Черный Камелот
Шрифт:
Американец аккуратно снял с доски чехол и обернулся к присутствующим. С этого момента все разговоры велись только на немецком языке.
– Это схема округа Падерборн, – негромко сказал американец, постучав костлявым пальцем по карте. – Вот здесь, – палец указал на красный флажок, – находится замок Вевельсбург.
Конуэй увидел, что эсэсовцы удивленно переглянулись. Лишь лицо Раша не выражало ровным счетом ничего. Замок Вевельсбург? Где-то он уже слышал это название...
– Завтра, – спокойно продолжил полковник, – вы нападете на замок. Вас будет шестеро. Руководит операцией гауптштурмфюрер Раш. В
– Я? – не столько переспросил, сколько взревел Конуэй.
Полковник кивнул.
– Но я не какой-нибудь там коммандо, черт вас подери!
Полковник чуть раздвинул губы в улыбке:
– Вы будете участвовать в рейде не в качестве солдата. Вам все объяснят позднее. А сейчас просто слушайте.
Конуэй до такой степени ошалел, что почти не слышал военные и технические подробности операции, которые весьма детально изложил полковник. Затем американец перешел к соседней карте, где была изображена вся Германия. Вооружившись черным мелком, полковник стал говорить что-то про армию, армейские группировки, фланговые удары и обходные маневры. Все присутствующие понимающе кивали головами.
Один лишь Конуэй сидел холодный как мрамор и все пытался осмыслить невероятную новость: ему придется участвовать в диверсионном рейде на цитадель Гиммлера. Сумасшествие какое-то! Он не диверсант, даже не военный. Его никогда не учили обращаться с оружием, он будет им обузой! Надо как-то выкручиваться, в панике думал Конуэй. Неужели они не понимают, что он только свяжет им руки? Господи Боже!
– ...Таким образом окружение Рура будет завершено, – говорил тем временем полковник. – Вы сами решите, в каком направлении вам двигаться – на восток или на север. Возможен также рывок на юг, хоть это и отнимет больше времени. Американские войска будут к северу и к востоку от вас. Это понятно? Повторяю еще раз: ни в коем случае не двигайтесь на запад. Согласно нашей предварительной оценке, в рурском котле под руководством фельдмаршалов Моделя и Кессельринга останется не менее четверти миллиона немецких солдат. Вы попадете прямо к ним в лапы. Вопросы есть?
– При чем тут я? – воскликнул Конуэй, но его вопрос остался без ответа.
Других вопросов не было. Инструктаж полковника был подробным и полным, а слушатели, судя по всему, оказались людьми опытными.
– При чем тут я? – повторил Конуэй.
– На кухне приготовлен ужин, – сказал полковник. – Вам нужно подкрепиться.
Все встали и направились к двери, Конуэй вместе с ними, но кто-то схватил его за плечо и посадил обратно на стул. Репортер оглянулся и увидел, что на него сверху вниз смотрит Раш.
– А вы останьтесь. Ваш инструктаж еще впереди.
Участие Конуэя в рейде стало причиной длительного спора. Идея родилась у Уиллса, который постарался устроить дело таким образом, чтобы Паттерсону эта мысль пришла в голову как бы самому. Тем самым Уиллс избавлялся от всех проблем, связанных с Конуэем. Ему не улыбалась ни одна из перспектив: ни малосимпатичный судебный процесс, ни тягостная обязанность втихомолку прикончить ирландца. Для Паттерсона Конуэй был чем-то вроде дополнительной гарантии, второй линии обороны. Журналист из нейтральной страны, с прекрасными
Раш сопротивлялся изо всех сил. Твердил, что Конуэй слаб, ненадежен, жалок, что он подлый предатель. Англичане и американцы просто не представляют себе, какая сложная операция – нападение на замок. Конуэй только будет путаться под ногами. Без него группа представляет собой маленький, но слаженный и мощный механизм. Ирландец поставит их всех под угрозу.
Рашу объяснили, что Конуэй может ему пригодиться. Лишний свидетель не помешает.
Раш решил, что, черт подери, ему представится случай свести счеты с предателем. К тому же включение Конуэя в группу было приказом, который обсуждению не подлежал. Раш понял это, скривился, но был вынужден подчиниться.
И вот Конуэй остался в комнате с Рашем, полковником, англичанином и американцем. Ирландцу объяснили, в чем будет состоять его роль. Представителю нейтральной страны, обладающему хорошими документами, передвигаться по Германии будет не так уж сложно. В городе Бюрен, находящемся в нескольких километрах от Вевельсбурга, живет некая ирландка, вдова немецкого дипломата. Скорей всего, она не откажет соотечественнику в приюте. Если понадобится, Конуэй сможет спрятаться там до прихода союзнических войск. До Бюрена совсем недалеко, можно добраться лесом. В той местности вообще много лесов.
Оставшись один, Конуэй первым делом подумал, что нужно уносить отсюда ноги, но ставни на окнах были закрыты, массивная дубовая дверь – тоже. Потом в комнату вернулся американец, и Конуэй в отчаянии спросил, почему выбрали именно его. Американец заявил ему прямо, без обиняков:
– Этого потребовал Раш.
– Так это он придумал?
– Он.
– Он хочет меня прикончить, – тоскливо пробормотал Конуэй. – Он хочет меня прикончить, потому что я...
– Причины мне известны.
– И все-таки вы отправляете меня с ним?
Американец открыл чемоданчик, достал оттуда кожаный пояс и протянул Конуэю:
– Вот, наденьте.
– Зачем? Он не спасет меня от пули.
– И тем не менее он вам пригодится. В него зашиты бриллианты. Пощупайте.
Конуэй увидел, что в некоторых местах пояс чуть-чуть оттопыривается.
– Бриллианты?
– На десять тысяч фунтов. Вы их сможете продать где угодно. После того как вы доставите нам документы, получите еще.
– Какие документы? – тупо спросил Конуэй.
– Сами знаете. В Вевельсбурге есть досье, где есть еще такие же документы.
– Кто вы? – спросил ирландец, но американец не ответил.
– Нам нужны эти бумаги. Если у вас будет возможность порыться в досье, заберите все, касающееся корпорации «Ко-лект».
Тут Конуэй наконец сообразил.
– Так вот что это была за отчетность, – присвистнул он. – Корпорация «Ко-лект»...
Американец предостерегающе поднес палец к губам, потом снова открыл чемоданчик и достал оттуда гранату.
Конуэй в ужасе на нее уставился.
– Это еще что такое?
– Граната системы «миллз». Выдергиваете чеку, высвобождается рычажок. Через пять секунд происходит взрыв. Во всяком случае, так мне рассказывали.