Чехов
Шрифт:
— Да? — погрустнел Фома.
— Не понравилось? — прищурился я.
— Мне бы в другое место лучше, — промямлил Фома и добавил шепотом, — он странный. Все время спрашивал, где я качаюсь. С головой у него наверно не в порядке. Я ж не ребенок, чтобы качаться. Я карусели и качели с детства недолюбливаю.
Расплатившись за услугу, я направился прочь из этого заведения. Фома пошел следом. Он на самом деле перестал походить на разбойника, за которого его приняли чуть раньше. Высокий, широкоплечий парень с аккуратной стрижкой, гладко выбритый, в светло коричневом костюме — вполне мог занести документы
Когда мы проходили мимо витрин, Фома вглядывался в свое отражение и поджимал губы.
— Тебе удобно? — спросил я.
— Видели бы меня наши деревенские. Никогда бы не признали.
— Разве это плохо?
— Я и сам не знал, что могу так вот выглядеть. Даже у старосты нашего такого костюма не было. Он когда на ярмарку ездил, то надевал свой свадебный пиджак. Тот, конечно, на животе уже не застегивался. Но выглядел староста солидно.
— Привыкай, — я хлопнул его по плечу. — Ты теперь помощник адвоката — человек важный.
— Эх, барин, как бы мне вас не подвести, — парень поправил новую кепку восьмиклинку, которой сменил свой прежний головной убор.
— Я в тебя верю.
Банк встретил нас распахнувшейся дверью. Охранник проводил нас тяжелым взглядом и стало ясно, что за давешнюю выходку ему досталось.
Нас без промедления проводили в комнату для переговоров, где Фому сфотографировали. Затем заполнили данные на первой странице золотой книжки и торжественно вручили ее моему помощнику.
— Мы рады, что вы стали клиентом нашего банка, — благодушно произнес управляющий, протянул ладонь здоровяку и отчего-то заискивающе посмотрел на меня.
— Спасибо, — ответил ему Фома и тряхнул ладонь. — Мне было очень приятно.
Уже снаружи я понял, что немного устал. Но пришлось торопиться домой, чтобы наверняка не пропустить доставку мебели.
Фома ступал рядом, подстраиваясь под мой шаг, и время от времени проводил ладонью по гладко выбритому лицу. Ему все еще было сложно привыкнуть к смене облика.
Дела семейные
Домой мы успел как раз к прибытию грузчиков. К арке подъехал микроавтобус, на борту которого были изображены два мужчины в синих робах и кепках. Нарисованные трудяги тащили громадный рояль и крышка его скривилась в улыбке, состоящей из белых клавиш.
Пассажирская дверь открылась, из кабины выпрыгнул мужчина. Подошёл ко мне и уточнил с коротким поклоном:
— Вы господин Чехов?
— Все верно, — я взял протянутые мне листы.
— Вот документы. Хозяин предупредил, что вы внесли задаток…
Я бегло просмотрел договор. Взглянул на остаток суммы, которую остался должен мебельному салону:
— Да, сейчас схожу за деньгами.
Сам подумал, что все же нужно завести личный сейф, как любому достойному гражданину. Пора привыкать, что я стал адвокатом — серьезным человеком. Да и сейф для офиса тоже пригодиться. Пожалуй, даже два — в приемную, где будут храниться важные документы, и в мой кабинет, где я смогу спрятать что-то особо ценное для работы.
— Только покажите, куда ставить мебель, — попросил водитель.
Грузчики уже вышли из машины и топтались у открытой двери салона. Выглядели парни колоритно. Одни был низким,
— Да, идёмте.
Я провёл грузчиков к порогу. Обвел помещение рукой и начал указывать, куда и что поставить:
— Стол сюда, — я махнул ладонью в сторону стены справа от входа. — Шкаф рядом. А диван и кресла вон в тот угол.
— А второй стол? — уточнил водитель.
— В кабинет. За дверью.
Водитель кивнул и обратился к грузчикам:
— Все поняли?
Парни кивнули.
— Тогда начинайте разгрузку.
Работяги вышли из дома, направились к машине. Уже у кузова, высокий и тощий сжал кулак в ладонь, и рядом с ним появилось два сотканных из мутных водяных вихрей элементалей. Они застыли у кузова, тощий же запрыгнул в микроавтобус. Приземистый же создал трёх черных медведей, которые встали на задние лапы и зарычали. Парень же спокойно вытащил из салона микроавтобуса стол. И мне показалось, будто мебель была игрушечной. Парень же спокойно достал из салона второй стол и понес груз к дверям.
Я усмехнулся. Хитрая связка. Мастер школы магии воды уменьшает вещи, природные же использует "медвежью мощь", которая помогает стать бойцу сильнее в несколько раз, и спокойно перетаскивает эти вещи.
Поднялся на второй этаж, вошел в свою комнату, открыл ящик стола, где лежали сбережения, и отсчитал нужную сумму. Прикинул, что оставшихся денег с лихвой хватит на технику. Стоит составить список покупок, а следовательно расходов. Прикинуть сколько в месяц уйдет на всякие мелочи, которых потом докупать не придется. А также на расходники, что понадобится постоянно добирать. С сожалением подумал, что придется завести журнал для бухгалтерии. Я очень не любил всяческого рода расчеты, но похоже настало время заниматься этим неприятным делом.— Деньги в ящике, — тихо произнес шелестящий голос у меня над плечом. — Какая звенящая пошлость.— Любовь Федоровна, я сейчас немного занят, — выдохнул я, сетуя про себя, что призраку удалось застать меня врасплох.— А ведь я могла бы помочь… — сказала женщина беспечно и растаяла.
Когда я спустился, вся мебель уже была расставлена. Отлично. Считай, офис укомплектован. Грузчики же стояли у крыльца, курили и о чем-то переговаривались.
— Вот, — я передал водителю остаток суммы и подписанный экземпляр договора. — Тут немного больше. Бонус за скорость.
Водитель взял деньги, быстро пересчитал купюры и кивнул:
— Благодарствую, барин. Поехали, парни.
Грузчики выбросили недокуренные сигареты в урну, и направились к машине. И микроавтобус покатил от арки. Я же осмотрел помещение, которое разом преобразилось.
Фома уже успел переодеться в чистую домашнюю одежду и вышел из кладовой со свертком.
— Тут аппараты телефонные, — пояснил он. — Хоть и старенькие да пыльные, но вроде как целые. Я их проверю и подключу.
— На первое время сгодятся? — с сомнением протянул я.
— С ума сошли? — возмутилась Любовь Федоровна, появившаяся на ступенях холла. — Эти вещи — раритет. По ним еще с покойным батюшкой нашего императора говорила его фаворитка!
— Да неужто? — хмыкнул я и заметил, как призрачная дама потупила глаза. — ты поосторожнее с телефонами. Может статься, что они весьма ценные.