Черное время
Шрифт:
– Разве ты не назвал координаты переноса?
– Просто сказал – ближайшее будущее. – Дар смущенно улыбнулся. – Не до того было. Я думал только о том, чтобы побыстрее смыться. Больно грозен этот ваш соотечественник. Еще надо будет разобраться, как он нас нашел.
– Я тоже над этим размышляю. Может быть, он узнал о точке выхода от оператора орилоунской Сети? Автоматике Сети все равно, кто и с какой целью ее запрашивает.
– Вполне может быть.
– Чего мы стоим? Давай осваиваться.
–
– То что?
Пол под ногами вздрогнул. В воздухе неподалеку от обнявшейся пары соткалась призрачная текучая фигура неопределенных форм, одетая в сеточку голубых молний.
– Он снова догнал нас! – больше изумилась, чем испугалась Дарья.
«Переход в Сеть! – отреагировал Дар. – Точка выхода: сто тысяч лет вперед, центр Галактики!»
«Слушаюсь», – отозвался оператор транслятора орилоунского метро.
Развернувшаяся «струна» перехода унесла их от разъяренного преследователя, упорно гнавшегося за беглецами.
Бессознательное состояние – по внутренним ощущениям обоих – длилось на сей раз отчетливо дольше. Наконец Дара чувствительно впечатало в твердую и очень холодную стену, и он очнулся. Рванулся было куда-то от ощущения падения и понял: сознание отреагировало на невесомость.
Беглецов со всех сторон окружали алмазные россыпи!
Таким было первое впечатление.
Затем включилась система объективной оценки реальности, и Дар начал понимать суть вещей.
Они находились в центре сферической полости диаметром около ста метров, стены которой состояли из толстого прозрачного слоя льда – не менее двухсот метров. Алмазные россыпи представляли собой кристаллики льда, усеявшие всю внутреннюю поверхность полости. А сверкали они оттого, что были освещены проходящими сквозь лед лучами множества звезд, окружавших ледяную сферу со всех сторон. Самая крупная из них, сияющая белым накалом, видимая как Солнце с поверхности Марса, являлась, очевидно, светилом системы, вокруг которого и вращалась ледяная планетка с полостью внутри.
Воздух внутри сферы отсутствовал.
Температура держалась на уровне минус пятидесяти градусов по Цельсию, и это было странно, так как при отсутствии каких-либо устройств жизнеобеспечения, поддерживающих стабильную атмосферу внутри полости, температура внутри нее должна была бы опуститься до абсолютного нуля – минус двухсот семидесяти трех градусов. Лишь позже, анализируя свои догадки, Дар понял, что температура в минус пятьдесят градусов поддерживалась внутри полости радиацией звезд центра Галактики. Их было так много, и располагались они друг от друга так близко, что вакуум буквально «плавился» от плотного светового потока.
Очнувшаяся Дарья судорожно хватанула ртом пустоту, начала задыхаться, сообразила, что воздух
«Где мы?» – не услышал, а почувствовал ее вопрос Дар.
«Скорее всего это ледяной планетоид, мы находимся внутри. Сколько ты сможешь продержаться без воздуха?»
«Минут десять».
«Осмотримся и уйдем отсюда».
«Куда нас занесло?»
«Центральное ядро Галактики. Я назвал время – сто тысяч лет в будущее».
«С чего это тебе вздумалось залететь так далеко вперед?»
«Не знаю, – смутился чистодей. – Подумалось: вдруг он отстанет?»
«А если не отстанет?»
«Тогда мы отправимся в твое время. Там мой прадед, твои друзья, отец…»
«Надо было сразу лететь туда».
«Хорошая мысля приходит опосля», – как говорила моя бабушка».
Дарья завертела головой.
«Я никогда не была в центре Галактики… Красиво, правда? Кристаллы только мешают… Здесь же миллионы звезд! Как они не сталкиваются?»
«Законы гравитационной динамики не позволяют. Галактика вращается, звезды удерживаются в ветвях гравитационными силами».
«Какой ты умный!» – съехидничала девушка.
«Просто я с удовольствием изучал астрофизику в универсалии», – не обиделся Дар.
«Но если трансфер занес нас сюда, то этот планетоид имеет терминал орилоунского метро. Так?»
«Так».
«Может, это и не планетоид вовсе?»
«А что?»
«Какая-нибудь станция? Сооружение местных разумников?»
«Какое это имеет значение?»
«В общем-то, никакого, просто я прикидываю, какую пользу можно извлечь из нашего положения. Посмотри под ноги, ничего не замечаешь?»
Дар напряг зрение.
«Черное пятно… большое…»
«Это, наверное, центральная черная дыра Галактики!»
«Верно, это она. Мы действительно где-то совсем рядом с ней».
«Может, позовем ее? Ну, или не саму черную дыру, а ее обслуживающую периферию – йихаллах?»
«Что это нам даст?»
«Пусть прекратит безобразничать в Солнечной системе! Наше солнышко нужно нам самим. Помнишь, папа предлагал Шаламову использовать для создания черной дыры другие звезды, соседей Солнца?»
«Вряд ли йихаллах нас услышит. А если и услышит, то не поймет. А если и поймет, то вряд ли согласится».
«Но попробовать-то стоит? Вдруг получится? Человечество нам памятник поставит!»
Дар выразил свое сомнение передачей соответствующих образов: дымная струйка, трава под ветром, непреодолимая стена, скептически изломанная бровь. Потом добавил:
«Хорошо, давай попытаемся».
Однако позвать йихаллах в пси-торсионном диапазоне они не успели. Шаламов снова догнал беглецов, все еще не остыв от клокочущего внутри раздражения и злости.