Череп Тимура

Бакшеев Сергей

– Что бы я делала без тебя? – хлюпала носом Тамара. – Мне здесь страшно.

– Ничего. Все позади. Одевайся и идем. – Несмотря на кажущееся спокойствие, Тихон тоже ощущал нарастающую тревогу.

Они торопливо надели подсохшие вещи. Заколов внимательно изучил углубления в орнаменте на полусфере и показал:

– Нам сюда.

Девушка покорно шла за парнем, осторожно продвигающимся по темным коридорам средневекового подземелья. Иногда им приходилось переступать через скелеты и черепа. Много человеческих жизней вобрал в

себя Город Мертвых.

Через некоторое время Тамара озабоченно поинтересовалась:

– Долго еще?

– Несколько поворотов и перекрестков, и мы выйдем к конечной точке орнамента. Я думаю, что там будет выход.

– А где же череп Тимура? – растерянно остановилась Кушнир. – Мы же здесь ради него!

– Может там, в конце пути.

– У выхода?

Заколов почесал макушку и согласился:

– Нелогично. Это было бы слишком просто, ведь выход для кого-то может стать входом.

– Мы что-то пропустили в темноте!

– Черепов сегодня мы видели много.

– Все не те! Давай еще раз рассмотрим шарик, там должна быть отметка.

Заколов осветил полусферу, которую держал в руке.

– Явной отметки нет. Я его десять раз обследовал со всех сторон.

– А на второй половинке?

– Она совершенно гладкая, я точно помню.

– Что-нибудь обязательно должно быть! Какая-нибудь подсказка!

– В прошлых головоломках всегда присутствовали цифры, а здесь только знаки. Снаружи – звезда в пятиугольнике. Внутри – десятиугольник и множество причудливых линий.

– Ты сказал пятиугольник, десятиугольник. Это же цифры!

– Х-м. Логично. Пятиконечная звезда в пятиугольнике. Если сложить, десять углов.

– И внутри на узоре в центре десять углов!

– Десять с одной стороны, десять с другой. – Заколов вертел полусферу и вглядывался в перекрестья узора. – Стоп! – Его глаза загорелись. – На всем пути от начала до конца мы должны пройти двадцать поворотов. Это двадцать углов на линиях узора.

– Десять с одной стороны, десять с другой!

– Да! Возможно, это подсказка. Череп спрятан в точке, отстоящей на десять углов от любого входа.

– Конечно. Скорее туда!

Заколов что-то прикинул. Его удивленные глаза посмотрели на девушку.

– Ты знаешь, это то место, где мы только что, – он хотел сказать «целовались», но заменил более скромным словом: – Переодевались.

Человек осторожно пробирался по подземным коридорам Города Мертвых. Его лицо скрывал сумрак. По осмотрительным движениям чувствовалось, что он хорошо знал об опасности смертельных ловушек. Каждый раз, когда требовалось выбрать новую дорогу, человек тщательно освещал фонариком стены и потолок тоннелей, искал свежие следы на полу. Только убедившись, что здесь недавно прошли люди, он сворачивал за ними, стараясь ступать точно по следам.

Время от времени он останавливался, отключал фонарик и вслушивался в зияющую черноту коридоров.

Если его уши улавливали впереди звуки, он убеждался, что движется в правильном направлении. Тогда человек шел дальше, не забывая, впрочем, об осторожности.

В какой-то момент он отчетливо услышал голоса. Говорили парень и девушка. Человек прислушался. Голоса приближались! Плечи крадущегося гордо расправились. Те, кого он пытался догнать, сами шли ему навстречу.

Человек затаился и приготовился к нападению. Разговаривающие между собой парень и девушка остановились в нескольких метрах от него.

– Вот это место.

Заколов присел, рассматривая каменный пол. Он ожидал увидеть лужицу выжатой воды. Однако пол был почти сух, влага успела просочиться. Он смахнул грязь и заметил дугообразную щель. Расчистив пол, Тихон осветил зажигалкой круглую каменную плиту диаметром около двух метров. Он взял камень и стукнул по ней. Плита отозвалась гулом огромной пустой бочки.

– Внизу есть ход или колодец, – сделал вывод Тихон.

– Колодцы находили во всех усыпальницах египетских фараонов. Это признак царской гробницы!

– Мы не в Египте. Здесь каждая яма может быть ловушкой. Попробую поднять плиту.

Тихон исследовал круглую щель, пытаясь подцепить камень, но ничего не получилось.

– Я тебе помогу, – предложила Тамара. – Скажи, где потянуть?

– Дело не в тяжести плиты. Она закреплена. В щелях я заметил штыри.

– Разбей ее! Мы у цели!

– Легко сказать.

Тихон со всей силы швырнул на плиту камень. Он отскочил подобно мячику. Плита возмущенно завибрировала, неприятный звук больно бухнул по ушам. Заколов ощупал след от удара. Кроме крошек от булыжника, на плите ничего не осталось.

– Попробуй еще, – взмолилась Тамара.

– Посвети. – Зажигалка перекочевала к девушке.

На этот раз Тихон выбрал самый большой булыжник. Он поднял его двумя руками над головой и бухнул на плиту. Гулкая звуковая волна разнеслась по коридорам, сверху посыпался песок.

– Так мы всех мертвецов разбудим. – Тихон запрокинул голову, вытряхнул песчинки из волос. Его взгляд остановился на сводчатом потолке. – Почему мы решили, что череп должен быть под ногами? Посмотри.

В центре потолка просел ровный прямоугольник металлического ящика.

– Череп – это голова. Голова всегда вверху. Это символично, – прошептала Тамара.

– По размеру тайничок подходит.

– Он здесь. Я чувствую. Когда мы задержались тут прошлый раз, мне сделалось жутко. И сейчас то же самое. Словно тело пронизывают мерзкие иголки.

Заколов ощущал нарастающее волнение и неприятную нервозность. Он списал это на низкий звук от вздрогнувшей плиты и нарочито бодро воскликнул:

– Достаем?

– Мы так тяжело к нему шли. – У Тамары подкосились ноги. Она присела у стены, в руке дрожал огонек зажигалки.