросить, — сказал Шерлок.
Печатник подозрительно посмотрел на него:
— Что?
Шерлок протянул ему визитку:
— Это вы печатали?
Тот критически осмотрел ее:
— Нет. А теперь убирайся!
Шерлок попятился, а мужчина вернулся к своей работе. Если все печатники такие грубые, то он закончит свое дело в считаные минуты и не будет знать, чем занять время до намеченной встречи с Амиусом Кроу.
Но второй печатник оказался дружелюбнее. На этот раз Шерлок смог заглянуть в заднюю половину типографии, где мальчики младше него вращали стальные
Шерлок задал тот же вопрос, предъявил ту же карточку, но, хотя этот печатник улыбался и готов был помочь, оказалось, что визитку печатал не он.
Удача поджидала Шерлока в третьей типографии. На этот раз печатник был худым и высоким, вдоль его запавших щек лентами свисали бакенбарды. Глядя на него и помня слова Амиуса Кроу о том, что каждый человек носит на себе отпечаток своей профессии, Шерлок начал замечать признаки, характерные для печатников. Впитавшиеся под ногти и в бороздки на пальцах чернила. Рубцы на подушечках пальцев оттого, что человек много лет вынимал железные буквы набора. Длинные прямые порезы на ладонях, оставленные движущимися бумажными лентами. Все эти знаки были налицо — для человека, который хотел их увидеть.
— Да-да, — кивнул типограф. — Помню. Странный заказ. Обычно люди заказывают четыре-пять сотен визиток, чтобы раздавать их направо и налево, верно? Я хочу сказать, вы же не будете показывать свою карточку, а потом забирать ее обратно? Но этот тип хотел всего одну. Вручил мне клочок бумаги, на котором было написано, что надо напечатать. — Он пожал плечами. — Я сделал набор и напечатал всего одну визитку. Предложил ему еще сотню за какой-то лишний шиллинг, но он отказался. — Печатник немного подумал. — На самом деле он не сразу сказал «нет», сначала он вышел наружу поговорить еще с каким-то типом, а потом вернулся и отказался.
— А вы можете описать того, второго?
— Забавно с ним получилось, — ответил типограф, — я ведь узнал его! А он меня — нет. Люди не помнят тех, кто когда-то на них работал.
— Я помню, — сказал ему Шерлок. И поправился: — Буду помнить.
— Значит, ты гораздо лучше прочих. Я раньше работал в типографии на Друри-лейн. Печатал всякую всячину для театров — программки, афиши, рекламные плакаты… Ну, ты знаешь. Этот парень — тот, который снаружи стоял, — часто тогда приходил. Он там работал в одной из таверн, вышибалой. Выгонял на улицу тех, кто много выпил, или тех, у кого денег не было, или драчунов. Кажется, она называлась «Шафтсбери». Мы им печатали меню, рекламу и все такое.
— Можете его описать? — Шерлок затаил дыхание.
Печатник пожал плечами:
— Маленький, как шавка. Волосы длинные, сосульками. Черная борода. Носил меховое пальто. Кажется, такие каракулевыми называют. Имени его не помню.
— Спасибо, — сказал Шерлок. — Если мне понадобится печатник, я вспомню про вас.
И он вышел с ликующим сердцем. На улице Шерлок взглянул на часы: до встречи с Амиусом Кроу оставался час с четвертью. Может, хватит
Вся эта улица сплошь состояла из театров и таверн. Среди театров попадались и мюзик-холлы, где выступали певцы, жонглеры и акробаты, и настоящие драматические театры, в которых ставились серьезные пьесы. В некоторых шли концерты классической музыки, и Шерлок, увидев афишу «Женщина-скрипач! Вильма Норман-Неруда», с тоской вспомнил уроки игры на скрипке.
Таверна «Шафтсбери» обнаружилась в середине улицы. Рядом был театр, где шла комическая опера Бернанда и Салливана «Кокс и Бокс». Название Шерлоку не понравилось.
Он присел на крыльцо дома, стоявшего напротив таверны, и приготовился ждать. Он ссутулился и прислонил голову к косяку, притворившись спящим, но на самом деле зорко следил, не появится ли низенький человек с длинными сальными волосами.
Спустя примерно три четверти часа мужчина, подходящий под описание, вышел из «Шафтсбери» через переднюю дверь. Одет он был именно так, как описывал печатник. Он оглядел улицу и пошел направо. Шерлок — за ним. Возможно, незнакомец приведет его к своему дому. Будет о чем рассказать Амиусу Кроу!
Человек повел Шерлока вниз по Друри-лейн, через площадь, которая называлась Севен-Дайлс — «Семь циферблатов», и дальше — к Трафальгарской площади. Шерлок уже начал узнавать некоторые кварталы Лондона и старался запомнить маршрут. На Трафальгарской площади бородач свернул налево, прошел мимо богато украшенного коричневого фасада вокзала Чаринг-Кросс и гостиницы с тем же названием. Шел он быстро, и Шерлок изо всех сил старался не отставать.
На улице Олдвич коротышка повернул направо, и Шерлок понял, что он направляется к мосту Ватерлоо, чтобы пересечь Темзу.
Остановившись у будки в начале моста, бородач заплатил несколько монет. Шерлок сомневался: идти ли за ним дальше или вернуться к назначенному месту встречи с Амиусом Кроу? Но что он скажет Кроу? Что нашел нужного человека и снова его потерял? Нет, надо было идти дальше, хотя бы до конца моста, чтобы посмотреть, куда этот человек направляется.
Шерлок порылся в карманах в поисках монет. Плата за проход составляла всего одно пенни. Проскользнув мимо сборщика пошлины, он заплатил и продолжил преследование. Коротышка продолжал идти, не оборачиваясь и не глядя по сторонам.
На другой стороне моста он двинулся к зданию, в котором Шерлок узнал вокзал Ватерлоо, но, не заходя внутрь, повернул налево. Шерлок следовал за ним, стараясь прятаться за прохожими, на случай, если его жертва обернется.
Бородач не оборачивался, но неожиданно свернул направо, в арку.
Подойдя к арке, Шерлок остановился и стал всматриваться в темное пространство под осыпающимся кирпичным сводом. Внутри была густая тень, и он не мог ничего разглядеть.
Он сделал шаг, потом другой, пока не оказался на границе света и тени. Незнакомца по-прежнему не было видно. Шерлок повернулся, чтобы пойти назад, на встречу с Кроу.