Черное солнце
Шрифт:
Уриэль понял, что для того, чтобы хотя бы приблизиться к комплексу, им предстоит пересечь территорию, которая прекрасно простреливается из бункеров.
За забором капитан заметил воинов в железных силовых доспехах серого цвета, патрулирующих внутреннюю территорию. Он сразу же почувствовал, как ненависть, привитая десятилетиями тренировок, поднимается в нём.
— Железные Воины! — прошипел Пазаниус.
— Железные Воины, — подтвердил Уриэль, перехватывая рукоять меча поудобнее.
Изменники, предатели, Космодесантники Хаоса! Разве можно было вообразить
Железные Воины стремились уничтожить все, во что верил Уриэль. Больше всего они мечтали дожить до того дня, когда падёт Великий Империум. Они заслуживали мучительной смерти за любую мысль, что посещала их чёрные головы.
— Что это за место? — спросил Пазаниус.
В этот момент с жутким скрипом открылась дверь одного из складов, и оттуда вышла колонна мутантов, как две капли воды похожих на тех, которых Космодесантники истребили в котловане. За ними шли какие-то жалкие гуманоиды, облачённые в мешковатые бесцветные робы.
— Может, это что-то вроде тюрьмы? — рискнул предположить Уриэль.
В это время мутанты подогнали заключённых к воротам лагеря. Неужели все эти здания заполнены узниками? Огромная голова с демоническими чертами повернулась на скрипящих шарнирах внутреннего механизма к людям, и огромные языки пламени вырвались из её глаз. Из разверстой пасти раздался громкий резкий голос, вещавший на неизвестном Уриэлю языке. Несмотря на то, что Космодесантники не понимали речи, они чувствовали, как каждая фраза хлёстко бьёт их по натянутым нервам.
Узники побрели по внутреннему двору, подгоняемые пинками и зуботычинами демонов. Железные Воины шли впереди колонны, а на грудных пластинах их силовых доспехов висели видоизменённые болтеры. Когда вся эта процессия приблизилась к воротам, те распахнулись, и трупы, развешанные на створках, задёргались в ужасной danse macabre (пляска смерти — фр.). Это было омерзительное зрелище, всколыхнувшее новую волну гнева и ненависти в душах двух отважных Ультрамаринов.
— Куда же они их ведут? — задумчиво протянул Уриэль.
— О Император, нет! — прошептал в ужасе Пазаниус. — Они ведут их, чтобы…
— Чтобы освежевать заживо… — закончил за него Уриэль, который только теперь понял, что гуманоиды не одеты в бесцветные робы, как показалось сначало.
Заключённые были совершенно голыми, а их тела были изуродованы огромными складками чудовищно растянутой кожи. Эти безобразные кожные карманы висели везде — на руках, ногах, ягодицах, на груди и на спине каждого узника. Мужчины и женщины придерживали руками эти складки, потому что велика была вероятность наступить на них, споткнуться и упасть.
— Они ведут их на платформу, где с них сдерут кожу! Нет, нет… — шептал в исступлении Уриэль. — Но зачем?
— Какое это имеет значение? — прорычал Пазаниус, перехватывая огнемёт и поудобнее устраивая свой серебряный палец на пусковом крючке. — Мы не можем допустить, чтобы это зло осталось безнаказанным!
Уриэль молча кивнул, соглашаясь. Он чувствовал, как его, захлёстывает
Но допустить, чтобы такое преступление против человечности оказалось безнаказанным? Позволить предателям Императора отвести этих людей на бойню? Даже если допустить, что этими страдальцами владеют уже только животные инстинкты и ничего человеческого не осталось в их душах, Пазаниус прав — такое зло не имеет права на существование.
Уриэль чувствовал, как праведный гнев растёт и в душе его боевого брата, но чувствовалось и что-то ещё, что-то тёмное. Глаза Пазаниуса фанатично заблестели — как у берсерка, который рвётся в бой, не задумываясь о том, останется он в живых или нет, потому что ему уже всё равно. Люди в таком состоянии совершенно не заботятся о самосохранении и кромсают и рубят врагов до тех пор, пока не уничтожат всех или не погибнут сами. На самом ли деле что-то тёмное гнездилось в душе Пазаниуса, разжигая в нём фанатизм, или же он просто не мог терпеть подобного издевательства над людьми?
Думать над этим уже не было времени, поэтому Уриэль выхватил меч и приложил палец к руне активации. Затем он тронул Пазаниуса за плечо и сказал:
— На тот случай, если мы не выживем, я хочу, чтоб ты знал: для меня было честью называть тебя своим другом.
Пазаниус ничего не ответил и только кивнул, не отрывая взгляда от движущейся колонны, состоящей из рабов, мутантов и Железных Воинов. Внезапно его глаза сузились, и он воскликнул, указывая на что-то за спиной Уриэля:
— Именем Императора, что это?!
Капитан обернулся и заметил несколько фигур, которые украдкой пробирались через высокие утёсы, что окружали лагерь.
— А не они ли преследовали нас в горах?
— Нет, — мотнул головой Пазаниус, — я так не думаю. Они похожи на…
— Это Космодесантники! — чуть не закричал Уриэль, глядя, как две высокие фигуры в зелёных силовых доспехах медленно вырастают из-за обломков скал. Они занимали позиция вокруг лагеря. Железные Воины не заметили движения наверху, а Уриэль чуть не захлебнулся от восторга — это была явная засада.
Прогремели два выстрела, задымился левый бункер. Следующий залп уничтожил правый. Судя по траектории полёта снарядов, гранатомёт находился несколько выше позиции, которую занимали Уриэль и Пазаниус.
Узники завопили, и Железные Воины стали выкрикивать отрывистые команды мутантам, но в этот момент появилось ещё несколько фигур в силовых доспехах, и ловушка захлопнулась. Болтерный огонь прошивал ряды несчастных пленников насквозь, и они гибли, истекая кровью и оглашая окрестности безумными криками. Ещё несколько точных залпов из гранатомёта — и бункеры были разрушены.