Черная Монета

Богдан Хмельной, сын известного на всю Нижегородскую губернию кузнеца, был нраву вспыльчивого, что нередко доставляло его отцу хлопот. Вот и сейчас, пробираясь верхом через лесную чащу в сильный дождь, он то и дело выкрикивал проклятья и беспощадно бил свою лошадь хлыстом.

За ним ехали двое его товарищей – Никита Кошевой и Савва Бродник. Компания эта

снискала в родных края дурную славу. Все их знали, как людей невежливых и высокомерных. Работать они не желали, а на хлеб зарабатывали чернокопанием. Однажды им удалось отыскать богатое захоронение, после чего они несколько дней не выходили из кабака. Но денег, вырученных с продажи сокровищ, становилось все меньше, вот Богдан и предложил своим товарищам очередную авантюру. Именно по его указу Никита и Савва бросили все свои дела и отправились в путь, несмотря на плохую погоду.

Вспышка молнии озарила хвойный лес. За ней последовал оглушительный раскат грома. Испуганные лошади сошли с дороги к оврагу.

– Тьфу! – закричал Богдан. – Пошла! Чертова кобыла!

Он снова ударил лошадь хлыстом и направил её обратно на дорогу. Вскоре дождь прекратился и лишь вспышки на краю свинцового неба, да глухие отголоски грома напоминали путникам о недавней буре.

Проехав ещё версту, Богдан натянул поводья и направил лошадь к поваленному дереву.

– Привал, – сообщил он своим друзьям. – Если не выпью горячего сбитня, завтра же хороните меня вместе с найденным кладом!

– Вот еще! – усмехнулся Савва. – Ты нам сначала расскажи на кой черт мы в такую погоду забрели сюда?

– Обожди, – перебил его Богдан и спешился.

Спустя некоторое время друзья развели костёр. Сырые ветки потрескивали и шипели. Никита разлил по чаркам сбитень и поставил его поближе к огню нагреться.

– Помните ту легенду, что нам рассказал старик из Петрограда? – спросил Богдан. – Про купца Воронцова.

– Это когда мы скупили в кабаке все вино и послали хозяина за добавкой на винокурню? – улыбнулся Никита. – Да, славно тогда посидели! Но хоть убей,

ни слова не помню, что старик тогда говорил.

– Эх ты, – махнул рукой Богдан. – Тебе бы только глаза залить, а я вот в любое время о деле думаю. Рассказал он легенду про купца Воронцова. Жил, мол, купец этот в наших краях лет двести тому назад. Торговал он всем, чем можно, да и нажил состояние немалое. Жадный он только был до жути. Каждую копейку считал. И хоть семья у него была большая, не оставил он им ни гроша. Как заболел, закопал он все свои сбережения в лесу, подле усадьбы, да в клад монету черную положил. Монета эта, как известно, на пожаре найденная, обладает силой нечистой. Кто ее в клад положит, тот с лукавым договор незримый скрепит. Клад его нечисть всякая оберегать будет.

– И где мы его искать то будем? – спросил Савва. – Двести лет прошло.

– Я на той неделе не зря в охотничий домик ходил, – ответил Богдан. – Карты смотрел. На одной из них поместье купца Воронцова значится. Вот про легенду я сразу и вспомнил. Сейчас там постоялый двор, но это нам только на руку. Остановимся на ночь, а как стемнеет, отправимся в лес на поиски.

– Отчего же ночью идти? – спросил Никита.

– Эх, куриная твоя голова! – возмутился Богдан. – Над кладом с черной монетой в полночь цветок алый расцветает. Нечисть всю по лесам созывает. Это всем известно! Так мы его и отыщем.

– Девятнадцатый век на дворе, – рассмеялся Савва. – Не уж то ты во все эти байки про нечисть веришь?

– Верю, не верю, а проверить стоит.

Никита хлопнул по спине Савву, который рассмеялся над суеверным другом.

– Ты зря это смеешься, – сказал он. – Я вот своими глазами тем летом полудниц видел!

– Пить в жару надо меньше, вот чего, – обиженно сказал Савва.

– Ладно, – Богдан несколькими глотками осушил свою чарку и встал. – Поедем, пока дождь снова нас не нагнал. Мы уже почти на месте.

Друзья собрали свои вещи, оседлали лошадей и тронулись в путь.

Конец ознакомительного фрагмента.