Человек
Шрифт:
— Ты послужишь карой тем, кто не присоединится к новому миру, — сказал напоследок старик и ушёл.
Роботы покинули нас.
— Маилз… я…
— Всё в порядке. Я в порядке. Пока что. Только немного штормит.
Состояние было странным. Тело ослабло, в голове туман. Зрение плыло. А вот способность, наоборот, раскрылась. Я чувствовал всех, кто был. Даже тех на сцене, кого не видел. Механоидов. Десятка сильнейших механоидов с пылающими Ядрами Оруса. Сквозь расплывчатость я сумел-таки разглядеть
— Какого Танула, Кэндрикс! — орал Стив. — Ты что устроил?
— Ох, Эликс. Ты, как всегда, спешишь. Я же здесь, на конференции по вопросам будущего, представляю новое будущее во главе с собой.
— В задницу такое будущее!
Послышался звук удара. Кажется, это Стиву робот заехал под дых.
— Ну-ну. Спокойнее. Мы здесь не для того, чтобы ссориться. А для того, чтобы показать — будущее за механоидами. За теми, кто не скован системой «Немезис», Империей и бренным телом. Мы создадим новый мир. «Мир, основанный на правилах»!
Кэндрикса я слушал вполуха, пытаясь залезть в карман брюк. Руки тряслись как у треморщика.
Лоб жутко зачесался. Настолько сильно, что я не мог терпеть. Почесаться получилось раза с третьего, но зато я получил невероятный кайф от того, что расчесал этот зуд. Последствия этого тоже были. Мало того, что в глазах и так всё плыло — я ещё и нажал на что-то на обруче. Странные ощущения невесомости охватили меня. Пришлось призвать холод, чтобы остаться здесь, в зале, и снова попытаться достать эссенцию.
— Я помогу, — послышался сбоку знакомый голос.
Прикосновения рук Джоуи обжигали не хуже, чем огонь. Приходилось сжать зубы и держаться, пока она не достанет контейнер.
— Вколи, — сквозь зубы проговорил я.
Получилось что-то нечленораздельное, но Джоуи уловила. Игла вошла мне в бедро. Укол был подобен сверхновой. Меня так тряхнуло, что я упал на пол и оказался заперт в темноте, скованный со всех сторон. От приступа клаустрофобии я забился и в какой-то момент разрезал окружающее меня пространство зелёным клинком.
— Маилз! Очнись! Приди в себя! — Кто-то хлестал меня по щекам.
Теперь я сидел на стуле, а надо мной склонились два обеспокоенных лица — Ле-Ле и Джоуи.
— Ты… откуда?
Хотелось спросить, откуда здесь Джоуи, но тело не слушалось.
— Компанию решила составить. Просто так. Представляешь? Нет? А вот представь.
Кто-то из них сунул мне в рот бокал с водой, и я принялся жадно пить.
В голове всё плыло. Начались шутки со зрением. Вот я сижу в главном зале на Фобосе, наполненном людьми, роботами и механоидами. А вот я в затхлом помещении незнакомого ангара, куда сквозь дыры и щели попадал солнечный свет.
— Джоуи Самерхольд. Я предлагаю вам присоединиться ко мне. И не в том качестве,
— Мне и замужем неплохо, — огрызнулась она.
— Ха-ха. Вы не поняли. Выбора у вас нет. Отсюда, с Фобоса, вы уйдёте либо с нами, либо будете разорваны на части мутировавшей тварью, что сидит рядом с вами.
В этот момент по чувствам ударило ощущение присутствия. Такого родного. Такого знакомого.
— Сам ты тварь, Кэндрикс. Накормить человека таким количеством торов и угрожать другим смертью от рук мутанта.
Мама.
Её голос эхом отдался от стен ангара, в котором я был. Я протянул руку, чтобы попытаться схватить её, но чужая рука, рука монстра в чёрной живой броне, ухватила лишь воздух.
— Валькирия! Ты…
Этот голос был знаком. Тори. Я пытался сфокусироваться на сцене и действительно смог разглядеть её кукольный силуэт за синим щитом. Щитом, отделяющим людей от механоидов. Ничего не понимая, я прислушался к себе и понял, что роботы, державшие людей, были все уничтожены.
— Я.
— Так ты всё это время была Призраком, — тихим голосом сказал Тори.
— Не просто Призраком. Боевым. Зачищала там, где вы не могли.
— Разве это сейчас важно? — поинтересовался Кэндрикс.
— Не лезь! Я хочу узнать! Сожри тебя Кракен, Валькирия! Почему ты молчала? Мы же с тобой подруги!
— Сверхсекретный проект. За каждым моим шагом следили, — пожала она плечами. — Так что пришлось о многом умалчивать.
— Если бы только Герцог знал, что ты тут, он бы не предал нас!
— Он мне всё рассказал до того, как уйти к Ксандру. Я его чуть не убила на месте, потому что, сама понимаешь, мне нужно было его арестовать.
— Почему ты его не остановила? — Это уже голос другого механоида. Хароу?
— Зачем мне останавливать того, кто так и не нашёл своего места?
— Хочешь сказать, это его решение не было предательством, а просто совпало? — Это уже другой механоид.
— Именно это я и хочу сказать. Герцог давно потерялся в этой жизни. Ему нужно время всё обдумать. И тогда он вернётся.
— Валькирия, ты сейчас выдаёшь желаемое за действительное, — высказался Кэндрикс, которому этот разговор перестал нравиться.
— Тут скорее ты пытаешься всеми правдами и неправдами удержать ребят на своей стороне. Мне от этого ни горячо, ни холодно. Сражаться с семью или с десятью.
Сражаться? Валькирия? Одна?
— Не позволю!
Вместо слов получился невнятный вой. Я вскочил с места, растолкал женщин, пытавшихся меня остановить, и рванул к щиту.
— Пока мы тут мило беседуем, кое-кто уже начал переходить в стадию мутации. Вон даже глаза сменились. Кстати, а почему они зелёные?