Чехов
Шрифт:
— Надень это, — приказал я.
Ожившая покорно кивнула и принялась раздеваться прямо у шкафа. На пол полетела форма лицеистки, под который не оказалось белья.
— Вы бы отвернулись, мальчики, — хихикнул стоявший в углу призрак Оксаны. — Ну или из комнаты бы вышли.
— Срамота! — буркнул, отворачиваясь, Фома, который призрака не слышал.
Я же стоял и отстраненно наблюдал как кукла-Оксана путается в рукавах. Смущаться было глупо, потому как передо мной было мертвое тело, о чем я ни на мгновенье не забывал. И понял, что если ей не помочь — то это затянется надолго. А события
— Иди за мной.
Девушка посмотрела на меня пустым взглядом и кивнула. Челюсть у нее отвисла. Потом девица нахмурилась и довольно ловко вернула ее на место, прижав ладонью.
— Молодец, — похвалил я Оксану и та растянула губы в довольной улыбке.
Челюсть опять отвисла.
«Не обижай ее», — бросила мне в спину призрак и присела перед будуаром, чтобы тотчас забыть обо мне. Дух завороженно смотрел в собственное отражение и улыбался. Это выглядело жутко.
Но мы уже покинули квартиру, оставив призрака в одиночестве.
До лифта шли добрых пять минут. На скользком кафеле пола ноги девушки начали разъезжаться как к маленького жирафа. Пришлось поддерживать ее под локти, чтобы тело не упало и не свернуло себе шею. Или не разбило голову. Нет, даже пережив вторую смерть, она спокойно бы встала и исполняла мои приказы до тех пор, пока заряд батарейки не кончится. Но выглядело бы это прямо скажем некрасиво. Человек со свернутой шеей ковыляет по своим делам, хрипит и смотрит на всех холодным обессмыслившимся взглядом. Хотя в рабочих районах ее скорее всего приняли бы за хмельную, чем за восставшую из мертвых.
До машины мы добрались без приключений. Благо, во дворе не было ни души. Я открыл заднюю дверь, и приказал:
— Садись.
— Может быть ее лучше в багажник упрятать, вашество? — с сомнением уточнил Фома.
— Идея хорошая, но нам будет немного сложно объяснить дорожным жандармам, почему у нас в машине труп девочки, — с сомнением ответил я. — Автомобиль без номеров семьи. А значит, нас вполне могут остановить. И с таким чудом в багажнике забрать в участок на двое суток.
Фома поспешно замотал головой:
— Не надо вам в участок, вашество. Больно дурное это место.
— Поэтому она поедет на заднем сиденье. На счастье стекла в машине тонированные. Но все же прошу тебя: веди осторожнее.
Фома закивал и сел за руль. Я же усадил мертвую барышню на задний диванчик, сам расположился на переднем пассажирском сиденьи. Фома завел двигатель и машина выехала со двора.
Домой мы прибыли только поздней ночью. Я вышел из машины, зябко поёжился. К ночи воздух стал сырым и холодным. Открыл пассажирскую дверь, щелчком призвал тотем, снова напитал куклу силой. И Оксана неуклюже вылезла из машины. Остановилась, переминаясь с ноги на ногу и с ожиданием глядя на меня. Я же покосился на окна офиса. Видимо, Арина Родионовна все ещё ожидала, пока я вернусь.
— Вернись в машину, — велел я, и Оксана послушно исполнила мой приказ.
— Фома, перегонки машину к стене, — попросил я слугу и указал в дальний угол дворика, где сгустились тени. Тот кивнул и сел за руль и завел двигатель. Я же глубоко вздохнул, отозвал тотем, и направился к офису. Пересек двор, поднялся по ступенькам крыльца и потянул на себя ручку двери.
Услуги за услуги и комки на ужин
Арина Родионовна сидела в своем кресле и смотрела что-то на мониторе. И заметив, как открылась входная дверь, она обернулась:
— Слава Искупителю вы вернулись, — произнесла она. — Я перенесла всех посетителей на завтра. Как прошла поездка.
— Продуктивно, — ответил я. — Мне удалось закрыть дело Фомы. В пользу просителя. А ещё поговорил с задержанным. И даже навестил одного свидетеля.
О походе в притон, облаве и о том, что девица к моему приходу была уже мертва, я решил умолчать.
При упоминании о том, что мне удалось решить дело Фомы, секретарь улыбнулась:
— Это просто замечательно, Павел Филиппович.
— Завтра, Фома напишет заявление на оказание услуг, подпишет решение проблемы, и мы передадим его в министерство, — продолжил я. — Прошу прощения за то, что рабочий день выдался таким долгим. Я совсем забыл предупредить вас, чтобы вы шли домой после конца рабочего дня. Само собой, я оплачу сверхурочные. И закажу вам такси.
На щеках девушки проступил румянец. Она открыла было рот, чтобы ответить, но я ее перебил:
— Если начальство само предлагает бонусы лучше соглашаться. Иначе потом это можно войти в привычку у руководства. И босс часто будет просить вас задержаться после работы.
Достал из кармана телефон, набрал номер службы такси и вызвал извозчика к офису.
— Пока вас не было, я собрала все закрытые заявки и завтра отвезу их в министерство, — начала рассказывать девушка, когда я убрал телефон в карман. — А ещё вам пришел вызов на допрос. Завтра, в три часа дня.
Я поморщился. Держать тело до трёх часов в такую погоду было не самой хорошей идеей. Ладно, завтра в первой половине дня я проведу прием, и после обеда отпущу Арину Родионовну домой. И…
Беседу прервал писк сообщения, пришедшего на мой телефон. Я достал аппарат из кармана. На дисплее высвечивались оповещение о том, что такси прибыло. О чем я и сказал девушке. Секретарь встала с кресла, взяла со стола сумку:
— До завтра, Павел Филиппович.
— До завтра, — ответил я.
Проводил девушку до двери, вышел на крыльцо, помахал на прощание рукой, когда Арина Родионовна садилась в машину. Едва только авто скрылось в арке, спустился по ступеням и махнул рукой Фоме. И у стены ярко вспыхнули фары. А затем послышался звук заводимого двигателя. И из темноты выехала машина. Она остановилась у крыльца, и из открытого окна выглянул Фома:
— Девочек привезли, вашество, — важно произнес он. — Почитай, свежие.