Чэнси
Шрифт:
— Надо бы нам накосить сена, — заметил я. — Так что ищите подходящие луга.
Мы выволакивали из леса сухие деревья, собирали валежник, и вскоре изрядная поленница дров возвышалась, как бастион против надвигающейся зимы. За все время нам никто не встретился, даже индейцы.
Когда с гор потянуло холодом, у нас уже в лугах стояли стога сена. Используя скалу, как надежную защиту от ветра, построили укрытие для скота. Работа спорилась, и мы не знали беды.
Но все же я беспокоился. Не столько о том, что нас могут найти Кэкстон
Заключая договор в Абилине, он предупредил, что присоединится к нам вместе с еще одним стадом до Нового года. Ему стоило уже поторопиться, если он собирался встретить с нами праздник. На протяжении многих миль почты здесь не существовало, и лучшим способом добыть хоть какие-то сведения было съездить в Шайенн или форт Ларами, который находился даже чуть ближе.
К тому же если Тарлтон гнал стадо, то нам следовало бы присматривать за дорогой. Потому что он тоже знал, что мы отправились в Вайоминг.
Должен сказать, что все обстояло не так безнадежно, как кажется, потому что в 1871 году скота в Вайоминге было настолько мало, что молва указала бы ему, куда мы пошли. Но само место он едва ли нашел бы без нашей помощи.
В конце концов я решил наведаться в форт Ларами. Намеченную работу мы уже завершили, оставалось только присматривать за скотом, соблюдая осторожность по причине угрозы нападения индейцев. Я своим все так и выложил:
— Беру двух человек. Так что тяните карты, кому из вас ехать.
Жребий выпал Корбину и Хакеру, но Том швырнул свою карту обратно в колоду.
— Вместо меня поедет Коттон, — заявил он. — Он молодой, пусть насмотрится на девчонок перед долгой зимовкой.
Пожелтели листья, пожухла трава, жестокий, холодный ветер подул со склонов Биг-Хорна. Глядя на такую погоду, ковбой вообще начинает сомневаться, нужна ли ему зарплата.
Миновав Перевал-через-Вал, мы заспешили в форт Ларами, но не прошло и часа, как наткнулись на первый след — дюжина неподкованных пони двигалась в западном направлении с небольшим отклонением к югу.
— Идут без волокуш, — заметил Корбин. — Это не просто переезд из одного лагеря в другой. С ними нет ни женщин, ни детей.
— Может, охота, — предположил Коттон Мэдден.
Мы продолжили путь, а на закате снова повстречали следы, также ведущие в юго-западном направлении. На этот раз ехали четыре всадника.
Биться об заклад никто бы не стал, но все мы всерьез призадумались. Это могло ничего не значить, но даже до нас доходили слухи, что шайены собираются вместе и выходят на тропу войны.
Форт Ларами был самым крупным гарнизоном из всех, что я видел. Он располагался на равнине в излучине реки Ларами, названной по имени франко-канадского зверолова Жака Ларами, убитого в 1820 году индейцами. На протяжении многих лет со времен своего основания в 1834 году форт оставался центром торговли пушниной и перевалочным пунктом для людей, отправляющихся на Запад.
Форт
Подъехав к лавке маркитанта, мы спешились, привязали коней и зашли в помещение. Возле стойки для военнослужащих стояли трое, и только один из них солдат.
Вытирая стакан, к нам подошел бармен.
— Виски, — попросил я, — и новостей.
Он наполнил стаканы и, опустив ладони на стойку, вгляделся в нас сквозь завесу табачного дыма.
— Что именно вы хотели бы знать? — уточнил он.
— Мы поджидаем стадо. Небольшое. Его должен пригнать человек по имени Тарлтон.
— Стадо? Не видал такого, по крайней мере с тех пор, как посетил гарнизон. Единственное стадо сюда пригнали для нас самих.
Один из посетителей возле стойки, коренастый мужчина в кожаных штанах, повернулся в нашу сторону:
— Тарлтон? Скототорговец из Абилина? Он уехал оттуда еще до меня… месяц назад.
Корбин залпом допил виски.
— Чэнси, у нас неприятности, — сказал он. — Он давно должен быть здесь.
— Случались ли какие-нибудь стычки с индейцами?
— Ничего достойного упоминания, — отозвался мужчина в кожаных штанах. — Ну, вы же знаете, как ведут себя индейцы, если им в руки попадется белый. Куда направлялось стадо?
Я не знал, что сказать. Военные не благоволят скотоводам, пытающимся проникнуть в страну индейцев.
— В глубь Территории, — признался наконец я.
— Тогда вам лучше бы иметь свою армию. Сиу не любят, когда среди них живут бледнолицые.
— Я думал, это страна шайенов.
— Сиу, шайены — какая разница. Они снимут с вас скальп, если вы попытаетесь там поселиться. — Он помолчал. — Еще кое-как можно ужиться с шайенами, хотя они любят повоевать, дай только повод. Но я уверен, что ни дьявол, ни сам Господь Бог ни в силах помириться с сиу. Поверьте мне, приятель, они умеют сражаться, просто рождены для войны.
Я и не сомневался в их боевых качествах, но надеялся жить с ними в мире. Бизоны перевелись, это уже всем очевидно. Может, нам удастся торговать с индейцами или даже гонять скот на паях.
В данный момент меня беспокоил Тарлтон. Он уже должен был появиться в окрестностях форта Ларами. Но мы не встречали следов, ведущих на юг. А что, если он ушел дальше на север?
Мы вышли на улицу. Солнечные лучи отдавали последнее тепло, в тени уже прочно угнездился мороз. Подняв взгляд вверх, я смотрел в безоблачное небо, сулившее ясную погоду. Что делать? Понятия не имел. То ли остаться здесь, в надежде, что скоро появится Тарлтон, то ли отправиться на поиски в Небраску? А может, послать кого-нибудь на запад, чтобы попытаться пересечь их след?