Челюсти судьбы
Шрифт:
– Ребята, идите сюда! Тут какая-то нехорошая петрушка вырисовывается!
Двери двух до сих пор безмолвствующих грузовиков открылись, и из них вылезли здоровенные рыжие парни, похожие друг на друга, как двое из ларца. Лица у них были покрыты веснушками. Голубые глаза. Широкие толстые носы. Косая сажень в плечах и ручищи что две лопаты. Совершенно очевидно, что парни приходились друг другу братьями.
– Ну чего у тебя тут, Серега? – прогудели они хором, приблизившись к толпе. – Снова бушуют?
– Да вот… Говорят, что мы трупы на свалку свозим.
– Чьи
– Людей.
Рыжие от таких слов тихо обалдели. Их рты синхронно открылись.
– Вы чё? – заорали рыжие на толпу. – Обалдели совсем? Какие трупы?
Выглядели при этом братья так угрожающе, что толпа притихла и вроде как даже отхлынула, оставив Киру и Лесю без всякого прикрытия. Оглянувшись и убедившись, что они остались одни, подруги разозлились. Вот и доверяй после этого массам общественности! Но отступать подруги не собирались. Их дело правое, и они каких-то рыжих близнецов-переростков не испугаются!
– Да! Трупы! Моего жениха и его семьи!
– И большая семья?
– Четыре человека!
– Жених пятый?
– Всего четыре человека!
– Значит, и трупов должно быть четыре?
– Да! Все упакованы были в мусорные мешки. И вы забрали их с поселкового поселения вдоль Таллиннского шоссе. Массив Горелово! Вилла «Бесконечность». Помните?
Рыжие переглянулись.
– Это где на воротах восьмерки огромные нарисованы? – наконец спросил один из них.
– Точно! Вы там были?
– Были.
– И мусор забрали?
– Забрали.
– А почему только четыре мешка, а не все пять?
Рыжий пожал плечами:
– Так лимит выделен. Каждый дом имеет право выставить четыре мешка в неделю. Пятый уже за особую плату.
Подруги впервые слышали о таком, но охотно поверили этим рыжим братьям. Такую нелепицу их простые умы самостоятельно вряд ли придумали бы. Тут чувствовался чей-то бюрократический крючкотворный ум. Надо же такое придумать! Лимит на мусор!
– Мы и то хорошо сделали, большие мешки забрали. А маленький, что сбоку валялся, так там и оставили.
– Решили, что с маленьким хозяева и сами как-нибудь справятся.
– Или дополнят его, а мы уж в другой раз заберем.
Подруги хмуро переглянулись. Ничего себе! Выходит, эти ребята только чудом не уволокли мешок с Розалией. Будь на их месте другие, запросто могли бы сволочь тетушку на свалку, а вместо нее оставить мешок с… С кем мешок? Кто находился в четырех других мешках? В самом деле трупы или обычный мусор?
Это подругам требовалось узнать немедленно!
– А где вы те четыре мешка выбросили, помните?
– Помнить-то помним, – почесали в затылках парни. – Только не станете же вы сами по свалке лазить? В своей-то одежке?
И они выразительно уставились: один на беленькие сапожки, которые были на ногах у Леси, а другой на светло-серую замшевую курточку, в которую сегодня облачилась Кира. К тому же обе девушки были в светлых брючках. Ну да, оделись нарядно, потому что с утра как-то не планировали, что им придется рыться
Но тут им на помощь пришли митингующие. Их желание добиться закрытия свалки было столь велико, что ради этой цели они были готовы порыться в чужих отбросах.
– Ничего, принюхались уже за столько-то времени. Пороемся, отыщем!
Рыжие еще раз выразительно хмыкнули. И заявили, что, если таково желание большинства, они ему препятствовать не смеют. Покажут место, куда выкинули вчерашний мусор. Но за это их грузовики должны пропустить к свалке.
– Как же! А вы мусор возьмете и на вчерашний вывалите!
– Мы в другом месте, – успокоил всех Сергей. – Аккуратненько! С краешку! Вы даже и не заметите.
– Нет! Пока трупы не найдем, не пустим вас к мусору!
– Ну пожалейте нас, в самом-то деле! Мы же люди подневольные. Нам жадюга Маркевич за полный рейс платит. Не выбросим мусор, не видать нам денег. А у нас у всех семьи и дети.
Вряд ли в другой ситуации рассказ Сергея о его бедных голодающих в ожидании возвращения отца детках вызвал бы прилив сочувствия у этих обозленных людей. Но сейчас они уже нацелились на поиск трупов. Это было для них теперь первоочередной задачей. И поэтому они махнули рукой на все остальное и открыли дорогу.
В самом деле, несколько грузовиков там больше или меньше. Какая разница? В данном случае найти трупы в мешках и привлечь гада Маркевича к ответственности было для них гораздо важнее. Пусть выбросят на свободном месте. Все равно скоро свалку уничтожат!
– Ну, и где вы вчера выбросили мусор? – деловито осведомился один из митингующих, добравшись до свалки.
Держался он очень бодро, видимо, сказывалась привычка. Сами подруги едва не падали с ног от резкого запаха гниющих отбросов. Да еще чайки, возмущенные вторжением на их территорию непрошеных гостей, принялись кружить над головами и гадить вниз не хуже голубей.
– Просто снайперы какие-то, а не чайки!
– Хотите, пальну в парочку для острастки? – оживился Сергей, в самом деле извлекая из кабины своего грузовика пневматику.
И, не дожидаясь согласия остальных, выстрелил в стаю чаек. Те разразились яростными криками, хотя никто из птиц не пострадал от выстрела.
– Эх, промазал! – сконфуженно пробормотал Сергей, заряжая ружье и вновь прицеливаясь.
Пока он развлекался тем, что палил по птицам, впрочем не причиняя тем особого вреда, митингующие приступили к поиску мешков. Действовали они с большим усердием, словно бульдозеры перепахивая тот участок свалки, куда был выброшен вчерашний мусор.
Подруги не знали, радоваться им или пугаться. Конечно, хорошо, что у них столько помощников. Но это пока хорошо! А вдруг никаких трупов на свалке нету? Тогда что? Как бы разгневанная толпа обманутых в своих надеждах людей не прикончила бы самих подруг и не засунула бы в мешки вместо Антоновых. Раз уж они так настроились поиметь на своей свалке выброшенные трупы!