Черные стрелы 2
Шрифт:
Нирт, сквозь зубы, послал капитана куда подальше с его напутствиями и мысленно пообещал сам себе больше не ввязываться ни во что подобное. Все-таки его дело - пасти коз, а не учувствовать в таких опасных делах. Именно сейчас Нирт ощутил свое предназначение особенно остро, тщетно пытаясь унять разыгравшуюся в коленках дрожь.
Шагающий рядом охотник выглядел спокойно и уверенно, чем приободрил спутника гораздо больше фальшивых напутствий Тула.
– Вот ведь ублюдок, этот Тул, - зло прошептал Нирт, глядя
– Тварь та еще. Сам боится своей шкурой рисковать, так послал нас. Урод...
– Ты можешь вернуться, - безразлично произнес Тенро, но его молодой спутник дернул головой:
– Нет. Я сам согласился на все это и вот мое наказание. Отец говорил, что мужчина должен держать слово, вот сейчас я сдержу, но потом... десять раз думать буду, прежде чем рот свой разевать! Злость придала юноше храбрости и его понесло: - Может, будете смотреть на меня, когда я с вами разговариваю?!
– выпалил он.
– Сейчас не время, - коротко бросил Тенро, неотрывно глядя на холм.
– Время!
– Щеки Нирта вспыхнули, и он дернул рукоятку сундука на себя, вынуждая спутника остановиться.
– Все постоянно относятся ко мне, как к ребенку! Мне это надоело! Я мужчина и требую к себе такого же отношения, слышите?!
– Успокойся, - Тенро, все-таки, повернулся к юноше и наткнулся на его полные обиды глаза.
– Не желаю до самой смерти быть на побегушках! Не умереть бы только, а там уж я больше глупостей делать не стану.
– Кажется, сам себе пообещал Нирт.
– Да еще сон этот... говорят, такое к смерти снится и!..
Ослепительно сверкнула молния.
- Этого еще не хватало, - сокрушенно буркнул Нирт. Вдруг он заметил, как впереди на холме, между редких деревьев, кажется, что-то блеснуло. Юноша замер в нерешительности.
– Берегись!
– крикнул Тенро, чьи слова растворились в грохоте грома. Но охотник опоздал.
– Что это...
– пораженный Нирт, коснулся арбалетного болта, торчавшего из его груди и в этот же миг второй, точно такой же, пробил его руку насквозь, пригвоздив ладонь к сердцу парня.
На побледневших губах Нирта выступила кровь, и он с досадой взглянул на замершего рядом охотника. Перед тем, как жизнь покинула юношу и его глаза навсегда закрылись, он увидел, как арбалетные болты, словно рассерженные пчелы, врезаются в тело охотника.
* *` *
Когда Тенро упал на траву, он уже не дышал. Два арбалетных болта пробили его грудь, один вошел в живот и еще один пробил бок навылет. Кольчуга не смогла защитить тело - ее звенья лопнули под острыми стальными жалами, засевшими глубоко в человеческой плоти, пробившими сердце и вдоволь напившимися свежей крови.
Боль была жуткой, ослепительной, с металлическим привкусом и безумным жжением. Потом тело Тенро ударилось о землю, отчего по пропитанному болью
Застывшими глазами он уставился на пасмурное небо, роняющее на его лицо холодные капли дождя, казавшиеся алыми. Он умирал в крови и грязи, и это показалось знакомым.
А потом наступила тьма. Она окутала Тенро своим саваном, заключив в ледяные и колкие объятья так, как уже делала это раньше. Он уже умирал и теперь вспомнил это.
Мысль об очередной смерти стала для Тенро последней.
Охотник не слышал шума боя, доносящегося с той стороны, откуда он шел. Он не узнал, что Тул, вместе со всеми своими людьми погиб вскоре после него самого. Не видел он и неспешно идущих к его телу мужчин...
Их было чуть меньше двух десятков. Каждый хорошо вооружен и, судя по повадкам, не понаслышке знающий, с какой стороны браться за меч и арбалет. Словно стая волков, они окружили своих жертв, но даже не взглянули на мертвые тела - их интересовал только сундук.
– Как детей, чес слово...
– хмыкнул один из мужчин, шмыгнув кривым носом.
– Деревенщины, чего ты хотел-то?
– с нескрываемым презрением ответил другой, пнув лежавший неподалеку труп совсем юного парня, с двумя болтами в груди.
– Ага, только один из этих деревенщин ночью отправил Муга на тот свет.
– Возразил первый.
– Стрелой точно сердце! Это с такого-то расстояния!
- Муг сам виноват! Нечего было шуметь. Я ж за ним прямо стоял, так меня чуть этой же стрелой не прошило. Еще и утаскивать его пришлось.
– А Тигнир и Алиндр? Этот старик порешил их...
– Надо было расстрелять из арбалетов, а не идти на него врукопашную. Он же бывший пехотинец, я сразу татуировку приметил. Да и ладно теперь. Подумаешь, пятеро трупов - больше наши доли. А так, говорил же - дело плевое! Сейчас и денежки поделим...
– А что хозяину скажем?
– недоверчиво прозвучал третий голос.
– А если еще и Леон прознает, как быть тогда?
– Скажем, что отдали дуракам деньги, да и отпустили, как договаривались. Барону этого хватит. А Леон... этот бы и сам пустил им кровь, если бы не дела в монастыре.
– Мы сейчас к нему?
– В голосе неизвестного прозвучало опасение и явное нежелание, куда-либо ехать.
– Угу. Он сказал, что если до нашего прихода не получит то, что нужно хозяину - монастырю конец. Так что давайте поспешим. Глядишь, найдем пару миленьких маленьких и кротких монашек!
– Говоривший расхохотался и остальные поддержали его.
– Может эта, поглядим, чего у этих осталось?
– На что ты тут будешь глядеть-то, Гарка? Они ж с деревни. Вон, на оружие глянь - разве что не ржавое, но тупое, что твоя башка! Кошели срезали, и будет, да и в сундуке добра хватает.