Чёрное сердце
Шрифт:
– Ты понимаешь, что теперь все о нас подумают?
– Вэлори поборола желание скептически скрестить руки на груди.
Луций пожал плечами:
– Это их выбор.
– Но?..
– Почему ты решила, что есть какое-то но?
– Луций коснулся ее ладони сильными и мягкими пальцами.
Почему он выказывает свой интерес ко мне, бог весть на чём основанный…
В зал вошла знакомая "пятерка" учеников в боевых мантиях. Вэлори повернулась на звук и встретилась и с ослепительно-голубыми
Неосознанно Вэлори и сама отметила, как идеально сидит на его внушительной фигуре боевая мантия, которую иногда носят старшекурсники, цветом напоминающая запекшуюся кровь. Как она колышется при движении, придающая дополнительный акцент его широким плечам.
Она вся слегка дрожала.
Почему я так волнуюсь? Чтоб его черти взяли!
Голубые глаза, как будто кусочек бездонного неба, все еще наблюдали за ней. Скользнули по букету, который она поставила в вазу.
– Как тут душно, забери меня Тьма!
– буркнула Вэлори немного грубо, инстинктивно пытаясь защититься от этого взгляда. Исчезнуть. Избавиться от бешеного стука в горле, от чего-то непонятного, что бурлило в ней.
– Ох, вот ты считай и освоилась!
– фыркнул Луций, делая вид, что не замечает перемен.
– Ты о чем?
– пытаясь совладать с тарабанящим во всю мощь пульсом, уточнила она.
– Ты ругаешься, как мы, - улыбнулся в ответ.
– А, это... Случайно вылетело.
Тем временем пятерка друзей изменила свой маршрут, и остальные ученики мгновенно расступились, создавая для них коридор. Айзек первым бесцеремонно плюхнулся на соседний стул с Вэлори. Нашел губами трубочку от ее стакана, где был вишневый кулер, и начал его посасывать.
– Это самый сладкий кулер, из всех, что мне приходилось пробовать, - медовым голосом промурлыкал он.
Луций покосился на Вэлори, она ответила ему тем же самым. В зале стало тихо-тихо.
– Тебе идет черный, - произнес Тонг. Ни на секунду не отрывая от нее глаз.
Это было совершенно неожиданно — как будто ей за шиворот плеснули холодной воды. Все внутри стремительно подпрыгнуло, чтобы через мгновение провалиться вниз.
Рука Вэлори невольно дернулась, чтобы сильнее запахнуть расстегнутую рубашку, под которой просвечивал черный топ. Ее слегка влажные, после утреннего душа, волосы, сильно вились колечками.
– Мало найдется людей, кому он не идёт, - только и нашла, что ответить ему.
Маленькая жилка на ее шеи билась, раскрывая состояние: он удивлена и взволнована.
– Чего ты тут забыл, Бассет?
– Луций ощерился и сделал головой движение вперед, словно намереваясь вцепиться
– ОО, кузен!
– пошлепав Луция по лицу, произнес Айзек.
– Ты видел свой табель с оценками по “боевым”? Ты отстаешь от меня на пятьдесят баллов.
– Не может быть!
– Луций поспешно вскочил со стула, который тут же опрокинулся.
– Я никому не уступаю по баллам!
– Тетушка-магистр огорчится за любимого племянника, - Айзек прищелкнул языком.
Луций сгреб свою мантию и опрометью бросился в ту сторону, где был расположен выход в общий холл. По дороге ему попался слуга с полным подносом, и он заметался из стороны в сторону, чтобы обойти его. У него ничего не получалось, потому что слуга делал то же самое.
– Дай мне пройти, наконец, низкопробный болван!
– прошипел Луций. С подноса со звоном и лязгом полетело мороженое.
Слуга смотрел на посуду, как на собственное сердце, разлетевшееся на мелкие кусочки.
В глазах “пятерки” несмотря на то, что они не улыбались, плясали озорные огоньки. Видимо, их не на шутку забавляло происходящее.
– Извини нас, за такое грубое вторжение, - Кристиан подмигнул Вэлори.
Гиван и Мерсис забрали стулья у парней за соседним столиком. Вся компания села рядом, и затараторила о чем-то своем. О тренировках, экзаменах, боевых приемах, обо всем, к чему Вэлори отношения не имела. Время шло, студенты вновь вернулись к разговорам. Интерес к ним исчез, не оставив после себя и следа. А Тонг молчал. И это было даже к лучшему...
Чем скорее ты привыкнешь к моему присутствию, тем лучше, - промелькнул голос у нее в голове, круша ледяную стену отчуждения.
Вэлори вздрогнула, опрокинув при этом букет со столика. Ваза сделала быстрый пируэт в полете и раскололась о пол, раскидав цветы и расплескав воду. Она растерянно уставилась своими "карамельными" глазами на прозрачную лужу.
– О, боже! Бедные цветы!
– опустилась на колени и как можно быстрее принялась убирать стекло с бутонов.
Встань!
– воскликнул голос у нее в голове.
В зале сильнее похолодало. Лужица у ее ног стала покрываться корочкой льда. Вэлори испуганно сжала один осколок. Тут же охнула.
Взгляд Тонга уловил багряные капли, окрасившие ее палец. Капли, набухали с каждой секундой все больше, грозящие превратиться в тягучую струйку, рисуя на ее ладони алый узор. Его сердце на мгновение пропустило удар. Вместо привычных заклинаний, внутри заворочался глупый страх. Это смутило, заставляя действовать больше на рефлексах, чем на ощущениях реальности. Казалось, не было времени в смятении искать ответы на вопросы.
Ей больно!
Он оказался рядом за секунду. Стоило лишь ему взять пораненную руку, в нос ударил манкий аромат ее крови.