Чемодан с видом на Карибы
Шрифт:
— Отдай!
Этот незнакомец стоял между Олегом и его вечной, трепетной, неосуществимой мечтой богатством. В этом чемоданчике было все, к чему стремился Олег, стремился всей душой — роскошные машины, великолепные апартаменты, длинноногие загорелые девушки, вежливые темнокожие официанты, золотые карибские пляжи, шорох прибоя…
При виде несущегося на него с выпученными глазами и поднятой монтировкой человека Гера немного растерялся. У этого мужика был совершенно очумелый вид, как будто он накурился какой-нибудь дряни, связываться с таким небезопасно. Гера захлопнул дверцу. Олег налетел на машину, как цунами, и с размаху
И в это время с двух сторон к столкнувшимся машинам подкатили два огромных джипа.
Двери джипов дружно распахнулись, из них, как горошины из стручков, высыпали крепкие тренированные ребята во главе с мужчиной средних лет, украшенным кривым шрамом через все лицо и ежиком седых волос.
— Всем стоять! — хриплым пиратским басом рявкнул седой.
И все его поняли. В голосе седого пирата прозвучало что-то такое, что в юридических договорах называют «обстоятельства непреодолимой силы». Все участники бурной уличной сцены застыли, как перед фотокамерой, из которой вот-вот должна вылететь пресловутая птичка. Даже Олег замер, выронив монтировку и навеки распрощавшись с мечтой о золотых карибских пляжах.
Седой головорез окинул присутствующих наметанным взглядом, заметил пистолет в руке Георгия и одним движением бровей подал знак.
Кто-то из его подчиненных молниеносно разоружил Геру, впрочем, он и не пытался сопротивляться, понимая всю бесполезность такой попытки. Он только произнес, обращаясь к седому, впрочем, без особой надежды на успех:
— Анвер, ты что, меня не узнал?
Седой не удостоил его ответом.
Убедившись, что все под контролем, он вынул мобильник и что-то в него негромко сказал.
Почти тут же из-за угла вырулил золотистый «Ягуар». Он остановился чуть позади одного из джипов, дверца открылась, и появился толстый лысый мужчина лет пятидесяти с небольшим.
— Вот, Виктор Андреевич, — Анвер обвел взглядом всех участников немой сцены, как садовник оглядывает хорошо удобренную клумбу. Все здесь!
— Виктор Андреевич, — засуетился Гера. Я все держал под контролем! Я спас ваш чемоданчик! — и он потянулся к вишневому кейсу.
— Сидеть! — грозно рявкнул Анвер, — я тебе что, крыса помойная, разрешил пошевелиться?
— Я знаю, как ты все держал под контролем! негромко проговорил Виктор Андреевич. — И про тебя знаю, и про этого красавца, — он неприязненно покосился на Феликса.
— Это все он! — тут же завизжал Феликс. — Он меня заставил! Он меня вынудил! Я ни в чем не виноват!
— Ну вот и ладушки, — Виктор Андреевич ласково улыбнулся, как голодная акула перед сытным обедом. — Вы теперь, голубчики, друг на друга все будете валить и все нам в мельчайших подробностях расскажете.., особенно когда Анвер вами всерьез займется!
Вдруг из-за спины Виктора Андреевича вынырнул Валентин Марленович Кулик. Вид у него был такой, как будто Кулик сию минуту собрался броситься на первую попавшуюся амбразуру — Только не трогайте женщину! — выкрикнул этот закоренелый романтический герой. — Она совершенно ни в чем не виновата! Я ее втянул в неприятности против ее воли!
— Женщину? — удивленно проговорил Виктор Андреевич.
— Это он про меня, — подала голос Надежда Николаевна, до сих пор тихо сидевшая на заднем сиденье разбитой машины
— Опять вы помогаете посторонним людям, усмехнулся Виктор Андреевич, — смотрите, как бы потом снова не пришлось жалеть.., но задерживать вас я, конечно, не собираюсь. Мой ботаник, — он кивнул на Кулика, — о вас хорошо отзывается, а я ему, как ни странно, верю.
Он махнул рукой одному из своих бойцов:
— Отвези ее, куда нужно!
Парень подсадил Надежду Николаевну в джип. Следом тут же ввинтился Олег. На немой вопрос бойца он пробормотал:
— Там моя жена…
Надежда покосилась на него злобно, но решила не ввязываться, пускай Вера сама разбирается в своей семейной жизни.
Вернувшись к месту потасовки. Надежда обнаружила Веру, полусидящую на асфальте, скривившись от боли. Все зеваки, до того с удовольствием наблюдавшие за дракой, моментально разбежались, и никто даже не подумал помочь девушке или вызвать скорую помощь.
Бойкая коротко стриженная брюнетка, пассия Олега, тоже ретировалась, но ее вполне можно было понять. Ее Надежда не слишком осуждала — кому нужны лишние неприятности.
Вдвоем с бойцом Надежда Николаевна подняла Веру и внесла ее в джип.
— Поехали в больницу! — приказала она шоферу Увидев жену, Олег залебезил:
— Ну как ты, солнышко? Что у тебя болит? Чем тебе помочь?
Вера открыла глаза и поглядела на мужа затуманенным взором.
— Ты — здесь?
— Ну, конечно, малыш, — рассыпался Олег мелким бесом, — милая, я так волнуюсь! Что для тебя сделать?
— Сделай так, чтобы я тебя как можно дольше не видела! — со стоном выдохнула Вера.
— Это мы запросто организуем! — жизнерадостно ухмыльнувшись, пообещал боец. — Мужик, ты что предпочитаешь — Якутию или Эвенкийский национальный округ?
— Лучше всего отправить этого козла в его родной город, — с трудом преодолевая боль, проговорила Вера, — у этого города, кажется, и названия-то нет…
— И не забудьте его из квартиры выписать, добавила практичная Надежда.
Вера наклонилась, кряхтя, как старушка и поставила Ромкину миску на пол.
— Ешь, только аккуратно, — сказала она, — я уже сегодня один раз за тобой убирала, больше сил нету.
Пес повилял хвостом и радостно рванулся к миске. Вера только вздохнула: Ромка-то быстро шел на поправку, чего не скажешь о ней. В больнице определили, что от удара о поребрик Вера сломала два ребра. В остальном все было более-менее в порядке, не считая многочисленных синяков и ссадин. Вера мельком взглянула на себя в зеркало: рассеченная бровь кое-как заживала, опухоль в ушибленном носу спала, только глаза совершенно больные. Волосы тусклые, висят безжизненно. Вера кое-как разгребла их расческой и стянула в хвост аптечной резинкой. От такого простого усилия руки стали ватными и перед глазами заплясали красные мухи.