Черепаха Киргала
Шрифт:
— Плевок Киргала! Люди не выдержали. Площадь заполнил смех. Багровый неудачник прошептал проклятие тому, кто испортил ему бросок и, понурившись, уступил место следующему жрецу.
— Киргал сегодня не в духе! — прокомментировал игру Пириса Вилт, жуя кислое яблоко.
— Так ему и надо! — бросил Хемилон, не забывший позора в Алонсе. — Жрец города, у ворот которого грабят путников, заслуживает только плевка!
— Вот именно! — поддакнул недомерок, — мог бы и помогать ограбленным путникам. За столько лет не научился даже кости бросать как следует, бездельник!
— Тише вы! — цыкнул Айто.
Ниратский жрец с окладистой седой бородой и длинными тонкими пальцами взял кость. Он тоже решил бросать их
— Тройка! — разнесся голос жрица над площадью. Затем жрецу выпали пятерка и единица. Лицо ниратца перекосилось от досады. Но он совладал с собой и уже спокойно поднялся на ноги, уступая место последнему претенденту — Хранителю Пруда. Последний обвел взглядом своих соперников и встретился с насмешливыми глазами Тангала. Силар отвел взгляд, чтобы не выдать своих мыслей и ощутил неприязненный взор Хранителя Костей. Жрец вздохнул поглубже, выбрасывая посторонние мысли, и сел.
Взяв кость, он поднес руку ко рту, шепча молитву. Потом метнул кубик.
— Поцелуй Киргала! — сказала жрица. Площадь вздохнула и опять замерла. Силар взял следующую кость. Прочитал молитву и бросил граненый хрусталь.
— Пятерка! Люди затаили дыхание, забыв о жаре. Силар взял в руку последнюю кость и опять обратился за помощью к Киргалу. Кубик покатился по плите, отбрасывая зайчики своими гранями.
— Тройка! — выкрикнула взволнованно служительница Анфир. Игра незаметно захватила и ее. Люди вокруг не сдержали криков удивления. Давно не случалось такого. Два претендента набрали одинаковое число очков. Силар пытался скрыть проглянувшее на его лице удивление. Тангал не отводил от него взгляда своих серых глаз. Хранитель Костей воздел вверх руки, призывая к тишине. Дождавшись ее, он громко сказал:
— Согласно обычаю, претенденты с одинаково выпавшими костями должны повторить Священную игру с одной костью. Каждый выбирает себе одну из трех. В случае спора за кость она изымается, и Хранитель Костей сам раздает их претендентам. Огласив старое правило, которым не пользовались уже больше века, Тирдис жестом приказал Тангалу и Силару подойти к плите, служившей сегодня игрокам вместо стола. Тангал равнодушно выбрал ближайший к нему кубик. Силар также спокойно взял кость, пряча огромное внутренее напряжение, которое стремилось заставить пальцы рук предательски задрожать. Железная воля снова подчинила себе тело. Хранитель Пруда отошел в сторону и Тангал сел. На этот раз фернец выбрал молитву подлиннее. Закрыв глаза, он беззвучно шептал в кулак. Люди вокруг боялись пошевелиться. К игре в Линмаре подходили серьезно. Тангал замер и плавно бросил кость. Сверкая и переворачиваясь, она упала на плиту и несколько раз отскочив от твердой поверхности, остановила свое движение.
— Поцелуй Киргала! — хрипло произнесла жрица. Площадь безмолствовала. В полной тишине Силар занял место фернца и начал вслух молиться. Молитва была не из коротких. К ее концу напряжение людей достигло высшей точки. Силар пластичным движением выбросил вперед руку, раскрывая ладонь. Хрусталь покатился, и замер.
— Поцелуй Киргала! — потрясенно прошептала жрица. Взяв себя в руки, она повторила, уже громко. Площадь взорвалась криками. Такого еще не было.
— Киргал шутит! — заорал кто-то. Остальные подхватили эти слова. Все ощутили священный трепет от незримого присутствия божества. Это было поважнее исхода Священной Игры. Доброе расположение Киргала сулило стране большую удачу. Настолько большую, что на нее мог рассчитывать каждый
Лишь Хранитель Костей обратил внимание на бледные лица Тангала и Силара. Его лицо потемнело от подозрений. Он внимательно просмотрел результаты Игры. Тангалу выпали пятерка, тройка и Поцелуй Киргала. Алонсец вслед за ним набрал одни плевки. Затем ниратцу выпали опять тройка и пятерка, как Тангалу. Отличие только в том, что ему, выпал плевок, а не поцелуй. А этому Силару опять выпали тройка и пятерка. И поцелуй Киргала. Многолетний опыт игрока кричал ему, что с костями что-то не то. Если бы кости не были прозрачными, он бы заявил о том, что они были заменены на шулерские. Тирдис зло улыбнулся. Кто-то, и скорее всего, даже не один, сумел найти способ подделать священные кости. Он еще раз посмотрел в свои записи. Алонсцу не повезло больше всех. Это могло означать, что он играл подделками, не зная об этом. Поэтому он и получил одни плевки Киргала. А играл он после Тангала. С ниратцем сложнее. Если он тоже не подозревал об обмане, то его результат неудивителен. И главное, всем выпадал либо плевок, либо поцелуй! И началось это с самого первого игрока, с меларца. Кто-то постоянно вводил в игру новые кости. Вряд ли кто рискнул заменить их все. Скорее всего, меняли одну или две.
Тирдис понял, что правду он никогда не узнает. Если только не обыскать всех этих мошенников. Но на это никто не пойдет. Убийство Телла и похищение черепахи переполнили чашу терпения всех. Если сейчас вскроется обман, то что последует за ним, даже представить страшно. Желудок жреца сжался. Хранителю Костей в любом случае никто не позавидует. Тирдис быстро принял решение: в такой ситуации его слова как распорядителя игры будут законом для всех. Те, кто менял кости, теперь и сами не знают, чья подделка у них в руках. Он опять поднял руки, привлекая к себе окружающих. На этот раз ждать тишины пришлось долго. Жрец четко и громко произнес:
— Сегодня мы все стали свидетелями самой удивительной Священной игры в истории Урмана! Дарующий Удачу дал нам знак, что наша страна пользуется его расположением. Поэтому я, Хранитель Костей Киргала объявляю, что следующий бросок претенденты должны бросать одновременно три кости. Пусть победителя определит Киргал! Король вместе с остальными криком поддержал Тирдиса.
Силар про себя грязно выругался. Все шло не так, как он предполагал. Он раньше Тирдиса догадался, что не только он один сумел придумать, как подделать прозрачные кости. Жрец потратил немало времени на поиск мастера, способного сделать подобное. И не меньше времени ушло на то, чтобы подружиться с Тирдисом. После одной из попоек с ним, когда он сумел налить в кубок Хранителя Костей сонный эликсир, Силару удалось снять с его шеи медальон с костями и забрать одну из трех реликвий. Мастер в его подвале работал пол-луны, чтобы подделка стала неотличима от оригинала. Он просверлил отверстия чуть глубже, окрасил внутренние поверхности в синий цвет и залил свинцовые капельки. Сверху опять нанес лазурь. Конечно, небольшой перевес не гарантировал выпадение нужной грани, но на то Силар и отрабатывал технику броска на плите в течение нескольких лет, чтобы заставить кость выпадать так, как ему нужно. Недаром в Линмаре ходила поговорка о том, что играть в кости с жрецом Киргала может только дурак или богач.
Жрец заставил мастера сделать еще одну копию. Самым сложным для вора оказалось вернуть реликвию на место. Тирдис охладел к выпивке в компании Силара, и тому пришлось разориться, чтобы купить кувшин столетнего вина. Когда Хранитель Костей опять уснул, нечестный жрец вернул кость на место. Но с тех пор отношения между ними стали неприязненными. Тирдис почувствовал фальшь в собрате и его долго еще не оставляла мысль, что за всю жизнь среди жрецов ему удалось поспать до обеда только два раза. И оба — после попойки с Хранителем Пруда.