Человек
Шрифт:
— Люди. Ручное вмешательство в систему, закрыли глаза на тревогу, не дали среагировать по протоколу, задержав на полчаса и всё.
— То есть кого-то в армии подкупили?
— Я бы сказал шантажировали.
— Понял. В остальном к системе претензий нет?
— Нет. Ты сделал всё идеально.
Молча улыбнувшись, я продолжил пить кофе. Внутри же я чувствовал себя настолько воодушевлённым, что утренняя тренировка ушла на второй план.
— Экелз, тебя подвезти к врачу?
Фурия залетела как ураган. Поцеловала дочку, мужа, умудрилась потрепать мне волосы и села за стол пить кофе. Даже не кушать. Да откуда
— Я Маилз, — флегматично в тысячный раз напомнил я.
— Маилз, Экелз. Какая разница?
— Ну да, ну да. А кто мне документы поменял на Маилза? Из-за кого я раз полгода на пластику хожу? Кто заставил голос поменять? Из-за кого я каждый год хожу к офтальмологу пигмент менять в глазах? Может мне тогда бросить всё это?
— Так тебя подвести? — С милой улыбкой проигнорировала она меня.
— Я его подвезу. Мне как раз в академию нужно утрясти ряд моментов со Стоуном, — ответил отец.
— А обратно тогда я заберу.
— Обратно я на свидание иду, — прожевав омлет ответил я.
— Это с рыжей? Или с темненькой, которая врач? — Оживилась фурия.
— С военной, у которая короткая стрижка, — флегматично ответил отец.
— А разве он с ней не расстался?
— Та была другая.
— Может вы как-то без меня будете это обсуждать? — беззлобно спросил я.
— Обсуждать людей за спиной неприлично, — ответил отец, на что я покачал головой.
— И потом, мы же не виноваты, что от тебя через три месяца все девушки сбегают, — добавила Саманта.
Обед закончился перетиранием костей меня и моих девушек, и когда я оказался в кабине аэроката наедине с отцом, то выдохнул.
— Мало того, что это валькирия меня избивает уже лет восемь, так ещё и интерес ко мне не потеряла за этой время. Тебе не кажется, что меня тут где-то обманули?
Когда мы с ним разговаривали девять лет назад, сидя на лавочке возле больницы, я был переполнен злобой и не осознавал ничего. Тогда отец использовал манипуляции и заставил меня согласиться на эту авантюру под названием усыновление, пообещав заоблачные деньги и информацию о брате.
— Тебе ничто не мешает сбежать. Ты совершеннолетний. Образование у тебя есть, причем лучшее из возможных, факультативы в Семфере плюс мои лекции и много практики. Ты ценный молодой специалист. Деньги у тебя есть. За этот проект тебе неплохо так поднасыпали… Недвижимость есть. Проданная квартира в Серпентхольме стала пятикомнатным пентхаусом на крыше небоскреба в столице. Работа будет. Декан давно тебя хочет заграбастать в штат, да и ребята Тайлера уже подходили ко мне с предложением тебя забрать в свой квад пятым. Как раз они там очень от Стива страдают, и твоя помощь была бы кстати. Да и компенсацию я тебе выплачу.
— Пфф, карманные расходы, — повторил я его слова, сказанные тогда.
— Да и семья у тебя есть, если так подумать. Отец, мать, сестра, — продолжил он.
— Отец, жена моего отца, сестра, — поправил я.
— Ты всё никак не хочешь её называть матерью?
— Ага.
Я посмотрел в окно. Когда я только прибыл в свой новый дом, меня тут же взяли в оборот. Пластика, физические тренировки, обучение в академии, репетиторы. Ежедневные ритуалы, совместный приём пищи, вечерние прогулки с новорожденной сестрой, разговоры перед сном и во время поездок. Я оглянуться не успел, как понял, что я действительно живу
За размышлениями я не заметил, как мы прилетели к огромному зданию в виде буквы Н. Мой корпус правый, административный. На двадцатом этаже меня уже ждал профессор керр Дорман, лечащий врач уже несколько лет. А в левом здании лечили многих. Там часто творился ажиотаж и приезжали целыми колоннами аэробусов.
Керр Дорман низенький, лысенький, пузатенький сидел в своём рабочем кабинете, куда я заходил как к себе домой.
— Ааа, Маилз. Проходи, присаживайся. Ждал-ждал. Как твои дела?
— Добрый день. Всё хорошо.
Упав в удобное кресло у окна и взяв со столика ожидающий меня кофе, я ждал, пока профессор расшифрует пришедшие последними анализы. На это ему требовалось пять минут и пока я сидел и ждал, смотрел в окно. В этот раз к зданию приехал кортеж с эмблемой Золотых орлов. Причем с серьезным боевым сопровождением. Десять миниаэрокатов с полностью вооруженным квадом, по три спереди и сзади и по два сбоку. По центру ехала роскошный аэрокат премиального класса, оборудованный по всем канонам безопасности. Кто-то явно важный приехал лечится. И зачем столько сопровождения. Столица безопасна.
Кто приехал, я так и не увидел, так как врач отвлек меня от созерцания.
— Как твои кошмары?
— Перестали пугать, но не перестали появляться.
— Боль в солнечном сплетении?
— Пустота. Я к ней привык, но она всё такая же.
— Что могу сказать. Мы с тобой завершили наш пятиступенчатый курс лечения. Результаты удовлетворительные. Тревожное состояние мы сняли окончательно. Теперь даже если ты подвергнешься этому пси-давлению снова, твоя устойчивость будет на высоте. Можно кидать в пасть фантастическому Рою из твоей любимой игры, и ничего тебе не будет. Переживешь… Пустоту мы не уберем. Это более сложный и в текущих реалиях невозможный случай. У меня есть понимание, откуда она. Но без шансов.
— Почему? — Меня от последнего предложения аж покоробило.
— Потому что всё, что можно сделать здесь, в Империи, я сделал. Сам знаешь, я один из лучших специалистов в области изучения синдрома Эверверс, основатель этой клиники, практикующий врач. Увы, здесь я бессилен.
— Значит, вернуть мне чип невозможно.
В принципе, этот факт ничего не менял. Родители приложили невероятное количество усилий, чтобы я ничем не отличался от обычных людей с чипом. В некоторых физических параметрах я многих даже превосходил. Да и потом — работать и зарабатывать, помогать людям и приносить пользу обществу это не мешает. А уж обыденную жизнь жить тем более.