Шрифт:
Капитан Харт стоял у раскрытого люка ракеты.
— Почему они не идут? — спросил он.
— Откуда мне знать, капитан? — отозвался его помощник Мартин.
— И что же это за место? — спросил капитан, раскуривая сигару. Спичку он швырнул в сияющий луг, и трава загорелась.
Мартин хотел затоптать огонь ботинком.
— Нет, — приказал капитан Харт, — пусть горит. Может быть, они явятся посмотреть, что тут такое, невежи.
Мартин пожал плечами и убрал ногу от расползающегося огня.
Капитан
— Вот уже час, как мы приземлились, и что же? Где делегация встречающих, рукопожатия, где оркестр? Никого! Мы пролетели миллионы миль в космосе, а прекрасные граждане какого-то глупого городка на какой-то неведомой планете не обращают на нас внимания! — он фыркнул, постучав пальцем по часам. — Что ж, даю им еще пять минут, а затем...
— И что затем? — спросил Мартин, неизменно вежливый Мартин, наблюдая за тем, как трясутся отвислые щеки капитана.
— Мы пролетим над их проклятым городом еще раз и напугаем их до смерти. — Голос его стал тише. — Мартин, может быть, они не видели, как мы приземлились?
— Видели. Они смотрели на нас, когда мы пролетали над городом.
— Почему же они не бегут сюда по лугу? Может быть, они спрятались? Они что, струсили?
Мартин покачал головой.
— Нет. Возьмите бинокль, сэр. Посмотрите сами. Они бродят вокруг. Но они не напуганы. Они... ну, похоже, что им все равно.
Капитан Харт прижал бинокль к усталым глазам. Мартин взглянул на него, отметив на его лице морщины раздражения, усталости, непонимания. Казалось, Харту уже миллион лет. Он никогда не спал, мало ел и заставлял себя двигаться все дальше, дальше. А теперь его старые, запавшие губы двигались под биноклем.
— Мартин, я просто не знаю, чего ради мы стараемся. Строим ракеты, расходуем силы, чтобы пересечь бездну, ищем их — и что получаем? Пренебрежение. Посмотрите, как эти идиоты бродят с места на место. Неужели они не понимают, какое великое событие только что произошло? Первый космический полет в их глухомань. Часто ли это происходит? Они что, пресыщены?
Мартин не знал.
Капитан Харт устало вернул ему бинокль.
— Зачем все это, Мартин? Я имею в виду космические полеты. Ищем, ищем. Внутри все сжато, и никакого отдыха.
— Может быть, мы ищем мира и покоя. На Земле этого точно нет, — сказал Мартин.
— Вы считаете, нет? — капитан Харт задумался. — Со времен Дарвина, да? С тех пор, как ушло все, во что мы раньше верили, все ушло за борт, да? Божественное провидение и все такое. Вы считаете, из-за этого мы и летаем к звездам, а, Мартин? Ищем потерянные души, так, что ли? Пытаемся улететь с нашей порочной планеты на другую, чистую?
— Возможно, сэр. Во всяком случае, мы точно чего-то ищем.
Капитан Харт откашлялся, и голос его вновь стал твердым.
— Что ж, в данный момент мы ожидаем мэра города.
— Да, сэр. — Мартин медленно зашагал по лугу.
— Быстрее! — рявкнул капитан.
— Да, сэр! — Мартин пустился рысью, а отойдя подальше, снова двинулся не спеша, улыбаясь чему-то своему.
До возвращения Мартина капитан успел выкурить две сигары.
Мартин замер перед раскрытым люком, покачиваясь, похоже было, что он не в состоянии сфокусировать свой взгляд или связно мыслить.
— Ну? — рявкнул Харт. — Что случилось? Они придут приветствовать нас?
— Нет. — Мартину пришлось прислониться к ракете — у него кружилась голова.
— Почему же?
— Мы не имеем значения, — ответил Мартин. — Капитан, пожалуйста, дайте мне закурить. — Он протянул руку, вслепую нашаривая протянутую пачку, а глаза его, моргая, устремились к золотому городу. Он зажег сигарету и долго молча курил.
— Да скажите же что-нибудь! — вскричал капитан. — Они что, не заинтересовались нашей ракетой?
Мартин произнес:
— Что? Ах, ракета... — он поглядел на сигарету. — Нет, не заинтересовались. Похоже, мы прилетели в неблагоприятное время.
— Неблагоприятное время!
Мартин терпеливо объяснил:
— Послушайте, капитан. Вчера в городе произошло нечто великое. Столь необычайное и великое, что мы оказались жалкими дублерами. Мне нужно сесть. — Он потерял равновесие и тяжело сел, задыхаясь.
Капитан сердито жевал сигару.
— Что произошло?
Мартин поднял голову, дым от сигареты, зажатой в неподвижных пальцах, поплыл по ветру.
— Сэр, вчера в городе появился необычайный человек — добрый, умный, сострадающий и бесконечно мудрый!
Капитан гневно воззрился на своего помощника.
— А нам что до него?
— Трудно объяснить. Это человек, которого они ждали веками — миллион лет, наверное. И вот вчера он вошел в их город. Потому-то, сэр, сегодня наша ракета для них абсолютно ничего не значит.
Капитан резко сел.
— Кто же он? Неужели Эшли? Неужели он прилетел раньше нас и украл мою славу? — он стиснул руку Мартину. Лицо его было бледным, расстроенным.
— Не Эшли, сэр.
— Бертон! Я так и знал. Бертон прокрался вперед нас и испортил нам приземление! Никому нельзя доверять.
— Не Бертон, сэр, — тихо сказал Мартин.
Капитан не мог ему поверить.
— Но ведь было всего три ракеты, и мы летели впереди всех. А этот человек, явившийся перед нами, как его зовут?
— У него нет имени. Оно ему и не нужно. На каждой планете его называют по-своему, сэр.
Капитан уставился на Мартина тяжелым недоверчивым взглядом.