Черепаха Киргала

Туканов Николай Петрович

— Благодарю тебя за предупреждение — признательно ответил Хемилон. — Я последую твоему совету. Старик побрел назад в харчевню.

— Тебе действительно не стоит больше светиться, — проговорил Мерги.

– Чтобы добраться до Лантара, нам только на дорогу надо двадцать уртов. Да в Лантаре нужны деньги хотя бы на два-три дня — это еще пять-десять уртов, — обескуражил единомышленников рыжий пройдоха. — Завтра придется вложить их в одно дельце, — иначе мы проторчим здесь до самой зимы, собирая по паре уртов за луну.

— Ты сначала заработай хоть столько! —

ощетинился Хемилон. — А потом и вкладывай их в свои плутни.

— Здесь не деревня. Живо кто-нибудь прознает из городской гильдии целителей, — сокрушенно мотнул головой Вилт. — Поэтому работать нам придется быстро. День, максимум — два. Иначе попадем не в Лантар, а в темницу. А оттуда можно переехать только на серебряные рудники Ферна.

– Замолчи, накличешь еще! — перебил пройдоху Тейрам, творя в воздухе оберегающий знак.

— Что ты задумал? — серьезно спросил у коротышки Мерги, молча согласившийся с его аргументами и уже оценивший его находчивость. Как и его недостатки: шкодливость наряду с полной безответственностью.

— Сначала устроимся на ночлег, а потом поговорим, — многообещающе ухмыльнулся Вилт.

Городские бани друзья увидели, свернув на широкую улицу, которая пересекала город от Восточных ворот до аристократического квартала Алонсы. Они представляли собой комплекс зданий, построенных в бератском позднеимперском стиле. Высокие колонны с изящными капителями, многочисленные ажурные своды больших окон — все свидетельствовало о том, что империя взимала налоги и в пользу завоеванных народов. Небольшой фонтан бил недалеко от входов в бани, освежая воздух в летнюю жару. Фонтан использовался местными жителями и как источник питьевой воды. От него радиально расходились скамейки для горожан и слуг, ожидающих своих купающихся господ.

Бани служили не только местом, где горожане могли смыть с себя грязь. Они были информационным центром города, где обменивались последними новостями, судачили и распространяли слухи. Банщики, массажисты, цирюльники, лекари при банях и просто слуги являлись поистине самыми осведомленными людьми в городе.

Как и везде, бани были разделены на три части с отдельным входом в каждую. В центральной, самой роскошной части, мыла свои тела аристократия, королевские чиновники, высшие жрецы и маги. Там также нежилась и богатейшая верхушка из купцов, и главы многочисленных гильдий. Власть и деньги города смывали там свою наружную грязь. Вообще-то, туда мог заявиться и немытый крестьянин. Если смог бы найти двадцать уртов, которых ему хватило бы, чтобы прожить в городе луну, каждый вечер запивая сытный ужин неплохим пивом или дешевым вином.

В правой части обычно собиралась зажиточная часть горожан: жрецы среднего ранга, купцы, торговцы, ремесленники, стражники и воины. А также люди прочих занятий: честных, и не очень. В общем, те, кто мог потратить на ее посещение целых полтора урта.

В левой части здания мылись прочие горожане, не желающие платить за воду больше десяти медяков. Там отсутствовали серебряные рукомойники и мраморные бассейны, фонтаны и мозаичные полы, радующие

глаза аристократии. Не было и многочисленных массажистов, которые предпочитали растирать тела побогаче.

Подобное разделение по толщине кошелька было распространено на большей части Линмары. В тех странах, где этого неравенства не было, люди почему-то купались в реках или озерах.

Компания некоторое время разглядывала имперскую архитектуру, а затем занялась строительством своего будущего.

— Ну, что там у тебя? Выкладывай! — обратился сапожник к коротышке. Лекарь оглянулся вокруг. Убедился, что рядом с ними нет лишних глаз, и приказал:

— Снимайте штаны!

Спутники изумленно выпучили глаза. Хемилон побагровел от негодования. Тейрам уже набрал воздуха, чтобы выдать недомерку все, что он о нем думает, но его опередил Мерги:

— Опять ты со своими дурацкими шуточками! — рявкнул он.

Вилт замахал руками и торопливо возразил:

— Ничего подобного! Вы еще ничего не знаете, а уже орете, как полоумные! Я должен оценить наши шансы в завтрашнем деле. А вы ломаетесь, строя из себя девственниц Анфир! — возмутился он. — Быстрее спускайте свои штаны, а то еще кто пожалует к нам на огонек. Я представляю его рожу! — хохотнул рыжий.

Трое раздраженных и смущенных дурацкой ситуацией мужчин спустили штаны, и недобро уставились на лекаря, пристально разглядывавшего их достоинства. Тот, дойдя до Хемилона, радостно захихикал, и довольно потирая руки, произнес:

— Все! Можете спрятать ваши удочки!

— И какую роль сыграют наши удочки в твоем завтрашнем плане? — мрачно поинтересовался Тейрам, подозревая недомерка в тупом розыгрыше.

— Я их буду демонстрировать горожанкам за тридцать медяков. По цене предсказаний Хемилона, — заявил пройдоха пращнику, честно глядя ему в глаза. — За полдня соберем денег на покупку кареты и четверки лошадей!

Хемилон сжал кулаки и с яростью взглянул на насмешника. Тейрам прохрипел проклятие и направился к недоумку, кровожадно сверкая глазами.

— Да пошутил я! — крикнул Вилт, поспешно отходя подальше от непонимающего шуток наемника. — Вашими удочками можно только смешить, — примирительно заявил языкастый коротышка.

— Кончай трепаться! — осадил его Мерги, тоже начинающий понемногу закипать. — Выкладывай сейчас же свой проклятый замысел, или мы за себя не отвечаем.

— Не понимаете вы шуток! — вздохнул укоризненно Вилт.

— Спущенные штаны мешают правильно их оценить, — проворчал Хемилон, косясь на лекаря.

— Мой план надежен, как скала, — начал коротышка. — Я им пользовался три раза в западных городах Урмана два года назад. И он ни разу меня не подвел. Тогда у меня был помощник, Инбат, неблагодарная скотина. Мы с ним вдвоем работали. Долго же пришлось искать такого, как он, скажу я вам! — воскликнул словоохотливый лекарь. — Ладно, о нем я вам как-нибудь в другой раз расскажу. Главное, завтра мне необходим напарник с большим достоинством. Двое других будут изображать простаков — я им потом скажу, что говорить, и что делать.