Черный Дождь
Шрифт:
Черт. Я ведь знала, что не должна была позволять ей пить газировку в восемь вечера. Я легла в кровать с Пи, не собираясь оставлять ее. Клянусь, за этот день у меня было больше выбросов адреналина, чем за всю жизнь. мое сердце никак не могло успокоиться.
Я лежала очень тихо, прислушиваясь ко всему. Я беспокоилась из-за каждого автомобиля, который слышала вдалеке. Даже небольшой шум ветра вызывал приступ страха, и я не знала, что делать. Крепко прижав Пи к своей груди, я вспомнила те выходные. Которые она провела со своей матерью.
***
Я
Я развернула кресло и уставилась в окно, возвышавшееся над огромным миром. Сверкающие огни расплылись от моих слез, и я уронила голову на руки. Мои локти упирались в колени, и я расплакалась, болезненно втягивая воздух, который обжигал меня при каждом вдохе. Я разжала руку, когда мельком увидела знакомое сердце, насаженное на тонкую кость, спускающуюся вниз вдоль пронзительной вены с внутренней стороны моей руки, прямо над разорванной колючей проволокой с четырьмя колючими шипами.
Подставив руку так, чтобы поймать на нее мои слезы, я получила дождь, падающий на сердце из еще невысохших чернил. Черный дождь. Мое сердце кровоточило черным дождем, который никогда не остановится.
Он остановился.
Остановился сразу же, когда я услышала спор, а затем стук захлопнувшейся двери. Я сидела совершенно неподвижно и приказала слезам остановиться. Собрав всю волю в кулак, я приказала себе перестать плакать. Я не ожидала, что он войдет. Я предположила, что Блейк сразу же поднимется наверх и оставит меня в покое. Он этого не сделал.
Я оставалась сидеть в бордовом кожаном кресле, повернувшись к окну. Что, черт побери, ему нужно? Зачем ему надо было прийти сюда?
— Привет, тебе не обязательно разворачиваться, — сказал он позади меня, — По правде говоря, так будет проще. – здорово. Он собирался уволить меня. Теперь за что?
Я проглотила сухой комок, не в состоянии ответить. Я не собиралась поворачиваться.
— Знаю, это прозвучит безумно, и все такое, но у меня к тебе есть, как бы, предложение. Это прозвучит дико, — повторил он, не получив ответа от меня. Предложение? Что, черт возьми, это означает? — Ладно, итак, я тут подумал. Ты ведь знаешь, как сильно я сейчас занят на работе и все такое, и если ты не заметила, я как бы не очень люблю свидания, верно? Не знаю, что это такое, может я наконец-то повзрослел или что, но я больше не хочу быть свободным игроком. Понимаешь, о чем я?
Я покачала головой и нахмурилась, вытирая слезы изнаночной стороной своей рубашки. К чему, черт побери, он ведет?
— Да. Ладно. Итак. Черт. Это делает меня отчаявшимся, но я не такой. Я мог бы получать женщин каждый день. Посмотри на меня. Это не проблема.
Блейк хвастался своей привлекательностью. Не льсти себе жеребец. Не так уж ты и крут.
— Ладно, итак, ты знаешь, мы договорились
Я наконец смогла сформулировать предложение за эмоциональным срывом.
— Вы предлагаете платить мне за секс?
— Ну, не знаю, я бы это выразил по-другому. Ладно, да. Именно так. Вот. Это все. Я бы хотел платить тебе за то, что ты будешь развлекать меня здесь, на дому. Я устал таскать сюда девиц, и устал от всего этого сценария обольщения. Но… Я все еще мужчина. Если бы ты захотела позаботиться о некоторых потребностях, мы могли бы заключить сделку. Мне просто нужно что-то простое без всяких привязанностей.
Не знаю, что случилось после этого. Может это сочетание эмоций, сжигавших меня на живую после потери матери, или возможно это было то, что я обещала никогда не делать. Я бы никогда не стала чьей-либо шлюхой. Даже за это. Когда я думаю об этом, я задаюсь вопросом, не было ли это неприятием, которое я чувствовала от Блейка. Он предлагал платить мне за секс с ним. Полагаю, что того, что я думала, возникло между нами, там вообще не было. Внезапно мне стало еще больнее. Я вскочила и постаралась пробежать мимо него. Почему я почувствовала себя отвергнутой? Он мне даже не нравился.
— Стой, Макайла. Что происходит? Что случилось?
О Боже.
Нет.
Не Блейк.
Тьфу!
Просто это должен был быть он. Я вцепилась в Блейка и разрыдалась на его твердой груди, пока его руки крепко сжали меня, успокаивая. Четыре года боли и страданий выплеснулись именно здесь, в объятьях Блейка. Глупая, глупая девчонка. Его губы целовали мои волосы, пока он успокаивал меня, поглаживая руками по спине. Секунды обернулись, в, по меньшей мере, десять минут, пока я не выплакала все до последней слезинки.
— Я сожалею, — наконец заговорила я, взяв свои эмоции под контроль. О, Боже. Что же мне теперь делать? Я попыталась убежать от него, но он остановил меня.
Ухватив мой подбородок двумя пальцами и подняв его, Блейк заглянул в мои опухшие, потерянные глаза.
— Кто сломал тебя, Макайла?
— Жизнь, — сказала я, отстраняясь от его прикосновения. Блейк нежно взял мою руку и перевел взгляд на мою работу, рассматривая ее сверху вниз.
— Это твоя жизнь? – спросил он, проведя тыльной стороной своих пальцев вниз по внутренней стороне моей руки, по разным символам, воспоминаниям и черному дождю от моих слез. Я снова резко дернулась от него. У меня получилось вырваться, и я убежала в свою безопасную комнату, прямиком в душ. К счастью, Блейк не последовал за мной. Иисус. Какого черта это было? Мало того, что Блейк Коуст попросил меня заняться с ним сексом за деньги, так я еще безобразно намочила его рубашку своими слезами. Брось, Микки. Правда?