Чёрные перчатки
Шрифт:
Но больше всего поражала глаз застройка, покрывающая вершину холма. Купеческие и графские поместья были просто дворцами. Тонкие шпили в глубине вершины, пузатые башенки ближе к краю, зубчатая стена – всё это представлялось единым целым, одним огромным замком, в котором, наверное, могли жить боги или демоны.
Даже разруха не бросалась в глаза, руины зданий и выжженные аллеи, казалось, прикрывались другими зданиями и свежей зеленью разросшихся парков.
– Нет маяка, - удивлённо сказал один из братьев с островов Щита. Второй, менее разговорчивый, закивал.
–
– Все и так туда смотрят, - хрипло сказал Крун.
По центру холма располагалась самая высокая башня, кажущаяся невесомой из-за своей тонкости. Её вершина немного расширялась, образуя небольшую площадку. На как раз солнце набежала небольшая тучка, и собравшиеся на палубе баркаса люди увидели слабое в свете дня мерцание.
– Иногда по ночам его и с берега видно, - заворожено поделился владелец баркаса.
– Сердце Озера там, - алчно облизнув губы, сказал Карпре. – И клянусь, я его достану. Мы просто должны его достать. Капитан, правь левее, в порту мы не встанем, напоремся ещё на какую-нибудь затонувшую посудину.
– Не учи отца… - ответил Крун, впрочем, ничуть не раздражённо. Кажется, вид Сердца Острова поглотил его полностью. Впрочем, как и других.
– Я хочу туда, - прошептал Кермег, который, казалось, забыл про свою морскую болезнь.
– Попадёшь, - восторженно пообещал прокажённый могильщик. – Попадёшь, сопляк, я тебе это обещаю.
Кермег посмотрел на Велиона. Чёрный могильщик усмехнулся и ободряюще ему кивнул. Мальчишка вновь направил свой горящий взгляд на Сердце Озера, город, где он, скорее всего, сложит голову.
– Теперь я верю, что это не обычное для легенды преувеличение, - сказал Карпре, оглядывая корабли в порту. – Что не утонул только один корабль. Иначе, как бы столь великий народ мог построить вшивый городишко, как Кремь?
– Экий ты образованный, - буркнул Хромой. – Даже чересчур, мать твою. Емонация, ксанатация, преувеличения обычные для легенды, больно мудрёные слова знаш. У нас бы за такое морду разбили, чтобы не выпендривался.
– Шесть лет в церковной приходской школе, - усмехнулся прокажённый, ничуть не испугавшись. – Мне обещали, что я стану превосходным проповедником, но найденные мною перчатки помещали сделать это. А ты, Велион, знаешь мудрёные слова?
– Может быть, - сухо отозвался Чёрный могильщик. – Уж что такое «эманация» - знаю.
– Тоже монахи воспитывали?
– Нет. – На губы Велион выползла неприятная усмешка. – Далеко не монахи. Хотя, смотря с какой стороны посмотреть.
– А кто же тогда?
– А вот это не твоё дело, проповедник.
– И всё же?
– А ну от борта, сухопузые, - прервал их Крун. – Мранти, мать твою, правь налево, там заливчик хороший есть.
– Ну вот, почти и приплыли? – подмигнул Карпре Велиону. – Разомнёмся, а, могильщик?
Велион презрительно скривил губы. Разминка обещала быть смертельно опасной. Но от этого только интересней.
Черноволосый
– Берег черепов.
– Угу, - буркнул Велион, оглядываясь.
Действительно «берег черепов», по-другому не скажешь. Песчаный откос, ведущий к воде, был усыпан костями. Кости покрывали даже дно залива, видимо, менее подверженное приливам, чем морское.
– О, боже, - прошептал Кермег. – Что здесь произошло?
– Как и везде – резня, - усмехнулся Карпре. – Ничего, насмотришься ещё в других могильниках.
– Одежды нет, - встрял Хромой. – Ни обрывков одежды, ни доспехов, ни оружия. Такое ощущение, что их сюда привели голыми.
– И казнили, - докончил Велион. – Скорее всего. Тут мы ни хрена не найдём, надо идти в город.
– Конечно, в город, - скривился прокажённый. – Сердце Озера ждёт нас именно там.
– Я бы не советовал, - игнорируя Карпре, сказал черноволосый могильщик, усевшемуся на корточки и ковыряющемуся в костях Кермегу, что вызвало у парня жуткую панику. – Ничего, - усмехнулся он, - останки, кажется, чистые.
– Но ведь нельзя так, - пробормотал Кермег. – Надо их похоронить... Не хорошо ведь. Да и усопшие могут за такое проклясть...
– Похоронить? – насмешливо переспросил Карпре. – А как ты собрался идти на могильник? Как ты будешь зарабатывать деньги? Парень, у тебя вся жизнь уйдёт на то, чтобы похоронить всех погибших здесь. Впрочем, можешь оставаться здесь с рыбаками и закапывать кости сколько твоей душе угодно.
– Нет, я пойду в город.
– Так и не ной тогда. Тебе придётся работать с костями, шевелить их, разбрасывать, наступать, чёрт, даже иногда спать на этих костях, мы делали это ни раз, и никакого проклятья усопших ни на кого не пало. Я даже задницу костью как-то вытирал, лопух, видишь ли, на некоторых могильниках не растёт. Мы и так прокляты, мать твою, так что можешь ничего не бояться. Но делай это только в том случае, если ты абсолютно уверен в том, что под какой-нибудь из костяшек не завалялось куска железа, способного впитать в себя проклятье или удержать парочку змей. Ты уверен, что в этих нагромождениях нет таких? Вот и не лезь своими ручонками куда не следует, просто иди по костям. А с тобой, Велион, - Карпре повернулся к черноволосому могильщику, сидевшему на песке, - я хочу поговорить наедине.
Велион, только усевшийся на пустой участок берега, пожал плечами и поднялся с песка.
Они начали подниматься по береговому откосу, отбрасывая ногами полузанесённые песком кости. Велион обратил внимание на то, что скелеты в основном были женскими, а детских не было совершенно. Он вспомнил Имп. Наверняка здесь казнили магов, вернее – магичек.
Два могильщика забрались по берегу и вышли на дорогу. Здесь костей было ещё больше. Размытые дождями и разбросанные ветром скелеты валялись кругом, среди них уже можно было увидеть ржавое оружие, одежду. И появились первые видимые змеи заклинаний.