Чемоданчик Пандоры

Александрова Наталья Николаевна

– Я обожаю сидеть дома и готовить мужу обеды! – раздраженно ответила Надежда, малость покривив душой. – Неужели так трудно догадаться? Чемодан находится на вокзале, в камере хранения, поэтому мы там и встречаемся!

– А, ну ладно, значит, через час на том же месте… – и Кулик отключился.

– Можно, я поеду с вами? – неожиданно подала голос Вера.

– Куда? – удивленно спросила Надежда. – И зачем?

– Затем, что хочу наконец узнать, кто убил Катю! – крикнула Вера. – И кто следил за мной и за каким чертом я им понадобилась!

– Тише

ты! – рассердилась Надежда. – Чего орешь-то? Вон люди оглядываются!

– Ну пожалуйста! – взмолилась Вера. – Все равно идти некуда: в музей неохота, а дома у меня сами понимаете, та еще обстановочка…

– Ну ладно. – Надежда пожала плечами. – Поехали. Тем более что эта встреча тоже связана с твоей историей…

Про себя она подумала, что неплохо держать эту подозрительную девицу в поле зрения – так, на всякий случай…

Через сорок минут они уже были на вокзале. На этот раз Надежда решила получить кейс, не дожидаясь Кулика. Женщины спустились в камеру хранения, и дежурный, бравый отставник с лихо закрученными усами, проверив паспорт Надежды и ключ, проводил ее к ячейке. Надежда открыла ячейку, забрала пакет, в который был упакован кейс, и вышла к Вере. Они направились к лестнице, и вдруг Вера окликнула Надежду Николаевну:

– У вас дыра на колготках!

– Вот черт! – Надежда наклонилась и разглядела здоровенную, очень заметную дырку. – Наверное, в камере хранения за что-то зацепилась! Безобразие какое, совершенно новые колготки, в первый раз надела!

До встречи с Куликом оставалось десять минут. Надежда остановилась возле двери с изображением женского силуэта и сказала Вере:

– Подожди меня здесь, я ненадолго, попробую хоть внутрь сдвинуть…

Она протянула Вере пакет и скрылась за дверью.

Неожиданно вокруг забегали озабоченные люди в железнодорожной форме. Вера отступила к стене, прижимая к груди пакет. Где-то под потолком кашлянул и ожил репродуктор, неразборчивый женский голос гулко проговорил:

– …покинуть здание вокзала! Срочно покинуть…

Выдав эту непонятную реплику, репродуктор снова умолк.

Вера растерянно оглядывалась, пытаясь понять, что происходит. Вдруг откуда-то из боковой двери появились несколько решительных рослых парней в форме МЧС. Подбежав к Вере, один из них схватил ее за локоть и, не говоря ни слова, потащил к лестнице.

– В чем дело? – Вера попыталась вырвать руку, но парень держал ее, как клещами, и Вере ничего не оставалось, как безвольно следовать за ним.

– Да в чем дело-то? – повторила она. – Куда вы меня тащите? Я здесь ждала подругу…

– Срочная эвакуация, – неохотно проговорил парень. – Эвакуируем всех пассажиров и провожающих…

– А что случилось?

– А в панику впадать не будете? – Парень недоверчиво покосился на Веру.

– Нет, – не слишком уверенно пообещала та.

– Поступило сообщение о заложенной на вокзале бомбе, – сообщил эмчээсовец, понизив голос, – сейчас всех гражданских эвакуируем

и приступим к поисковым работам…

– А там, в туалете, осталась моя знакомая, – растерянно проговорила Вера.

– Не волнуйтесь, ее тоже эвакуируют! – успокоил ее провожатый.

Они добрались до выхода из вокзала, парень слегка подтолкнул Веру в направлении метро и побежал обратно.

На площади перед вокзалом собралась огромная толпа – все, кого, так же как Веру, вывели из заминированного здания. Обратно на вокзал никого не пускали, перед входом стояло полицейское оцепление. В толпе курсировали самые фантастические слухи. Лысый дедок заявлял, что своими глазами видел обвешанного гранатами чеченца:

– Страшный такой, огромный, с черной бородищей!

– Да что ты выдумываешь, – возражала деду тетка с рыжей башней на голове, – какая бородища, когда это девчонка, молодая совсем, лет двадцати! Черная, как ворона, и на животе пояс шахида, вот!

– На фига им пояс надевать! – авторитетно заявил высокий парень в клетчатой кепочке. – Сунул коробку с бомбой в урну – и пошел себе. А через десять минут как рванет!

Кто-то из эвакуированных подозрительно покосился на Веру, прижимающую к груди объемистый пакет.

Вера поняла, что в этой толпе она ни за что не отыщет Надежду Николаевну и вполне может влипнуть в новые неприятности, да еще и потерять чужой кейс. Лучше уж отправиться домой и оставить пока чемоданчик там. А то в суматохе как бы кто не вырвал пакет из рук, потом неприятностей не оберешься. Действительно, в толпе шныряли какие-то подозрительные личности с бегающими глазками. Вере стало страшновато. Она пристроилась к немолодой прилично одетой паре и пошла за ними в сторону метро.

Надежда Николаевна кое-как справилась с дырой на колготках и попыталась открыть дверь туалета.

Дверь не поддавалась.

Надежда очень удивилась. Она налегла на дверь всем своим весом. Снаружи что-то со скрипом поползло, и в двери образовалась небольшая щель. В эту щель тут же заглянул рыжий веснушчатый полицейский, увидел Надежду и захлопал белесыми ресницами.

– Ох ты, мать честная! – воскликнул он секунду спустя. – А что это вы тут делаете?

– Это что вы тут делаете? – возмутилась Надежда. – Ведь это все-таки дамская комната! И почему не открывается дверь?

– Ох ты! – снова простонал полицейский, схватившись за голову. – Ведь мы уже всех эвакуировали! Выходит, вас проглядели…

– Что случилось? – спросила Надежда, похолодев. – Почему вы всех эвакуировали? В чем дело?

– Чрезвычайная ситуация! – тихо проговорил полицейский. – Вокзал, похоже, заминирован! По крайней мере, поступил такой сигнал…

– Вот невезуха! – в сердцах воскликнула Надежда. – Что же теперь делать-то?

– Вот именно… – страж порядка задумался, почесал голову и наконец заявил: – Сидите пока тут, я сейчас доложу по начальству…