Черная Луна

Ливадный Андрей Львович

Он вдруг подумал, что тяжело было с Воронцовым, но тот оставался до определенной степени открыт и честен, а Джедиан нечто совсем иное — он хитер, скользок и непредсказуем.

В дверь опять постучали, и Даша, взглянув на Антона, вернулась в свое кресло.

В кабинет вошел Фрост, вслед за ним еще двое военных.

— Садись, Джон, — Вербицкий указал рукой на пустующие кресла. — И вы, господа, тоже.

Полковники по очереди поздоровались с Дашей и расселись вокруг стола.

— Докладывай, Джон.

Фрост встал. Подошел к стене

и нажал какой-то сенсор на встроенной панели. Часть облицовки скользнула вверх, открывая несколько квадратных метров матового экрана, который осветился, показав панораму глубокого космоса.

— Мы отследили канал телеметрии, — скупо, в своем духе доложил он. — Вот это место. — Огонек от лазерной указки пробежал по черноте, отчеркнув небольшой сгусток тьмы.

В углу экрана побежали цифры.

— Внешне ничего нет, — тем временем продолжил начальник контрразведки. — Но при глубоком сканировании получается вот что. — Он сделал переключение, и сквозь черноту пространства проступили гравитационные и тепловые контуры системы из трех планетоидов, опутанных сетью орбитальных баз.

Взгляд Вербицкого без труда различил контур большинства типовых конструкций. Военная база. Без сомнения.

— Мы знали об этом? — спросил он.

Фрост отрицательно покачал головой.

— Нет, Антон Эдуардович. Думаю, что это тот самый «запасной вариант», о котором вскользь упоминал Воронцов при планировании некоторых широкомасштабных операций еще во время войны. Скорее всего база построена и засекречена им в качестве резервной точки, на случай непредвиденных экстремальных обстоятельств. По данным компьютерной обработки снимков, там сейчас двадцать боевых кораблей, но они дислоцированы в космосе, хотя контуры стартовых площадок на поверхности лун просматриваются четко.

— Плохо, — покачал головой Вербицкий. — Еще один козырь из рукава господина Ланге.

Фрост, который, очевидно, принял слова Антона как упрек в адрес своего ведомства, слегка помрачнел.

— Секретность базы предопределена отсутствием солнца, — доложил он. — Данный сектор исторически считается пустым.

Пока он говорил, Антон в задумчивости смотрел на экран.

— Ну-ка, уменьши масштаб… — попросил он.

Палец Фроста коснулся сенсора, и картина звезд послушно отпрянула назад.

— Ничего не видишь? — спросил Антон.

Джон внимательно изучил изображение.

— Вот, — он резко взмахнул указкой, отчертив продолговатую дорожку мрака, пролегающую меж созвездий, будто гигантская корова языком слизнула оттуда крохотные искорки света, оставив лишь пустоту.

Два полковника заерзали в креслах, Даша невольно подалась вперед.

— Два вопроса, — произнес Антон, обращаясь сразу ко всем: — Куда исчезла звезда только что продемонстрированной нам системы трех лун и каким образом можно объяснить эту дорожку мрака?

— Сэр, указанная вами полоса пустоты известна давно, — вступил в разговор один из офицеров, — она даже получила сходное название «Рукав Пустоты». Что касается

остального…

— Полковник, я знаю про «Рукав Пустоты», — перебил его Антон. — Но теперь я хочу знать, как сочетаются новые сведения со старыми и есть ли вытекающие отсюда выводы? Сколько времени нужно вашему ведомству на анализ?

— Сутки, господин президент.

— Хорошо. Я дам вам сутки. — Вербицкий перевел взгляд на Фроста. — Ты готов доложить по Стеллару?

— Нет. Детали операции еще уточняются. Наш резидент не смог проникнуть на уровень.

— Хорошо, Джон, готовься. Мы не можем допустить срыв из-за спешки. А вы, господин Киото? Есть сдвиги?

— Да, сэр. Анализ изображения гуманоидных существ позволяет сделать точный вывод — они обитали в водной среде на планете со средним значением гравитации. Кислорододышащие, живородящие, теплокровные. Никаких аналогий с эволюцией приматов. Абсолютно самостоятельная ветвь разумной жизни.

— Разумные? — переспросил Вербицкий. — Вы уверены?

— Налицо все вторичные признаки, сэр: большой объем головного мозга, развитые передние конечности, приспособленные для выполнения тонких манипуляций, и еще… при многократном увеличении и детализации полученного изображения на их «головах» ясно различаются следы электродов. Отпечаток, абсолютно характерный для случаев использования мощного мозгового сканера.

Вербицкий слегка побледнел.

— Ланге экспериментировал над ними? Считывал память?

— Очевидно, господин президент. Некоторые внешние повреждения в районе груди говорят в пользу того, что сначала следовала попытка реанимации, а затем мозгового сканирования.

Антон покачал головой.

— И в центре всего этого — Денис Велехов… Солдат, офицер космического флота, который давно оплакан и забыт. Тоже реанимированный и подключенный к неким генераторам фантомной реальности… Не находите аналогий, господа? — Он поднял взгляд, посмотрев на подчиненных. — Ровно сутки, — не дождавшись ответа, произнес он. — Ни часом больше. Поднимите на ноги всех специалистов, всю технику, все доступные мощности. Я хочу, чтобы информация, полученная со Стеллара была разобрана по байту, проанализирована, чтобы были выявлены все возможные аналогии… — Он перевел взгляд на начальника космической навигационной службы флота. — То же самое касается и вас. Исследуйте данный участок космоса любыми доступными средствами. Через сутки я жду подробный доклад.

Когда оба сопровождавших Фроста полковника вышли, Антон повернулся к начальнику контрразведки Элио и внезапно произнес:

— Боюсь, Джон, что мы ошиблись в оценке Джедиана Ланге. Возможно, что речь идет о войне…

***

— Я не могу… — Даша стояла на берегу залива Эйкон, глядя, как пологая маслянистая волна бежит к ее ногам, жадно пожирая песок отлогого пляжа. — Антон, ведь я думаю, что он погиб из-за меня, понимаешь?

— Почему ты так решила, Даша? — спросил Вербицкий, осторожно обняв ее за плечи.