Черная роза
Шрифт:
— О черт! Не хватало только, чтобы он раньше времени отдал Богу душу. Я думаю, цепи с него можно снять. Положите его на какую-нибудь подстилку и прикройте ему спину. И еще — принесите бутылку вина и влейте ему в рот. Надеюсь, это немного оживит моего братца. — Рауль с трудом поднялся. — Ну ладно… Здесь как в лавке мясника. Приберитесь и смойте с пола кровь и все эти ошметки. Я иду наверх. Не мешает подкрепиться. Да и поспать. День был длинный. Я устал. И рана ноет страшно. Уже, кажется, било десять вечера? Я велю Клоду и Ги спуститься сюда, сменить вас, чтобы вы тоже выспались, и приглядеть ночью за нашим страдальцем.
Розамонда
Подъемный мост опустился, и двое всадников въехали во внутренний двор. Рауль, предупредивший охрану у ворот накануне, что должна прибыть его сестра, и что его надо немедленно разбудить, когда это произойдет, уже ждал Розамонду во дворе вместе с комендантом. Представив ее мессиру Лавуа, которого видимо поразили красота, благородство и кротость герцогини де Ноайль, Рауль взял у Фабьена ее сундучок и повел сестру в предназначенную ей комнату в западном крыле. Фабьена же, который практически не слезал с коня в течение четырех суток, чуть не замертво сняли с лошади Франсуа и Жак.
Розамонда тоже едва держалась на ногах; такая долгая скачка могла утомить и здорового мужчину; а девушка к тому же гнала коня вперед бешеным галопом, беспокоясь о брате, почти не останавливаясь по дороге. Потому что сопровождающий ее громила на все ее расспросы отвечал коротко: «Приедете — там все узнаете.» Герцогиня, в страхе за брата, забыла обо всем, что говорил ей о нем де Немюр. Она молила всю дорогу Господа лишь об одном: чтобы Рауль был жив. Чтобы с ним ничего не случилось.
Впрочем, немного тревожило Розамонду и загадочное исчезновение Робера и Доминик. Сестра Рауля наутро после объяснения с графиней де Руссильон отправилась сначала в особняк, принадлежавший отцу Доминик. Где герцогине сообщили, что ее сиятельство исчезла неизвестно куда и, похоже, даже не ложилась в постель. Розамонда начала понимать, куда подевалась ее названая сестричка. И приказала нести свои носилки ко дворцу де Немюра. Где была также встречена встревоженными и удивленными слугами, — герцог де Немюр исчез. И в Испанию он явно не уехал, потому что его гнедой стоит на конюшне, а мавр Исмаил и Гастон, которых монсеньор собирался взять с собою в Кастилию, приезжали во дворец в восемь утра, не дождавшись хозяина у Сент-Антуанских ворот. И тоже не смогли сказать, куда исчез герцог. Быть может, планы его светлости вдруг резко изменились? Возможно, он ночью куда-нибудь отправился, как делал это не раз, никого не ставя в известность?
Слушая все эти рассуждения и предположения, Розамонда внутренне заулыбалась. Она начала догадываться, куда одновременно делись Доминик и герцог де Немюр. Они где-то вместе! Конечно, вместе! Единственное, что слегка насторожило герцогиню, — известие, что ночью исчез и доверенный слуга монсеньора, Франсуа. Вот это было уже необъяснимо!
Итак, Рауль привел сестру в одну из комнат западного крыла. Оглядываясь вокруг, Розамонда спросила:
— Брат, что ты делаешь в Шиноне? Давно ли ты здесь?
— Уже два дня, — отвечал де Ноайль, ставя сундучок на стол и глядя на него горящим взором. Как бы сделать
— А где ты был до этого? Я вся извелась!
— Нигде… Какая разница! — Раздраженно ответил он.
— Рауль, ради всего святого, почему ты так груб со мной? О Боже! А почему ты такой бледный? Ты не ранен?.. Отвечай же!..
— Да, меня ударили в плечо. Кинжалом. Но ничего опасного, сестра, — криво улыбнулся он ей.
— Нет, нет! Дай я осмотрю твою рану! Хорошо, что я взяла кое-что из своих лекарств! — Она открыла сундучок маленьким ключиком, висевшим на шее на цепочке вместе с большим серебряным распятием. — Как чувствовала, что они могут пригодиться! Кто тебя ранил? Когда? Раздевайся скорее!
— Прекрати, Розамонда! — Злобно сказал Рауль, отталкивая ее от себя. — Что ты квохчешь надо мной, как наседка над цыпленком? Рана несерьезная. Царапина. Твои лекарства мне не нужны! Так, значит, ты привезла в своем сундучке небольшую аптеку? И больше ничего?
— Почти ничего, — растерянно ответила герцогиня. — Ну… Евангелие… Кое-какие женские вещи… А что?
— Слушай, — морщась сказал Рауль. — Мне нужно, чтобы сюда немедленно пришел один из моих людей… по имени Франсуа. Найди его. Я ранен, и мне тяжело двигаться. Он такой невысокий. Плешивый. С тощей бородкой. Приведи его сюда.
— Конечно! Бегу! Ты присядь. Но Рауль!.. Мне кажется, ты меня обманываешь. Ты ранен очень серьезно!
— Не беспокойся, сестричка. Мне скоро станет намного легче. Ты иди… Иди скорей за Франсуа!
Едва герцогиня скрылась за дверью, Рауль, очень довольный своей удачной выдумкой, набросился на сундучок. Где спрятан документ? Наверняка в Евангелии! Он судорожно перелистывал страницу за страницей… Ничего! Перетряхнул батистовые платочки. Пересмотрел склянки с порошками и мазями. И заскрежетал зубами. В сундучке бумаги не было! Значит… Значит, Розамонда или прячет ее на себе, или бумаги нет у нее с собой вообще. Проклятье! А вдруг де Немюр обманул кузена? Решил потянуть время? Но нет… Он не стал бы попусту называть имя Розамонды. Скорее, назвал бы тогда барона де Парди.
«Робер сказал — Розамонда всегда возит документ с собой. Значит, бумага на ней! И придется обыскать ее. Но нет… Все-таки она — моя сестра. Обыск — страшное унижение для нее! Пожалуй, лучше поговорить с ней по-хорошему. Попросить отдать бумагу. В крайнем случае — пригрозить обыском. Вот только она слишком упряма… как и мой милый кузен! Смогу ли я заставить ее отдать документ добровольно, не прибегая к крайним мерам?»
Розамонда вернулась через десять минут с Франсуа. Девушка не догадывалась, что это тот самый исчезнувший прошлой ночью верный слуга Робера. Франсуа низко и угодливо поклонился Раулю.
— Что желает монсеньор?
— Выйди и подожди в коридоре. Я вспомнил, что мне надо срочно поговорить с сестрой. — Когда неприятная физиономия Франсуа исчезла за дверью, де Ноайль, глядя прямо в глаза Розамонде, обратился к ней:
— Где документ, который передал тебе Робер де Немюр?
Девушка едва заметно вздрогнула, но выдержала тяжелый взгляд брата.
— Документ? Какой документ?
Рауль зло усмехнулся.
— Только не лги мне. Ты знаешь, какой. Я это вижу.
— Я не собираюсь обманывать тебя, брат. Но не понимаю, почему я должна давать тебе сейчас отчет — где эта бумага? Ты не имеешь к ней никакого отношения. Она принадлежит нашему кузену де Немюру.