Череп для ученика
Шрифт:
– Ладно, – сдалась Тео. Черты ее лица потекли, как и у Ольсена перед этим, и взгляду Гринера предстал второй старик – тоже с бородой, не такой окладистой, как у Ольсена, но куда длиннее, пронзительными синими глазами, в синем же балахоне. Он почесал крючковатый нос и усмехнулся в усы.
И тут Гринер сказал фразу, удивившую его самого:
– А я вас знаю…
– Что? – удивился маг Меррилен.
– Я откуда-то вас знаю… Вы приезжали к нам…
– Как звали твоих родителей, Гринер? –
– Марта и Питер Розуор, а что?
Меррилен схватился за бороду и прорычал:
– Не может быть!
Ольсен же усмехнулся, словно именно такой реакции и ждал от своей ученицы, и продолжил расспросы:
– А что ты о них помнишь?
Гринер напряг память… вообще-то он помнил родителей смутно, хуже всего – отца, но, когда он увидел Меррилена, воспоминания выскочили откуда-то, и радостно, словно дети, уставшие сидеть взаперти, стали скакать в голове. Перед глазами замелькали картинки…
– Мало помню… мы жили в домике. У нас был сад… – юноша повернулся к наставнице, которая отпустила бороду и вцепилась вместо этого в край стола, во все глаза смотря на него. – Вы там были, ведь так? Угощали меня яблоками, и еще подарили мне деревянную лошадь, с хвостом из мочалки…
Тео молчала.
– Так, значит, вы знали мою мать?
За Тео ответил ее учитель:
– Не просто знала. Она отдала им тебя на воспитание.
Гринер ошарашено охнул. А потом, одновременно со страхом и надеждой спросил:
– Так вы… моя настоящая мама?
– Нет, – возразил Ольсен. – Твоя мама – не она. Твою мать звали Гиневра, а отца – Беорель. Он был королем Вердленда семнадцать лет назад, а тебя при рождении назвали Дорианом.
Гринер почувствовал, что дышать стало трудно. Он хотел спросить у Тео, правда ли это, но, увидев, с какой тоской она смотрит на него, понял – правда. Он встал и тихо сказал:
– Я пойду… посижу у себя в комнате.
И ушел, не замечая, что безотчетно отрывает пуговицы с праздничной курточки, резко, оставляя висеть нитки.
После продолжительного молчания Тео сипло сказала:
– Ольсен, зачем?
– Помнится, десять-одиннадцать лет назад, когда ты потеряла след юного принца и его приемной семьи, ты попросила меня помочь найти их. Я выполнил твою просьбу.
– Но… почему сейчас? И при нем?!
– Разве тебе не интересно, что с ними случилось? Печальная история. Да, тебе сказали, что их жизни забрало поветрие, но на самом деле они ушли из деревни. Питер и впрямь умер через две недели, а вот Марта и маленький Дориан, то есть Гринер, выжили. Марта пришла в замок, устроилась там прачкой, но через полгода тоже умерла, оставила мальчика круглым сиротой…
– Ты не ответил на мой вопрос. – Тео приняла свой обычный облик. – Почему сейчас? О Боги,
– Ты когда-нибудь слышала голос чистой Силы? – задумчиво пробормотал Ольсен.
– Я…
– А я слышал. Когда ты сказала, что не можешь найти ту семью, я задал Силе вопрос. А ответ услышал только сегодня. Так что мальчик должен был узнать – выбор времени и места неспроста. Именно сейчас… А что из этого выйдет – одна Сила ведает.
– Что выйдет – она ведает, но объясняться-то с ним придется мне! Что я ему скажу?
– Правду. Что сама не знала… Что его семья оказалась волею судьбы скрыта от твоей магии, и что все должно было случиться именно так.
– Это слабое утешение.
– Он должен его принять. Он – «белый» маг. Возможно, самый сильный за последние несколько веков.
Тео встала из-за стола, скрестила руки на груди. В глубине души она осознавала, что просто оттягивает неизбежный разговор с Гринером, но ничего не смогла с собой поделать – обозлилась на Ольсена, который всего лишь принес весть в этот дом.
– Мне так и сказать ему – знаешь ли, Гринер, ты по праву рождения и есть король Вердленда, ты должен был бы сидеть на троне, а не Дориан, но тебе придется смириться с тем, как все обернулось – ради людей, которым ты посвятишь всю свою жизнь – а они даже не будут знать, что ты существуешь?
– Умница, вот видишь, ты сама все знаешь. А мне пора.
Ольсен с сочувствием посмотрел на свою ученицу, перед тем как войти в портал, появившийся в воздухе, и добавил:
– Наши судьбы – вовсе не наша собственность…
И растворился в синем мерцании.
Тео постояла еще немного. Тихо сказала под нос:
– Хочу напиться…
И пошла к ученику.
Тео приоткрыла дверь в комнату Гринера и заглянула внутрь. Юноша сидел на подоконнике, свесив ноги наружу, на улицу, и ковырял пальцем ставень. Магичка улыбнулась и бодро сказала:
– Какой монстр, размером не больше пони, может выпить до трехсот галлонов воды за раз?
– Мурхель полосатый, – не оборачиваясь, ответил Гринер.
Тео кивнула и вошла в комнату. С интересом огляделась – она не была тут с тех пор, когда, приведя ученика в дом, распахнула перед ним дверь в захламленную, пыльную комнату и сказала: «Тут ты будешь жить». С того времени Гринер не только убрал пыль и грязь, но и успел создать свой неповторимый беспорядок – всюду на полу стояли стопки книг, на стене висели пучки трав. Тео подошла к ученику, присела рядом, благо подоконник это позволял.
– Я правда не знала, что ты… это ты.
– Я понимаю… – безучастно отозвался Гринер.