Чернильные цветы
Шрифт:
Лу снова закурила, присев на невысокий заборчик.
– И что это, блять, сейчас было?
16. Люди глядят на наличие перьев [29]
– Рокса-а-а, – стонала Лу, лежа на разобранном диване в трусах и футболке, – я никуда не поеду. Брось меня дома.
– Хватит валяться, – фыркнула старшая сестра, заглядывая в комнату. – Собирайся.
– Зачем нам туда ехать? – продолжала капризничать Лу. – Вонючий театр. Я не выспалась…
29
– Так. – Роксана уселась на диван и взяла ее за плечи. – Ты поедешь со мной в этот чертов театр, потому что я хочу туда не больше твоего. Но я училка и теперь, по ходу, всем кругом что-то должна.
– Нет, это потому что ты хочешь быть для всех хорошей, – высунула язык Лу. – Знаешь, сколько раз Марина Геннадьевна ездила с нами на экскурсии? Ноль. А знаешь почему? Потому что ей плевать, что мы о ней думаем.
– Блин, я не думала, что Даша реально все организует. – Рокса рухнула рядом с сестрой. – Я надеялась, что Галинка ее пошлет, и все. Не могу же я теперь дать заднюю.
– А я пошто страдаю?
– Потому что Рома без тебя не поедет. А я предпочту его в качестве сопровождающего, чем трудовика. Этот извращенец постоянно пялится на мои сиськи и поигрывает своей монобровью, бр-р-р! А Олька занята уже – свидание, видишь ли, у нее. Так что давай, выручай меня.
– Сама виновата. Вот и тусуйся с Михалычем, – капризно сказала мелкая, заворачиваясь в одеяло, как шаурма.
– Лусине! А ну поднимай свою тощую задницу с кровати и одевайся!
Роксана принялась толкать мелкую к краю дивана.
– Да все-все, одеваюсь. – Лу побрела к шкафу. – И ничего она не тощая.
– Ну-ну.
Роксана хмыкнула и вышла из комнаты, оставив сестру осматривать свою пятую точку.
Покрутившись у зеркала, Лу решила, что, конечно, природа могла бы быть немного благосклоннее и наградить ее формами поаппетитнее. Стянув футболку, она провела пальцами по маленькой, но аккуратной груди и недовольно цокнула. Раньше она очень парилась из-за этого и носила пуш-ап лифчики, а потом решила, что раз ей наплевать на весь мир, то зачем? С крошечной грудью ее это не примирило, но от пуш-апа она отказалась.
А сейчас ей почему-то до жути захотелось создать хотя бы видимость груди для Ромы. Разозлившись на себя за эту мысль, Лу выругалась и решила вообще не надевать лифчик – все равно поддерживать там было особо нечего. Надев майку на тонких бретелях, она натянула сверху толстовку.
– Это что такое? – в дверном проеме показалась возмущенная Рокса. – А более застиранной толстовки у тебя не нашлось?
– Ну что?
Лу продемонстрировала типичную реакцию оскорбленного подростка. Сутулые плечи и угрюмый взгляд.
– Не что, а ты с парнем поедешь. Неужели не хочется быть красивой?
– А так я не красивая?
– Нет, ты просто как чмо, – решительно сказала Рокса.
– Ты меня достала! – возмутилась Лу и стремительно пошла на кухню. Вытащив сигарету, она распахнула окно и закурила. –
– Ну, во-первых, мы идем в театр. А во-вторых, мужчинам нравится, когда девушки наряжаются для них.
– Много чести.
– Лу, что за юношеский максимализм? Тебе же нравится Рома, разве нет? – Голос Роксы смягчился.
– Я просто не хочу становиться другой из-за кого-то. Я хочу быть собой, – тихо сказала Лу, – до самого конца.
– Будь собой сколько угодно, я что, против? Но эту толстовку надо сжечь, – подвела черту Рокса. – И, кстати, мы опаздываем.
В итоге Лу сменила толстовку на красную рубашку, а вместо джинсов отдала предпочтение облегающим черным брюкам. Привычно подведя глаза черным, она осталась вполне довольна результатом. Роксана же надела скромное темно-синее платье с длинными рукавами и сделала почти незаметный макияж, но все равно выглядела просто волшебно.
– Почему мать у нас одна, но ты красивая, а я нет? – вдруг спросила Лу.
– Откуда в твоей голове такой бред? – простонала Роксана. – Просто мы разные. И ты еще не нашла свою изюминку.
– У меня их целых две, если ты об этом, – фыркнула Лу.
– Дуреха. – Рокса накинула терракотовое пальто. – Не в сиськах счастье.
– Вот не тебе об этом говорить. У тебя с этим все в порядке.
Роксана проклинала чертов театр, пока она и двадцать ее учеников тряслись в электричке. Поездка обещала быть веселенькой. Во-первых, рядом с ней уселся Кропоткин, который донимал ее бесконечными расспросами об учебе, любимых фильмах и прочей ерунде. Напротив сидела Даша, которая то и дело встревала в их разговор, отвлекая внимание Антона, за что училка была ей премного благодарна. Рядом с Дашей у окна сидел Кирилл. Заткнув уши наушниками, Андреев-младший равнодушно пялился в окно, время от времени кидая насмешливый взгляд на Роксу, которая сжималась, как могла, чтобы отодвинуться от настигающего ее Кропоткина.
Рома и Лу сидели отдельно от всех в конце вагона, так что Рокса могла только любоваться их макушками, торчавшими из-за спинки сидений.
– Роксана Григорьевна, а сколько вам лет? – спросила Даша.
– Двадцать один, – не раздумывая, ответила Рокса.
Увидев победную улыбку на лице Кирилла, она поняла, что в его наушниках не играла музыка. С трудом сдержав неподобающие ее учительскому статусу ругательства, она нахмурилась. В почти черных глазах парня читалось самодовольство.
– Роксана Григорьевна, – Кропоткин якобы ненамеренно положил ладонь на ее плечо и забыл убрать, – а вы…
– Антон, прости, мне что-то стало холодно у окна, – не в силах больше выносить слишком нелепые и раздражающие подкаты ученика, сказала она. – Даша, ты не поменяешься со мной местами? – попросила она, отгоняя мысль о том, что гораздо проще было бы поменяться с Антоном.
– Конечно, – с готовностью согласилась девушка.
Кропоткин убрал руку с плеча учительницы и весь как-то поник. Чтобы хоть как-то сгладить резкость, Рокса улыбнулась ему.