Через семь границ
Шрифт:
Едем, видим: на встречной полосе стоит военный карабахский джип. Водитель голосует: бензина, мол, отлей! Остановились. Отлили. Арсен выходит, толкает нашу «Волгу», она заводится…, ждём Арсена, но он куда-то пропал. Оборачиваемся: Арсен таким же способом заводит военный джип, толкая его в другую сторону. Растолкав обе машины и заведя их таким образом, Арсен залезает в машину, и мы едем дальше.
Останавливались мы часто. Вскоре то ли Арсен устал, то ли машина устала, но уже заводить друг друга им не удавалось. И вот мы уже толкаем втроём. Водитель:
— Толкуйте!
Толкаем.
— Толкуем!
Все вчетвером катим старую «Волгу» в направлении Вардениса… Завелась.
Едем!
— Сегодня Варденис приедем, у нас ночевать будем, стопроцент тебе говорю! Или вы мне не доверяете?
До Вардениса осталось километров десять, но мы опять остановились.
«Бригада реаниматоров» приступает к своей работе.
— Толкуем! Взад толкуем!
(Уклон дороги — назад, толкать туда будет проще.)
На этот раз, сколько мы не толкали, всё было бесполезно. Оттолкали уже метров на двести — назад, от Вардениса. Редкие встречные машины пытались помочь нам, и один грузовичок даже провёз нас немного на буксире, но бесполезно. Машина не заводилась.
— Толкуем!
Так мы провели в толкании машины целый час. Наконец, другая машина, видимо знакомые, остановились, и нас передали им «по эстафете». Всего десять минут спустя мы прибыли в Варденис. Небольшой посёлок, несколько пятиэтажных, много одноэтажных домов, огороды. Последний раз видим
Севан — всё это время дорога шла вдоль озера. Большое, однако, озеро. Солнце заходит.
«Стопроцент» вписка в Варденисе, которую нам обещали обладатели старой «Волги», обломалась. Была у нас и другая возможность заночевать с комфортом: пару дней назад в Ереване местный парень по имени Мгер оставил адрес своего дяди, живущего в Варденисе.
— О, если мы не уедем, пойдём к этому дяде, — предложил Олег.
— Ага, придём и скажем: «Здравствуйте, вам Мгер привет передавал, пустите переночевать!» Это смешно!
— Тогда просто в какой-нибудь дом впишемся.
— Зачем же лишние проблемы себе и людям создавать? В палатке переночуем!
Но долго препираться нам не пришлось. Минут через десять ожидания появился и застопился «уазик». Мы попросились доехать до Зода.
— Зод? А что вам там нужно? — удивились люди, сидевшие в «уазике». Их было трое.
— Мы вообще в Карабах едем, путешественники, — отвечали мы.
— А, ну садитесь, — и мы поехали. Дорога тряская, вокруг горы.
Темнеет.
Уже затемно прибыли в Зод.
Маленький посёлок каменных одноэтажных домов. Кое-где горит свет.
«Уазик» уехал.
— Куда пойдём ночевать?
— Сюда.
Постучались в дом. Открыл плотный седой мужчина лет пятидесяти пяти.
— Здравствуйте! Можно у вас где-нибудь переночевать? Мы путешественники,
на ночь застряли здесь.
— А
— Двое.
— Ну заходите.
Просторный каменный дом. Простая обстановка — стулья, кровати, шкаф. Познакомились. Хозяин ждал своего сына, застрявшего где-то на вечеринке. Одному, понятное дело, скучно, и хозяин был не прочь поговорить. В основном говорил он, выкуривая одну сигарету за другой.
— …Раньше как было: много азербайджанцев жили в Армении, а много армян жили в Азербайджане. Но после землетрясения, в декабре 1988 года, азербайджанцы отсюда уехали к себе в Азербайджан. А армяне всё ещё жили в Баку, пока там резня не началась, а потом уже начали переселяться. Так и получилось. Зод — здесь одни азербайджанцы жили, но все
в Азербайджан переехали, а кто не переехал, мы их выгнали отсюда.
Ни одного не осталось. Но надо же было землю заселять. Сам я в Варденисе живу, но надо было заселять, чтобы землю не оставлять, и здесь как дача у меня. И все остальные дома — тоже дачи, а люди сами из других мест.
— …У Армении сейчас всё есть, даже атомная станция. Если есть атомный станция, значит можно сделать атомный бомба. Горбачёв не хотел, чтобы у Армении был свой атом, и он приказал: закрыть! Горбачёв — он и Чернобыль взорвал, чтобы Украине и Белоруссии атом не достался. А вы что, разве не знаете? А мы потом опять открыли. Турки теперь затыкаются. Когда же атомный станция не работала, воду спускали из Севана. Там ГЭС стоит, воду всегда спускали, но в эти два года очень много спустили, вода сильно отступила. И хотя столько воды спустили, всё равно свет только по графику был — час, где два часа в сутки.
— …Я и сам часто в Москве бываю, да и на Украине. Отношение сейчас, конечно, изменилось. Ехал вот недавно в поезде. На украинской границе: «Паспорт!» Я даю. «Это какого государства? Как фамилия?» Я говорю: всё написано, читайте, вот, по-армянски, по-английски. «Я, — говорит пограничник, — не могу такие буквы прочитать. Но с вас пятьдесят тысяч штраф, за то, что вы проезжаете в пьяном виде.»… А Армения скоро войдёт в состав России. Белорусы первые поняли. Армяне тоже. Скоро, очень скоро. Тогда всем проще будет.
…Спустя долгое время, примерно в час ночи, появился сын хозяина, которого так долго ждали, Поужинали и легли спать — нам достался большой раздвижной диван.
Может быть, вы думаете, что нам невероятно повезло, когда в первом же доме, куда мы постучались, нас приняли на ночлег? Но здесь это естественно. Несмотря на общую бедность, на разруху, мы никогда не уходили с базара без бесплатного арбуза — нам давали, мы не стояли на трассе среди потока машин — нас подвозили, нас приглашали на ночлег, и мы не испытывали никаких особых трудностей. Да и в Москве нас часто угощали арбузами и дынями торговцы — как правило, жители Кавказа. И мы ещё раз задаём себе вопрос: а как мы относимся к тем, кто просит нас помочь, кому негде ночевать, кому нужен арбуз или ещё что-нибудь?