Черное Солнце
Шрифт:
Я прыгнул в проем и заметил
— Припоминаю, что на должность начальника охраны порта Нового Берлина в 1946 году был назначен гауптштурмфюрер СС Йоганн Леманн. Вы очень на него похожи.
— Все верно, господин командор, — улыбнулся Леманн. — Я его сын.
— Отец жив
— Он руководит судостроительной фирмой в Голландии.
— Приветствую вас, господин фон Рейн. Я — Симон Зонн, ваш пилот, — повернул ко мне голову человек в пилотском кресле.
Я кивнул и махнул рукой Магдалене и Вернеру, приглашая последовать за мной.
Хенке, забравшись в винтокрылую машину, буркнул
— Странно, почему не ханебу или хотя бы врил Почему вертолет
— Если пункт назначения недалеко, то незачем привлекать внимания необычным транспортом, —
— Каков маршрут, господин Леманн
— Дели, господин фон Рейн.
— Останьтесь с нами, я немного помучаю вас вопросами, — указал я Леманну на пассажирское сиденье напротив себя.
На этот раз кивнул Леманн. Но первым на него с вопросом набросился Хенке
— Дели Но ведь Индия находится под жестким контролем англичан.
— В августе 1947 года Индия провозглашена свободной и независимой страной, господин Хенке и за прошедшие годы стала достаточно самостоятельной. Даже имеет ядерный арсенал.
За то недолгое время, что мы провели в воздухе по пути в столицу Индии, благодаря Леманну удалось узнать, конечно, не все, но многое, что помогло дополнить картину событий, получивших развитие после нашего исчезновения в 1946 году. С глубокими залысинами на лбу, но моложавый и подтянутый Конрад Леманн был одним из последних людей, покинувших подледную страну в 1953 году. Тогда ему исполнилось десять лет.
Со слов начальника службы безопасности после диверсии на марсианской базе и тайных исследований, приведших к самым непредсказуемым результатам, Второй Лорд-Инквизитор Шумера заставил Даргон прекратить какие-либо эксперименты со временем и параллельными мирами без разрешения Шумерской Империи, а также отказаться от сооруженной ими лунной базы, где место даргонов занял шумерский гарнизон. За саламандрами, как все чаще швабы стали называть представителей подводной цивилизации, оставалось лишь право на использование взлетно-посадочных площадок базы, да и то лишь по согласованию с имперским комендантом лунной цитадели. Но это было еще не все. Шумер закрепил за собой право на предъявление Даргону требования вступить в состав Великой Шумерской Империи, а Совет Даргона, ослабленный исчезновением своего лидера Тинкатля в ходе инцидента 1946 года, покорно обязался рассмотреть это требование. И хотя переговоры длились уже шестьдесят с лишним лет, Шумер это устраивало. Соглашение о переговорах уже накладывало на Даргон массу односторонних и унизительных ограничений. Помимо того, что даргоны не могли предпринимать агрессивных действий против Империи, они обязались не покидать место своего постоянного обитания — Землю и не организовывать колонии и базы на других планетах без уведомления представителей имперских властей. Полное падение вырождающегося Даргона стало лишь вопросом времени. А шумеряне умели ждать долго.
Но несладко пришлось и жителям Новой Швабии, и личному составу легиона Атлантида, оставшемуся без командира. Инквизиция Шумера открыла тотальное дознание. Взбешенный действиями Гиммлера и Бормана и последовавшим за ними кровавым предательством легионера Юргена Тапперта Лорд-Инквизитор Тархем Хан вознамерился выявить и покарать всех возможных сообщников поверженных врагов. И если губернатору Прину удалось отстоять право на личное участие в комиссии по расследованию в отношении тех, кто служил в Новой Швабии и на южноамериканской базе Валькирия, то в отношении офицеров и солдат легиона Атлантида, как принявших присягу на верность Великому Шумеру, Инквизиция полностью взяла дело в свои руки. Подробностей расследования Леманн не знал. Сообщил лишь, что в заговоре против Шумера подозревалась почти сотня офицеров СС. Хан настаивал на их скорейшей казни. Но сорок человек смогли избежать смерти благодаря Прину, который доказал, что они были введены в заблуждение относительно целей и задач, преследуемых зачинщиками, а самое главное — не предполагали, что могут нанести ущерб интересам Великого Шумера. Доказательств причастности легионеров Инквизиция не выявила, но два солдата, не выдержав методов работы
В 1947 году американские военные отправили в Антарктиду хорошо оснащенную экспедицию с твердым намерением отыскать и уничтожить немецкую цитадель. Легионеры под командованием Отто Рана изрядно их потрепали недалеко от Земли королевы Мод и заставили убраться восвояси. После этого Совет Новой Швабии во главе с Гюнтером Прином решил заморозить базу, почти полностью исчерпавшую все ресурсы и истомившую людей, годами живущих подо льдом, отсутствием солнца и изоляцией от остального мира. К тому же незадолго до этого Второй Лорд-Инквизитор запретил все исследования в подземном городе и запечатал Пирамиду.
Вот тогда-то Совет и разработал программу ассимиляции жителей Антарктиды в новом послевоенном мире планеты. Прин разбивал людей на группы и, снабдив новыми документами, банковскими счетами, связью и руководителями из числа опытных офицеров, направлял в разные страны. Задача ставилась простая — осесть, организовав прибыльное дело или заняв чиновничье кресло, наладить обычную жизнь. Постоянная связь и взаимодействие довольно быстро соткали из тайных переселенцев, ни на минуту не забывавших о своем истинном гражданстве, настоящую всемирную паутину, в центре которой встал Совет и контролирующие его деятельность наблюдатели Шумера. Но почти тысяча граждан Новой Швабии выразила желание отправиться к затерявшейся среди звезд немецкой колонии. С личного разрешения Геру в начале 1949 года Молох и Меч Шумера с будущими колонистами в качестве членов экипажей и пассажиров, покинули Землю, чтобы в том же году успешно достигнуть нового форпоста на границе Великой Шумерской Империи.
Большего мы узнать не успели. Внизу показалась посадочная площадка на крыше одного из высотных зданий Дели и вертолет начал снижение. Через минуту винтокрылая туша его замерла и, сменив камуфляжную куртку на хорошо подогнанный пиджак, Леманн, пригласил нас спуститься вниз, в апартаменты фешенебельного отеля.
— Отель тоже принадлежит Аненербе — спросил, заходя в лифт, Хенке.
— Да, и этот тоже, — немного натянуто улыбнулся Леманн, скользнув взглядом в мою сторону. Он, несомненно, понимал, что при мне и Магдалене лучше говорить только правду. — Нам принадлежит весьма обширная собственность по всему миру. Кстати, названия Аненербе, СС и тому подобные мы не упоминаем. Мировым сообществом эти организации признаны преступными. Мы говорим Компания и наши сотрудники.
Лифт мягко остановился, и мы оказались в широком коридоре с многочисленными картинами с индийскими пейзажами на стенах.
— Весь этаж в вашем распоряжении. Выбирайте любые номера и располагайтесь как дома. Персонал готов выполнить любые пожелания. Как только будете готовы, прошу вас сообщить мне, и я организую сеанс видеосвязи с советником Прином. Он сейчас находится на марсианской базе шумерян.
— А может, не стоит откладывать Мы готовы увидится с ним прямо сейчас, — подняла бровь Магдалена.
— Конечно, госпожа Рейт. Прошу следовать за мной.
ГЛАВА 3
Скинув куртки, мы расселись в мягких кожаных креслах роскошных президентских апартаментов делийского отеля. Леманн предложил выпить. Магдалена отказалась, а мы с Хенке согласились на виски. Подавая стаканы с напитком, Леманн поглядывал на молохи, плотно сидящие в наших набедренных кобурах.
— Вы правы, Конрад. Немного вызывающе. На прогулку по городу мы брать их не будем, — усмехнулся я.