Черные начала. Том 4

Кири Кирико

Медленно Пейжи проковыляла мимо Лин и едва не упала, но та резко дёрнула её за руку, ставя на ноги.

— Письмо, которое пришло ко мне, было отправлено моим учеником. Где он? Куда он отправился?

— Тебе он не безразличен, да? — спокойно осведомилась Лин.

— Он мой ученик. Где он, Пейжи?

— Он ушёл.

— Я это заметила.

— Да? Удивительно, — покачала та головой. — Он не рассказал, как мы здесь оказались?

Они вышли на улицу.

Пейжи задрала голову, наслаждаясь тем, как снег падает на её лицо и мгновенно тает.

Сейчас её тело держалось на одной Ци, и казалось, что даже малейший ветерок может заставить её упасть. Однако она была рада: рада холодному снегу под ногами, который кусал ступни, рада кусающемуся морозу и хлопьям, которые укрывали её волосы с каждой секундой всё плотнее.

Когда ты почти мёртв, начинаешь иначе смотреть на жизнь.

— Спасибо, Лин, — негромко произнесла она.

— Где мой ученик, Пейжи? Не заставляй меня делать тебе больно, чтобы получить информацию, — холодно повторила та.

— Ты не изменилась. Повзрослела, пытаешься скрыть свой характер, но… — она покачала головой.

— Ты изменилась, хочешь сказать?

— Кто знает…

И она рассказала ей всё, что произошло. О девчушке Ки, о том, как та была без ума от Юнксу, и о неизвестном госте, который всё разрушил в одночасье. История не заняла много времени.

— Он ушёл за ней, за Ки, — закончила Пейжи. — Четыре месяца назад он просто ушёл.

— Идиот…

Они вошли в небольшое помещение, и Лин помогла сесть Пейжи на свою кровать, которую ей выделили для ночёвки.

— Куда он отправился, ты знаешь?

— За моей ученицей.

— Ты можешь изъясняться точнее? Куда именно?

— Ты беспокоишься о нём, — слегка прищурилась Пейжи.

— Он мой ученик, — тут же отрезала та. — Ты тоже беспокоишься о своей девчонке.

— Потому что она особенная. И потому её надо вернуть. Я верну её обратно.

— Ты не можешь даже стоять на ногах, — окинула её взглядом Лин.

— Ты хочешь вернуть своего ученика, я хочу вернуть свою ученицу. И если искать Ки, мы найдём и твоего мальчишку, что сейчас ходит по миру и ищет её.

— Предлагаешь объединиться? — хмыкнула Лин.

— Ради ученицы я смогу потерпеть тебя, Лин, не беспокойся, — ответила та.

Лин лишь хмыкнула про себя. А её мысли возвращались к нерадивому ученику, который умудрялся найти беду на свою голову даже там, где это сделать было очень сложно. И ей было интересно, как он там сейчас.

* * *

— Ачхи… Ай, мля…

Я так чихнул и едва не сорвался с меча. Бао в последний момент успел меня поймать за руку и не дать соскользнуть в тёмный туман. Вот какая позорная мразь меня сейчас вспомнила?! Я едва не упал!

Мы спускались уже минуть десять, осторожно левитируя на мечах вниз.

Это было… жуткое зрелище. Вот прямо очень жуткое, потому что едва мы спустились на десяток метров в туман, как солнечный свет стал отдавать фиолетовыми оттенками, окрашивая всё в какой-то паранормальный цвет.

И здесь, при этом прекрасном освещении, повсюду возвышались высокие, гладкие, как из

бетона, башни. Словно титанический лес, каменные джунгли, которые заставляли чувствовать себя крошечной букашкой, которую вот-вот сожрёт что-нибудь из глубин тумана. Я не понимал, почему, но мне было страшно. Страшно от такого огромного пространства, где всё такое большое, а обзор заканчивается буквально через сотню метров, не давая разглядеть нормально, что вокруг творится.

Мы осторожно обруливали колонны, большинство из которых были размерами метров сто в длину. Но я не видел ни окон, ни дверей, ни даже трещин, что обычно сопровождали старение любого здания.

— В них есть вход?

— В некоторые, — негромко отозвался Бао, оглядываясь. — В часть можно войти, но там сплошные коридоры, залы и лестницы, будто никто там и не жил особо. И там как нечего делать можно заблудиться.

— И что здесь находили?

— Артефакты, самые разные, большинство из которых бесполезны для практиков. Но иногда попадаются и интересные вещи.

— Например?

— Трактат о великом пределе.

— Звучит круто.

— Да, звучит очень интересно. Он описывает возможность стать самим богом, объединив в себе все противоположности, став совершенным во всех отношениях. Но трактат никто, к сожалению, не видел с тех пор, как тот увидел свет.

— Продали?

— Украли.

Минут через двадцать такого неспешного спуска внизу наконец показалась земля.

— Теперь главное без лишнего шума, не хотелось бы привлекать внимание.

— Чего именно? — спросил я, оглядываясь.

— Того, что здесь может водиться, — отозвался он и, спрятав меч в сумку, махнул мне рукой. — Идём.

Здесь был фиолетовый полумрак, будто я попал в какой-то сон или видение, где всё было окрашено жуткими цветами. Или вовсе оказался под толщей воды.

Видела бы это Люнь… Но, к сожалению, поговорить я с ней сейчас не мог, а рисковать ею не хотелось — пусть сидит в домике, греется.

Земля под ногами продолжала идти под уклон. Здесь не было ни травы, ни каких-либо других растений. Только голая земля, камень и песок, которые хрустели под ногами. Иногда попадался и разный мусор, похожий… на мебель… я даже не знаю, как это назвать. Но что-то из этого однозначно было мебелью, которая под гнётом времени сказала миру своё последнее «прощай». Возможно, подобное и таскали местные, продавая любителям старины.

А мы продолжали спускаться ещё ниже.

Глава 99

Я поднял с земли какой-то прибор, похожий на миниатюрные часы-весы-перегонный аппарат, и покрутил его в руках. На ощупь он был как камень, но отлично ложился в руку, буквально просясь съездить кому-нибудь по черепу.

— Для чего это?

— Как только узнаю сам, обязательно расскажу.

В принципе, мы тут можем думать, что это за хрень, а древние просто по фану создали так странно выглядящий прибор, но лишь для того, чтобы кого-нибудь забивать им.