Черный Камелот
Шрифт:
4) Допрос заключенного Конуэя дал нам возможность подготовиться к работе с Рашем.
5) Раш поставил условие: давая показания, он не будет предавать своих личных друзей. Условие было принято, хоть и с некоторыми оговорками. Начав давать показания, объект говорил долго и без принуждения.
6) Биография.
Родился в Берлине в 1910 году. Сын помещика Максимилиана Раша.
Место жительства: собственное поместье близ Ландсберга, Восточная Пруссия.
Образование: императорская гимназия в Баден-Бадене; Берлинский универститет, офицерская
В СС вступил в 1933 году, намереваясь сделать военную карьеру. В ту пору многие немцы аристократического происхождения стали членами СС. Раш говорит, что вступил в эту организацию в один день с князьями Гессенскими, Кристофом и Вильгельмом. В ходе допроса Раш подтвердил, что служил в полку личной охраны Адольфа Гитлера. По престижу и личному составу эта часть похожа на лейб-гвардейскую бригаду британской армии.
В «Лейбштандарте» Раш служил с 1934 до 1940 года; в его обязанности входила охрана фюрера.
По словам Раша, в 1940 году по личной просьбе он был переведен в боевые части, сражавшиеся во Франции и Бельгии. Награжден Железным крестом 1-го класса – за участие в боях под Сент-Этьенном, где Раш служил в танковой группировке фон Клейста. Был ранен, вернулся в Германию, после излечения в госпитале вернулся на службу в «Лейбштандарт». Во время русской кампании 1941 года награжден Рыцарским крестом с дубовыми листьями. Орден вручил ему сам Гитлер. В последующие годы Раш участвовал в трех специальных операциях под руководством штурмбаннфюрера СС Отто Скорцени: освобождение Муссолини в Гран-Сассо; нападение на дворец адмирала Хорти в Будапеште; диверсионный рейд во время наступления немецких войск в Арденнском лесу 15 декабря 1944 года.
7) Стенографический отчет. Вскоре после начала допроса я убедился, что необходимо вести дословный протокол, который прилагается ниже. Согласно Вашим инструкциям, сначала я спросил Раша, что ему известно о Гитлере.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Когда вы в последний раз видели Адольфа Гитлера?
РАШ: Лично? На похоронах Рейнхарда Гейдриха в Берлине, в июне 1942 года.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: А с тех пор?
РАШ: Не видел.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Как близко вы были с ним знакомы?
РАШ: Два раза обменялся рукопожатием. Он знал меня в лицо. Иногда здоровался со мной кивком.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Но вы не были с ним в близких отношениях?
РАШ: С фюрером никто не состоит в близких отношениях, кроме разве что Геббельса и Бормана. Но я часто находился поблизости от него.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Когда именно?
РАШ: Когда он садился в автомобиль, выходил из автомобиля, присутствовал на военных парадах, посещал различные учреждения и заведения. Правда, мне не полагалось смотреть на фюрера – я должен был смотреть по сторонам, а не пялиться на Гитлера.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Значит, ничего особенно ценного вы не знаете.
РАШ: Если бы я спросил вас, что вы знаете о Черчилле, что бы
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Хорошо, что вам известно от других?
РАШ: Вы имеете в виду сплетни? Я не любитель сплетен.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Ничего, нам всем приходится к ним прислушиваться. Вы ведь долго вращались там, должны были слышать много интересного.
РАШ: Ну хорошо. У Гитлера есть любовница. Вам нужны такого рода сведения?
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Продолжайте.
РАШ: Ее зовут Ева Браун. Она в связи с Гитлером уже несколько лет. Ее сестра Гретель замужем за группенфюрером Фегеляйном, который слывет у нас соглашателем.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Фегеляйн пользуется влиянием?
РАШ: Только в вопросах, связанных с лошадьми. Он когда-то был инструктором по верховой езде.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Что-то у нас с вами дело не движется.
РАШ: Я мало что знаю об Адольфе Гитлере. Зато мне много известно о Гейдрихе.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Гейдриха нет на свете уже почти три года, а нас интересует свежая информация. Каково состояние здоровья Гитлера?
РАШ: Ходят слухи, что после покушения на его жизнь в июле прошлого года здоровье фюрера пошатнулось.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Больше вам ничего не известно?
РАШ: Нет. В январе я разговаривал со Скорцени. Он сказал, что Гитлер по-прежнему уверен в победе.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Как это?
РАШ: Насколько я понимаю, он надеется на ракеты «фау». Я воевал на Восточном фронте, сражался на Западном. Только идиот может считать, что Германия способна победить в войне.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Вы хотите сказать, что Гитлер не в своем уме?
РАШ: Еще раз повторяю, я давно его не видел. Но я рад, что нас с ним лечат разные доктора.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Почему? Кто его доктор?
РАШ: Его зовут Морель. Вот уж кто настоящий псих. После того, как в Гейдриха бросили бомбу, он лежал в госпитале, в Праге. Ранения были не такие уж серьезные, во всяком случае, от них обычно не умирают. Но Гитлер и Гиммлер настояли, чтобы в Прагу из Берлина вылетели все медицинские светила. Это было сборище прима-балерин. Они стояли вокруг раненого и излагали каждый свою излюбленную теорию. Тем временем началось заражение крови, и рейхспротектора спасти было уже нельзя. Один мало-мальски опытный хирург, вовремя сделавший нужную операцию, вытащивший из тела посторонние фрагменты и осколки, очистивший рану, спас бы Гейдриха. Но Морель и Керстен только болтали. И Гейдрих умер. Он мучился девять дней.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Откуда вы все это знаете?
РАШ: Я находился в это время в Праге.
СЛЕДОВАТЕЛЬ: И все-таки кто вам это сообщил?
РАШ: Вдова Гейдриха Лина. Она была еще хуже, чем он, – этакая ледяная блондинка. На похоронах я должен был поддерживать ее под руку, но моя помощь не понадобилась – Лина стояла как статуя. Гейдрих же вообще был...
СЛЕДОВАТЕЛЬ: Нас интересует Гитлер.
РАШ: Я уже сказал, что личный врач Гитлера – Морель. Слава Богу, что мне не нужно у него лечиться.