Черное солнце
Шрифт:
Несмотря на грузность и тяжеловесность рыболова-охотника, он бегал прекрасно. Замечательно бегал!
Конечно, у Ладушкина тоже была великолепная физическая подготовка. Все-таки у них в агентстве «Неверные супруги» надо было быть готовым ко всяким неожиданностям.
Плюясь и матерясь, Гоша, несмотря на поврежденную ногу, старался не слишком отставать от рыболова, убегающего не менее стремительно, чем какой-нибудь неверный супруг, застигнутый на месте преступления, удирает от другого супруга,
Отличие состояло только в том, что у Ладушкина в руках была не сковородка, а пистолет.
После того как приметная кривоватая, раздвоенная, как вилка для десерта, сосенка промелькнула мимо Гоши второй раз, он понял, что в столь стремительном преследовании, очевидно, не было большого смысла.
Все-таки они были на острове.
И бегали, собственно говоря, по кругу.
Просто они оба увлеклись и не сориентировались: охотник — спросонок, а Гоша — от невезения, злости, голода и действия обезболивающего лекарства.
Охотник первым сообразил, что марафон может оказаться бесконечным.
И в какой-то хорошо рассчитанный момент юркнул к воде. В том самом месте, где у него была причалена лодка!
А когда разгоряченный Гоша, задыхаясь от быстрого бега, выскочил вслед за ним на серый прибрежный песочек, мотор уже взревел, а лодка с негодяем-рыболовом, поднимая пенную струю в кильватере, удалялась от берега.
Чертыхнувшись, Ладушкин обессиленно рухнул на песок.
Удрал, негодяй, удрал.
Но удрал один! И это в какой-то степени утешало… Все-таки месть местью, а главный предмет Гошиных забот похищенная ясновидящая Орефьева оставалась на острове. Ее рыболов забрать с собой не успел.
И Ладушкин устремился на поиски и спасение…
Каково же было его изумление, когда он, услышав призывные крики, поднял крышку подпола в вершининской избушке и обнаружил, что Орефьева там не одна.
— Вы? — только и сумел вымолвить Ладушкин.
— Не ожидали? — Светлова только чуть улыбнулась своему сотруднику. — Не ждали, что на острове окажется так много народу?
— Пожалуй. На этом забытом клочке суши, торчащем посреди Кутозера, что-то становится многолюдно.
— Чудесно! Всего два сотрудника — и оба в одном и том же месте! Не хочется даже говорить в каком Но, в общем, не так и не тогда. Если мы когда-нибудь с вами, Гоша, учредим агентство, то называться оно будет явно не «Лунный свет», а что-нибудь вроде «Горе-сыщики». Или вот, у Блока был Рыцарь-Несчастье, а у нас «Сыщик-Несчастье».
— Это вы про меня?
— А ко мне разве не подходит?
— Подходит. — Гоша не воспользовался предоставленной ему возможностью проявить великодушие.
* * *
Извлеченная
Так, отряхнулась только и поправила прическу — свой жиденький бухгалтерско-канцелярский пучочек на голове.
«Что значит ясновидящая!» — с восхищением подумали Аня и Ладушкин одновременно.
На то она и «видящая», чтобы ее не смущали та кие пустяки, как джутовый мешок из-под картошки на голове.
Все равно же все видит. Что с мешком, что — без!
А видела ясновидящая Орефьева, очевидно, в своем мешке, что ничего сверхординарного с ней не происходит, что рано или поздно все спасутся — а, стало быть, чего зря суетиться?
* * *
Охотник-рыболов и клептоман Вершинин был побежден. И обращен в бегство. Женщины, ясновидящие и не очень, были освобождены и спасены.
Никогда еще Гоша Ладушкин не был так эффективен в бою. И несокрушим в прямом контакте с противником.
— Вы хоть бы мне спасибо сказали…
— Спасибо, — смиренно поблагодарила Аня. — Вы его просто загнали. Уморили своими спортивными упражнениями. — И с неподдельным интересом осведомилась у своего непобедимого и несокрушимого коллеги:
— И чего теперь ?
— Что значит — «и чего»?
По разочарованной физиономии Ладушкина было понятно, что он ожидал как минимум восхищенных взглядов и благодарных поцелуев.
— Я хочу спросить: и чего мы теперь будем делать?
— В каком смысле?
— В таком! В таком смысле, что клептоман и похититель Вершинин повержен и сбежал. Но сбежал на единственной лодке, которая была на этом острове.
— Вот оно что! — Гоша был ошеломлен открывшейся ему перспективой.
— Итак, вопрос: сдохнем мы тут от голода и холода или все-таки вернемся когда-нибудь к людям?
— Вопрос, — автоматически повторил Ладушкин.
— Да что мы в самом-то деле голову-то ломаем?
Когда у нас ясновидящая под боком!
Однако Яна Васильевна скромно, но твердо отклонила попытки Светловой вторгнуться в неизведанное.
— Не волнуйтесь! — только и ответила. — Все образуется.
— Как?! — хором закричали Аня и Ладушкин, затравленно озираясь на затерянном в бескрайних просторах озера островке.
Но Орефьева в ответ на эти неприличные вопли только надменно прикрыла глаза, как птица на плече у шарманщика. Намекая столь решительным отпором весьма недвусмысленно, что ясновидящая, причастная к тайнам мироздания, — это не справочное бюро!