Черный лед
Шрифт:
— За какое время до нашего прихода это произошло?
Лакей немного подумал.
— Прошло не более пяти минут, — наконец сказал он. — Ну, может быть, десять.
— Вы слышали какой-нибудь шум или еще что-нибудь необычное?
— Ничего, сэр.
Кроу кивнул.
— А что вы думаете об этом посетителе? Каково ваше мнение?
Бриннелл поморщился.
— Это не моего ума дело, сэр, — пробормотал он.
Кроу поднял руку. Между пальцами блеснула яркая монета в полкроны.
— Мне важно ваше мнение, — сказал он. — Все останется между
Бриннелл раздумывал минуту.
— В этом нет нужды, — ответил он. — Мне нравится мистер Холмс. Он всегда был добр ко мне. Да, добр, именно так. Если вы пытаетесь помочь ему, то и я с вами.
— Вы хороший человек, — сказал Кроу. Монета снова исчезла в его широкой ладони.
— Я думаю, что этот человек был слишком хорошо одет для своего положения, если вы понимаете, что я имею в виду.
— Да, я понимаю вас и ценю вашу честность.
— У него что-то было в руках? — неожиданно спросил Шерлок.
Амиус Кроу кивнул.
— Хороший вопрос, — буркнул он.
Бриннелл нахмурился, пытаясь вспомнить.
— Мне кажется, у него был небольшой чемоданчик, который я хотел оставить в гардеробе, но он прижал его к себе, словно там хранилось что-то ценное. Я предположил, что чемодан нужен для встречи с мистером Холмсом.
— Очень полезная информация, — произнес Кроу.
Дверь снова распахнулась, и вошел один из уже знакомых констеблей.
— Сержант Коулман просит вас явиться в Скотленд-Ярд для дачи показаний, — объявил он.
— Буду рад, — ответил Кроу. — Мне интересно будет узнать, как продвигается расследование.
— Расследование? — с улыбкой повторил констебль. — В нем нет необходимости. Мы взяли убийцу с поличным.
Полицейский проводил их к выходу. Когда они уже выходили из клуба, Бриннелл вроде бы хотел еще что-то сказать, но вместо этого догнал их и вложил в руку Шерлока клочок бумаги. Там значилось: «Орвилл Дженкинсон, адвокат» — и был указан адрес. Должно быть, это тот самый адвокат при клубе «Диоген», о котором говорил Майкрофт. Шерлок благодарно улыбнулся Бриннеллу и кивнул.
Когда они снова вышли на свежий воздух, Шерлок повернулся к Амиусу Кроу и задал вопрос, мучивший его весь последний час:
— Мистер Кроу, а что будет, если мы не сможем доказать невиновность моего брата?
— Будет суд, — мрачно сказал Кроу, — а потом, если его признают виновным, боюсь, что повесят за шею, пока не умрет. [2]
ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА
Полицейский участок на Боу-стрит и мировой суд находились в здании из белого камня на углу площади Ковент-Гарден. Подходя к дому, Шерлок пристально разглядывал его, стараясь сохранить в памяти мельчайшие детали. У него было странное ощущение, что это здание будет иметь для него какое-то особое значение. И он очень надеялся, что не из-за смертного приговора, который вынесут здесь его брату.
2
Традиционная
По стенам и вдоль края кровли шел ряд выступающих камней, так что фасад казался зубчатым, в результате здание было больше похоже на средневековый замок, чем на место, где приводился в исполнение закон. Глядя на эти выступы, Шерлок улыбнулся. Если бы Мэтти Арнетт был здесь, он бы взобрался по ним на крышу, как по лестнице.
Двери находились на уровне улицы — ступенек не было. Снаружи висели белые фонари. Глядя на них, Кроу нахмурился и повернулся к констеблю:
— Вы, случайно, дом не перепутали? Я думал, что на всех полицейских участках в стране висят синие фонари, а не белые!
— Да, таков закон, — признал констебль. — Его приняли семь лет назад. Однако ее королевское величество не одобрило синие лампы на этом здании. Как известно, принц-регент умер в синей комнате, упокой Господь его душу, и с тех пор королева не выносит этот цвет. Она довольно часто ездит в оперу, которая находится поблизости, и каждый раз ей приходилось отворачиваться при виде синих фонарей. Поэтому она попросила их заменить. Я сказал «попросила», но на самом деле я думаю, она просто заявила комиссару полиции, что, если он не сменит фонари, она сменит его.
— Любопытно, — пробормотал Кроу, — что женщина, у которой в этой стране столько власти, запрещает всем остальным женщинам голосовать и владеть имуществом.
Полицейский провел их мимо широкой стойки в холле. Мимо сновали люди в костюмах и в форме — каждый спешил по какому-то важному делу. Шерлок и Кроу прошли по коридору, свернули за угол и поднялись по ступенькам. Там их пригласили в комнату, где стояли стол и рядом с ним три стула: два с одной стороны и один — напротив. Кирпичные стены были окрашены в гнетущий темно-зеленый цвет.
— Ждите здесь, — сказал констебль. — Сержант придет через несколько минут. Прошу не покидать комнату.
Как только он ушел, Кроу тяжело опустился на стул. Тот жалобно скрипнул под его весом.
— Располагайся поудобнее, — предложил он. — Мы отсюда не скоро уйдем. Похоже, они решили нас помариновать, чтобы мы понервничали и с большей охотой отвечали на их вопросы. — Он фыркнул. — Конечно, на его месте я бы допрашивал нас по отдельности.
— Почему? — спросил Шерлок, усаживаясь рядом с Кроу.
— Если бы он допрашивал нас отдельно, то мог бы сравнить наши ответы. Если бы мы разошлись в показаниях, следователь понял бы, что кто-то из нас, возможно, лжет. Ну а если он станет допрашивать нас вместе, ты сможешь услышать мои ответы и, соответственно, изменить свою историю, и наоборот.
Он откинулся на спинку стула, закрыл глаза и надвинул на них шляпу, загораживаясь от света.
Шерлок огляделся, но в комнате не было решительно ничего интересного. Она словно нарочно была обставлена по-спартански. Его мысли обратились к Майкрофту. Брат, возможно, находился сейчас где-то рядом, но в его камере наверняка еще меньше удобств и уюта.