Черное время
Шрифт:
– Ты… сдал… моих друзей… Службе?! Мы же договаривались…
– Успокойся, никто ничего не узнает. Ваше Сопротивление обречено. Днем раньше, днем позже до базы все равно добрались бы агенты Службы. Так что не бери в голову. Жена твоя не пострадает.
– Ну и говнюк же ты! – выдохнул ксенопсихолог, вдруг осознавая, что натворил. – Ничего у вас не выйдет, я их предупрежу!
Он бросился бежать к лифту.
– Охрана, – позвал по рации Ландсберг, – задержите лысого толстяка с небритой физиономией, Герхарда Маттера. Он интрасенс, поэтому действуйте посмелее. Но мне он нужен живым и здоровым.
–
База Сопротивления на Ван-Бисбруке представляла собой исследовательский модуль, глубоко запрятанный в недрах горной страны на экваторе планеты. Над горами ее сторожил спутник, контролирующий территорию в месте расположения и ближний космос. Кроме того, в трех точках на территории, на вершинах утесов, стояли видеокамеры, просматривающие ущелья и подходы к пещерам, а в особых скважинах дежурили датчики, способные в радиусе километра зафиксировать движение крота, если таковой вдруг объявится в горных породах планеты.
Охранялся и терминал метро базы, занимавший один из нижних отсеков модуля. Кабина была окружена высокопрочным прозрачным пластиком, мгновенно заполняющим контур двери аморфной толщей материала, а сверху на кабину смотрели запрятанные в потолке стволы «универсалов» и аннигилятора «шукра».
Были предусмотрены и средства эвакуации, на случай природных катаклизмов и непредвиденных обстоятельств вроде отказа техники. Персонал базы мог за считаные секунды подняться на борт универсальных спасателей типа «орех» или же втиснуться в кокон-рубку капсул высшей защиты, «големов», способных выдержать даже взрыв атомной бомбы.
Однако все эти защитные и сторожевые системы и спасательные средства не помогли обитателям базы избежать участи пленников. Техника такого рода не в состоянии противостоять хитрости и изворотливости людей, получивших преимущество в результате предательства одного-единственного обитателя базы.
Герхард Маттер был великолепным ученым-ксенопсихологом, знавшим все о психологии внеземных существ, но его знания человеческой психологии граничили с наивностью и удивительным бытовым кретинизмом. Он был уверен, что Шаламов и Ландсберг сдержат слово, и потому никому из своих не рассказал о заключенном договоре. Даже жене. Однако он ошибся. Для Казимира Ландсберга не существовало ничего святого, а слово «дружба» было пустым звуком.
Операция по захвату базы началась сразу на нескольких уровнях.
В первые же мгновения атаки были уничтожены спутник и системы наблюдения за поверхностью планеты. Затем в отсеке метро высадился десант: нападающие знали секретный код выхода. И хотя отсек был тотчас же заблокирован охраной базы, оказалось, что штурм метро послужил лишь отвлекающим маневром. Основной штурмовой отряд проник в модуль через хитроумно проделанную брешь в куполе.
Над горами завис спейсер Службы безопасности «Эль– Хайят» и нанес ювелирной точности удар, который пробил толщу камня и защитную оболочку модуля ровно на столько, сколько было нужно. В образовавшееся отверстие спикировал «пакмак» с десантом, перекрыл утечку воздуха, и десантники ворвались на базу, укладывая на пол попадавшихся на пути людей.
Не обошлось без стрельбы.
Во-первых, попытались сопротивляться охранники.
Во-вторых,
Таким образом при штурме были убиты шесть человек и четверо получили травмы различной тяжести. Всего же на базе было захвачено двадцать восемь человек, в основном – старики и женщины, отцы, матери и дети интрасенсов. Среди них оказались и сестры Бояновы с детьми, Власта и Забава. А вот руководители Сопротивления – Савва Баренц, Джума Хан, Игнат Ромашин и Аристарх Железовский – на момент штурма на базе отсутствовали. Что не помешало тем не менее командиру десанта Леону Торопову хвастливо заявить об «идеальном захвате и ликвидации гнезда врагов народа» сначала руководству Службы, а потом Ландсбергу, когда он прибыл на «Марго-2» с докладом.
– Повтори это хозяину, – криво улыбнулся в ответ начальник центра, отступая в сторону.
Из-за его спины вышел сам Шаламов, глянул на Леона бешеными глазами, и у того взмокла спина и затряслись руки.
– Я… н-не… вин-нова-а… они внезапно…
– Где артефакты?!
– Н-не з-зн-на-а… – Рот пересох, Леон почувствовал, что не может вымолвить ни слова. – П-прос-с-ст-ти…
В глазах Шаламова полыхнуло черное пламя, и Торопов безвольной куклой сложился пополам, свалился на пол коридора, хватая воздух ртом. Сознания он, однако, не потерял. Помогли постоянно включенный пси-персонком и личный блок.
– У-у… м-мен-н-ня… ес-сть оп-правд-дани…
– Выслушай его, – проговорил Ландсберг, опасливо отодвигаясь от Шаламова. – Не стоит его убивать, он нам еще пригодится.
Даниил дернул Торопова за руку, поднимая на ноги.
– Что ты там бормочешь?! Только не оправдывайся, говори по существу! Иначе заставлю язык проглотить!
– М-мы з-захватили б-базу на Ван-Бисбруке. У нас в руках жены Железовского, Хана и Ромашина. Мы теперь сможем вернуть артефакты и вообще ликвидировать Сопротивление!
Шаламов некоторое время изучал потное бледное лицо молодого человека, растянул губы в улыбке:
– Ладно, живи пока. Еще раз проколешься – не пожалею!
– Я там кое-что обнаружил, – воспрял духом Торопов-младший. – Могу показать.
– Покажи.
Леон торопливо проговорил в усик рации на воротнике уника:
– Боб, принеси кейс в каюту начальника.
– Заходите ко мне, – сделал приглашающий жест Ландсберг.
Все трое вошли в его апартаменты, занимавшие на «Марго-2» немалый объем. Здесь он мог не только работать, но и отдыхать, ни в чем себе не отказывая.
– И все же не понимаю, как ты мог прошляпить артефакты, – сказал Шаламов, морщась; поворочал головой, нашел графин с маколеем, залпом отпил половину. – Выкладывай все подробности.
Леон без утайки, стоя навытяжку, рассказал все, как было. Он понимал, что его покровитель легко отличит правду от лжи. Закончил:
– Мне в голову не могло прийти, что воры осмелятся подойти к базе так близко! У них же нет ни одного спейсера, обладающего системами маскировки!
– Значит, есть!
– Знать бы еще – кто они, – сказал Ландсберг мечтательно. – Но судя по беспримерной наглости нападения, это или Аристарх Железовский, или Клим Мальгин.