Черепа
Шрифт:
Женя – приятный молодой человек с кудрявыми коричневыми волосами и с очками, под которыми проглядывались зелёные глаза. Он был начитанным человеком и всегда мог выиграть в словесной перепалке, парируя своими аргументами. Женя был скромным, но не скучным. Всегда мог что-то подсказать или поделиться советами.
Так что её компания была действительно безобидной и Мари никогда не переживала насчёт того, что её друзья могут её бросить и не протянуть руку помощи. Выходя на улицу, Мари попрощалась с мамой, поцеловав её, и, закрыв за собой дверь, пошла прямиком на встречу к друзьями. Солнце стояло высоко, но не пекло, так что сегодняшний день обещал быть долгим и весёлым. Мари пошла в сторону парка, потому что они каждый раз собирались там после обеда. Идя туда,
Вернувшись в реальность, Мари продолжала идти по бело-красному тротуару. Когда она была маленькой, она воображала, как белые плитки тротуара – это обычная земля, а красные – лава. И, пытаясь не вступить в лаву, прыгала с одной плитки тротуара на другую, минуя красные. Что же скрывать, Мари и сейчас иногда так забавляется, развлекаясь в этой игре. Почему бы ей и сейчас не попробовать не угодить в лаву, чтобы скоротать время по пути? Первая плитка – начало. Затем следующая. Дальше. Ещё. Ещё. Мари не смотрела вперёд, а только под ноги. Ей нужна была максимальная концентрация, чтобы не угодить в вязкую субстанцию и не поджариться. Мари была настолько сосредоточена, что и вовсе позабыла о том, что ребячится. Вдруг она заметила рисунки на тротуаре. Они были сделаны мелом и причём только на красных брусчатках. Эти изображения были размером в одну плитку и они, прерываясь только на белые брусчатки, шли друг за другом, как бы демонстрируя какой-то мультик. Сначала был белый красивый домик, затем ёлочка, еще одна ёлочка, много ёлочек, после какой-то кривой и некрасивый черный домик, дальше черепок, ещё черепок… И ещё… Мари резко остановилась и развернулась, уставившись на эти рисунки. Как оказалось, это были вовсе не черепки, а обычные лица детей, контуры которых были обведены белым цветом. У них были волосы, глаза, улыбка, но, пробегая мимо них, она этого не заметила. Как ей за место улыбчивых детей показались эти страшные черепа? Мари было забавно и одновременно жутко осознавать то, что ей, вместо радостных лиц детей показались эти белые черепки. Мари, оставшуюся часть дороги, решила пройтись пешком, не переступая через красные плиты.
Подойдя к парку, первым делом она заметила белую бетонную арку, на которой висела большая желто-зеленая табличка с надписью «Городской парк». Эту арку встречали все посетители парка, заходя туда прогуляться или просто отдохнуть и посидеть на свежем воздухе. Мари шла вперёд по тротуару, поворачивая голову в разные стороны в поисках своих друзей. Было достаточно многолюдно. Неподалеку шла небольшая компания подростков, что-то жадно обсуждавшая. Также рядом множество детей каталось наперегонки друг с другом на самокате или велосипеде. Были и те, кто просто сидел на лавочке, наблюдая, как ветер пошатывает листики деревьев, как птички летают из стороны в сторону, в поиске пищи, дабы прокормить своих ещё совсем крошечных птенцов, как люди, позабыв про все заботы, наслаждаются жизнью.
Побродив по парку ещё немного, Мари всё же заприметила знакомую кудрявую причёску, сидящую на лавочке. Приблизившись к ней, она узнала в ней Женю. Он разговаривал с какой-то маленькой брюнеткой с коричневатыми глазами. Этой брюнеткой оказалась Оля. Только Паши не хватало для полноценной картины. Мари подошла к своим друзьям и поприветствовала их:
– Привет всем! – улыбнувшись, поздоровалась Мари.
– О, здравствуй Мари, – сказал Женя.
– Привет, Маришь! –
– А Паша где? Опять самый последний придёт? – спросила Мари, присаживаясь рядом с друзьями.
– Ну, он мне сказал, что ему нужно к чему-то подготовиться, собраться надо, поэтому немного припоздает, – ответил Женя, чуть подвинувшись к краю лавочки, дав Мари присесть.
– Ой, как обычно, – с недовольством произнесла она. – То ему нужно дела какие-то «срочные» решить, то в магазин его засылают весь прилавок скупить, то ещё чего-нибудь придумает. И это происходит именно перед выходом на улицу.
– Да ничего страшного в этом нет, – пыталась утихомирить Оля Мари. – Нам ведь некуда спешить, поэтому можно немного да подождать.
– Конечно некуда, но хочется же пойти развеяться, погулять, побегать, а не на лавочке пол дня сидеть, – всё не унималась она. – Мы могли так и дома посидеть.
– О, а вот и виновник наших споров! – вдруг сообщил Женя, заметив, как навстречу к ним идёт массивное тело с подстрижкой, как у ёжика.
– Ну, здравствуйте, товарищи мои! – с заметно довольным лицом произнёс Паша, остановившись возле лавочки. – Извиняюсь, конечно, что снова заставил вас всех ждать, но это того стоило, – сказал он, широко улыбаясь.
– Давай, рассказывай, не томи, – позабыв своё минутное негодование, с заметным интересом спросила Мари.
– Вы, это, только не удивляйтесь тому, что я скажу и не перебивайте меня, а сначала выслушайте, – заинтригованно начал Паша.
Мари с Олей уже удивились его словам, тогда как Женя никак не подал виду. Мари сначала даже показалось, что Женя был чем-то огорчён, потому что всё время отводил взгляд с Паши на землю.
– Смотрите, что у меня есть, – Паша засунул руку в карман, а когда вынул, то у него в руке оказался миниатюрный компас, который был в два раза меньше его ладони. – Это мне Женька подогнал, настоящий, от магнитный лучей работает.
– Полюсов, а не лучей, – поправил его Женя, украдкой посмотрев на него, а после снова уткнувшись в землю.
– Да-да, я так и сказал, – сделав вид, что никакой ошибки в своём монологе Паша не допустил, продолжил разговор. – В общем, компас я сейчас взял не просто так, а для вылазки, – Паша сделал паузу, ожидая от ребят возражений, но, не услышав ни слова, продолжил. – Я полностью уверен в том, что вы не раз слышали легенду о том, что в лесу живет какой-то маньяк и похищает детей.
На лицах Мари и Оли вдруг спала улыбка, а вокруг ребят начало нарастать небольшое напряжение.
– И я так же, с большой долей вероятности уверен в том, что это легенда не более чем обычный вымысел, миф и страшилка, выдуманная родителями для того, чтобы их дети не ходили в лес. Но мне крайне было интересно, почему дети так часто стали пропадать в лесу. Ладно, если бы это был единичный случай, но это происходит чуть ли не каждый месяц. Подливает масло в огонь ещё тот факт, что из всех этих спасательных экспедиций, которые проводились по поиску детей, в большинстве случаях оканчивались неудачей, а те дети, которые смогли вернуться домой, побродив по лесу несколько дней говорят, что им помог какой-то лесничий выбраться обратно в город. Но еще страннее был тот факт, что они никак не могут вспомнить, где они были и что за лесничий проводил их до выхода из леса. Такое чувство, что им память отшибло за то время, пока они были вне дома. И хорошо то, что эти дети ещё хоть могут вспомнить, где они живут и как их зовут, а то поминай бы лихом, что за ребёнок-то был.
Ребята слушали Пашу очень внимательно, не желая его перебивать. Мари внимала каждое его слово настолько завороженно, будто её околдовали, а весь мир поставили на паузу. Не было слышно ни чириканья птиц, пролетающих над ними, ни шелест листьев, бьющихся друг об друга по вине озорного ветерка. Ни даже людей, катающихся на велосипеде и весело беседовавших между собой. Ничего из этого Мари не видела и не слышала. Она была наедине только с собой и с монотонным донесением Паши.
– Так к чему ты клонишь? – не выдержав затянутого монолога, перебила Оля.