Черные Земли
Шрифт:
Их было не меньше дюжины. А может, даже и больше. Мужчины в форме, с армейской четкостью рассредоточившиеся по узкой полоске берега. Один из них держал Йенсени, рукой в перчатке зажимая ей рот, и Дэмьен увидел, что ее широко раскрытые испуганные глаза взывают к нему о помощи.
У Тарранта ничего не вышло. Или, возможно, землетрясение настигло его, прежде чем он успел применить Творение; возможно, он так и не навел врага на ложный след. Но при всем этом какое же Затемнение сопутствовало этим людям, если Дэмьен даже не почувствовал засады. А это означало, что на их стороне колдун, причем весьма могущественный. А если так… Он
– Не делай этого, – предостерегли его.
Изумленный священник проследил взглядом, откуда послышались эти слова. Темный силуэт мелькнул среди рассыпавшихся цепью солдат, фигура в тяжелом шерстяном одеянии, двигавшаяся с нечеловеческой грацией. Блеск эполет и позументов свидетельствовал о высоком ранге; остальные бойцы были, судя по всему, рядовыми. Переливчатый голос, с каким-то определенным акцентом, который Дэмьен не опознал.
– Даже не пытайся, – повторили ему. Командир наставил что-то на Дэмьена, и священник, затрепетав, понял, что это такое. Пистоль. – Любое Творение или попытка Творения – и я убью тебя на месте! Понял?
Дэмьен скованно кивнул, отчаянно стараясь осмыслить происходящее. Из этой ситуации должен найтись какой-то выход. Непременно. Но поглядев на рассыпавшихся цепью солдат и на их высокорослого командира, он почувствовал отчаяние. Может, выход и есть… только ему не найти.
Командир кивком отдал приказ, и двое воинов шагнули в воду и двинулись к Дэмьену. На мгновение он задумался о возможности оказать сопротивление, но один из воинов тоже поднял пистоль и нацелил его в лицо Дэмьену. Прямо в лицо. Священник в отчаянии поглядел на стальной ствол, стоя по пояс в ледяной воде; а в это время второй воин забрал у него меч, выдернул кинжал из-за пояса, забрал все, чем Дэмьен мог бы воспользоваться в целях атаки или самозащиты. Если бы его сейчас раздели догола, священник не почувствовал бы себя более обнаженным, чем оставшись без оружия. Отчаяние охватило его с неслыханной силой. Значит, вот так? Значит, вот так и закончилось все, за что они боролись, ради чего терпели страдания, во имя чего молились? Он не желал смириться с этим. Он отказывался в это поверить.
Его бесцеремонно выволокли на берег и заставили опуститься на колени. Руки завернули за спину и защелкнули наручники на запястьях; теперь он окончательно понял, что проиграл, – и от этого едва не разрыдался. Но нет, такого удовольствия он им не доставит. Они победили его, схватили, заковали, лишили заветных надежд, но проявления слабости они от него не дождутся.
Командир в шерстяном плаще неторопливо приблизился к нему. Для чего ему пришлось выйти из тени на свет, так что Дэмьен смог рассмотреть его. Он услышал судорожный всхлип Йенсени, моментально прекратившей сопротивление, когда она взглянула в лицо своему мучителю.
Это был ракх.
Победоносный величественный ракх с густой шелковой гривой, развевающейся на ветру при ходьбе, с глазами, кажущимися зелеными в лунном свете. Не из того же племени, что и Хессет, но явно из родственного и претерпевшего под воздействием внешней силы сходную эволюцию. Его лицо подверглось боевой раскраске охотника из джунглей – серебряно-золотые
– Все кончено, – спокойно сказал ракх.
И именно из-за того, что эти слова были произнесены столь бесстрастно, они пронзили сердце Дэмьену ледяной иглой. «Все кончено». Они проиграли. У них ничего не вышло.
Священник обескураженно опустил голову.
«Прости меня, Господи. Мы так старались. Но что могли мы сделать еще?»
– За лодками, – распорядился ракх.
Три человека бросились вдоль узкого берега в восточном направлении и через пару минут пропали из виду.
– Их должно быть трое, – произнес хорошо знакомый Дэмьену голос.
И пораженный жуткой догадкой священник обернулся. Хотя крепкая рука держала его за плечо, не давая возможности повернуться ни слишком сильно, ни слишком быстро, он все же извернулся настолько, чтобы увидеть высокого стройного мужчину, спускавшегося на берег, подметая камни полами длинной шелковой туники.
Это был Джеральд Таррант.
– Ах ты, ублюдок! – хрипло прошептал Дэмьен. – Черт тебя побери. Значит, ты нас предал!
– Где твоя спутница? – спросил у него из-за спины ракх.
Дэмьен не мог говорить. Не мог шевелиться. Он едва мог дышать, такая сильная ярость охватила его. Ярость, замешанная на отчаянии, потому что если Таррант переметнулся на вражескую сторону, то у самого Дэмьена и у его маленькой подопечной теперь не было ни малейшего шанса освободиться. Ни сейчас, ни когда-либо впредь.
С привычной грацией Владетель преодолел разделявшее их расстояние.
– Где Хессет?
И вновь Дэмьен на мгновение утратил дар речи. Но затем слова пришли – слова, напоенные жгучей ненавистью:
– А в чем дело? За нас двоих тебе меньше заплатят?
Сзади его еще раз ударили по голове, так что искры из глаз посыпались.
– Где она? – повторил вопрос ракх.
Его голос не оставлял сомнений в том, что, если понадобится, Дэмьена снова ударят.
– Она умерла, – выдохнул священник. И посмотрел снизу вверх на Тарранта, проклиная посвященного за отсутствие малейшей реакции на бледном надменном лице. Неужели Дэмьен и впрямь столько пропутешествовал по свету с существом, настолько бесчеловечным? Неужели когда-то он доверял ему? – Черт бы тебя побрал! – выхаркнул он. – Она умерла за наше дело!
Слова прозвучали обвинением, и он вложил в них столько презрения и желчи, сколько смог.
– За ваше дело, – холодно уточнил Владетель. – Своим я его с определенных пор не считаю.
– Где она умерла? – монотонно спрашивал ракх. – И когда?
Время с пространством спутались в сознании у Дэмьена, слились воедино.
– На день северней. Кажется. Там пропасть.
– Знаю я эту пропасть, – хмыкнул ракх. – С утра пошлю туда людей за подтверждением.
Дэмьен вспомнил тело Хессет – изломанное и безжизненное. Слава Богу, она не дожила до этой минуты. Слава Богу, не стала свидетельницей полного поражения.