Человек семьи
Шрифт:
– Остановись на минутку, приятель.
– Дерьмо, чего тебе? – сказал водитель.
– Обычная проверка, – ответил Пат. – Подойди к машине спереди.
– Послушайте, – сказал водитель, – это ведь зона разгрузки. Именно здесь. Имею право на остановку в этом месте.
– Забудь об этом. Дело в другом. Ты возишь в этом грузовике что-нибудь кроме того, что в нем положено перевозить?
Водитель выглядел искренне изумленным:
– Что, например?
– Ладно, все равно. Просто нагнись над кузовом, руки положи
– В чем дело? Это обыск, что ли?
– Ты ведь не будешь разговаривать так грубо с хорошим, вежливым полицейским, не так ли? – спросил Пат, так сильно толкнув его, что тот упал вперед на горячий кузов грузовика.
– Эй, ведь мне горячо! – пожаловался водитель.
Пат не обращал на него внимания. Он глядел на улицу, ожидая появления патрульной машины. Хотел, чтобы Том был рядом, когда он обнаружит спрятанный наркотик. Только для порядка он небрежно осмотрел самого водителя. В заднем кармане нашел черную резиновую дубинку.
– Что это? Ты сам должен забивать этих коров?
– Ох, брось! Ведь знаешь, как нападают на водителей грузовиков в Вест-сайде. Отпугиваю бандитов.
– Ладно. Доверь полицейским заниматься этим делом. Ведь это незаконное оружие, разве ты не знаешь?
– Да что ты говоришь? Эта дубинка?
– Точно. Ты нарушаешь закон Салливана. Ладно, можешь теперь встать нормально. Посмотрим твои документы.
Парень вытащил бумажник и из него документы, которые указывали, что принадлежат Джино Росси. На водительскую лицензию была наклеена круглая фотография водителя. На ней Джино Росси был снят в полосатом костюме и галстуке.
В это время к грузовику бесшумно подъехала патрульная машина и остановилась. Том вышел и подошел к водительскому сиденью.
– Как дела?
– Ну, для начала обнаружил вот это, – сказал Пат, поднимая кверху дубинку.
– Ох, да он, должно быть, плохой мальчик, – посетовал Том. – А как насчет еще чего-нибудь?
– Еще не смотрел.
– А на нем самом?
– Нет, – ответил Пат. – Ничего, что бы я мог обнаружить, но пока я его тщательно не осматривал. Почему бы тебе не заняться этим, пока я буду обыскивать грузовик внутри?
– Ладно, – согласился Том. – Нагнись к грузовику, Джино.
– Христос с вами, я только что делал это.
– Да, но так тебя будет легче обыскивать. Кроме того, нам не хочется, чтобы ты удрал.
Джино тихонько выругался и снова нагнулся над кузовом.
Пат открыл перчаточный ящик и порылся в нем, перебирая отвертки, путевые карты, презервативы, но делал все невнимательно, так как знал, где найдет то, что ищет. Он приподнял с пола коврики и небрежно поглядел под ними, а затем поднял поношенное кожаное сиденье.
– Ага, а это что такое?
Между днищем сиденья и полом грузовика лежал бумажный мешок, в котором было порядка двадцати прозрачных конвертиков с белым порошком.
– Эй, что это? Хотите засадить меня ни за что? Никогда я не видел этого! Не знаю, откуда здесь появился этот пакет!
– Ха-ха, Том, – сказал Пат, – не кажется ли тебе, что ты уже не раз слышал такое в другом месте? Думаю, надо скорей отправить парня в участок.
– Точно. Прихвати с собой конвертики.
В участке оказалось, что Джино и раньше попадал в большие неприятности. Его приговаривали к пожизненному заключению по закону Баумса, трижды обвиняли в нападениях, в том числе в нападении со смертоносным оружием, ограблении и взломе.
– Ладно, скажу это вместо тебя, в твою пользу, – сказал Пат позже, просматривая 224-ю страницу его дела, – тебя никогда раньше не арестовывали за наркотики.
– Клянусь Богом, – сказал Росси, – я ничего не понимаю в этих делах.
– Ты можешь рассказывать об этом детективам, – сказал Том, печатая свой отчет о необычайном происшествии.
– Что будет с моим грузовиком?
– Можешь позвонить в свою компанию, если хочешь, чтобы они послали кого-нибудь закончить доставку и забрать грузовик.
Это была хорошая операция, ведь Росси оказался рецидивистом. Но, конечно, ничего выдающегося в ней не было, так как не было ни опасности, ни стрельбы, никакого риска для того, чтобы прослыть героями. Том настаивал на том, чтобы оставить себе пару конвертиков для того, чтобы в случае необходимости в будущем "посыпать" кого-нибудь из "стоящих" граждан. Но Пат возразил, что понадобится пятьдесят граммов – около двадцати пяти конвертиков – чтобы фальсифицировать особо тяжкое преступление – класса А.
На следующий день, когда они объезжали свой участок, Пат заметил машину Департамента здравоохранения, запаркованную у рынка. Какой-то человек вешал на гвоздь объявление "Закрыто по приказу Совета здравоохранения". Хоффер – владелец лавки – стоял рядом с ним, заламывая руки от волнения.
– Я говорю вам, что не знаю совершенно ничего об этом. Не знаю, как это попало в ящики с мясом. Оно было охлажденное, доставлено грузовиком. Его только что выгрузили. Как могли завестись в нем эти микробы? Если с мясом что-то не так, значит, таким мне его и доставили.
– Вы можете рассказать это членам Совета здравоохранения, – ответил мужчина и удалился.
Хоффер отчаянно выругался и снял передник.
– В чем дело, мистер Хоффер? Случилось что-нибудь? – с невинным видом спросил Пат, выходя из машины.
– Они пытаются разорить меня, – сказал Хоффер. – Конфисковали целую партию мяса. Я думаю, что произошло что-то странное, когда те парни ходили вокруг грузовика. Это было после того, как вы забрали водителя. За что вы его задержали, кстати?
– Наркотики.