Чеченский след
Шрифт:
И Алексей понял, что означает это «прости»: нужно идти работать.
Прошел слух, что молодых ребят набирают для службы в Отряд специального назначения… Обещали хорошие суточные, оклад плюс пособие, всевозможные льготы. Одним словом, Алексей согласился.
Внешне все выглядело благопристойно: учебные бои, пробные поездки, подготовка…
А потом их провели в зал с проекционным экраном…
Когда Алексей первый раз вошел в зал, ему показалось, что Никита Сергеевич, его непосредственный начальник, командир отряда, пошутил: какая может
В первый раз он столкнулся с ней случайно, в коридоре, удивился: откуда здесь эта длинноногая коротко стриженная девчонка? На вид ей можно было дать не больше пятнадцати: карие глаза, курносый нос, острые скулы…
Ее представил им тот же Никита Сергеевич:
— Знакомьтесь, ребята, ваш педагог, Марта Павловна.
— Можно просто Марта, — сказала она.
Алексей удивился, услышав в первый раз ее голос: это был прокуренный голос сорокалетней женщины, прожженной, привыкшей повелевать всем и вся. Вначале он восхищался ею. Ему нравилась ее уверенность, то, с какой невозмутимостью, даже почти нагло она ведет себя с ними.
— Я бы попросила вас пересесть, — сказала Марта все тем же странным голосом.
Никто не двинулся с места. Никита Сергеевич улыбнулся:
— Все, что говорит Марта Павловна, можете воспринимать как мой личный приказ. Понятно?
— Марта, — упрямо повторила она.
— Марта, — с улыбкой повторил за ней Сергеич.
Алексею понравилось то, как она ведет себя с Сергеичем. Он первый поднялся с места, за ним — все остальные. Минут пятнадцать она командовала, кому и куда следует сесть.
— Марта, — шепнул Никита Сергеевич ей в самое ухо, — по-моему, вам просто нравится командовать!
Марта сделала вид, что не расслышала его слов. С прежним энтузиазмом она продолжала рассаживать ребят по одному ей понятному принципу. Алексея она почему-то посадила прямо на первый ряд, у самого экрана, настолько близко, что ему приходилось запрокидывать назад голову в течение всего времени подготовки, чтобы увидеть то, что им потом показывали.
Наконец Марта сказала:
— Вот так.
И это значило, что все получилось именно так, как она хотела. Впоследствии Алексея раздражала эта фраза, которую Марта произносила каждый раз, когда получала то, что хотела, а получала она это всегда. Но в начале их знакомства Алексей был просто в восторге и от этой фразы, и от самой Марты. То, что Марта тоже обратила на Алексея внимание, не укрылось для посторонних взглядов.
— Шуры-муры с педагогом? — посмеивались над Алексеем ребята, а он лишь улыбался в ответ.
В душе Алексей уже знал, что «шуры-муры» с Мартой только начинаются, что Марте еще предстоит сыграть в его жизни далеко не последнюю роль.
Полным ходом шла подготовка: им вкалывали в вену какой-то препарат, потом показывали на экране сцены убийств и насилия с обилием крови
Большинство сцен было связано с убийством женщин, детей и стариков. Лица тех, кого убивали, а также тех, кто убивал, рассмотреть было трудно, весь экран заслоняло в большинстве случаев кровавое месиво, снятое крупным планом.
Первый сеанс вызвал у Алексея шок. Пошатываясь, он вышел из зала, не заметил, как рядом оказалась Марта.
— Я так и думала, — сказала она.
— Что? — не расслышал вопроса Алексей.
— Я так и думала, что у тебя слабая нервная система, — объяснила Марта и повелительно добавила: — Сейчас ты пойдешь со мной.
— Хорошо, — с готовностью ответил Алексей.
Марта привела его в кабинет врача, туда, где всем им перед началом просмотра вкололи в вену какой-то препарат.
— Повторите, Виталий Георгиевич, — приказала Марта врачу.
— Не много? — тот покосился в сторону Алексея.
— Нормально, — ответила Марта.
— А что он потом будет делать? — захихикал врач.
— Разберемся, — ответила Марта.
— Ну смотри, — ответил врач.
После того как Алексею был сделан еще один укол, он почувствовал, что испытывает к Марте самые нежные чувства.
После третьего сеанса у Алексея уже не было ни страха, ни ужаса перед тем, на что он смотрел, только интерес и желание увидеть эти кадры еще раз. Ему даже показалось, что он испытывает странное возбуждение от того, что происходило на экране. Алексей не успевал следить за тем, как менялись его ощущения, желания, убеждения, жизнь превратилась в непрерывный поток: учения — подготовка — «экскурсии на места боевых действий» — получение денег — выходной, раз в две, а то и в три недели. В паузах, случайно возникающих в таком бешеном темпе работы, Алексей думал о Марте.
Наконец он осмелился назначить ей свидание.
Марта пришла на свидание в короткой юбке ярко-красного цвета и ярко-синей, обтягивающей фигуру кофточке. О том, что произойдет дальше, Алексей уже знал…
— И что же произошло? — спросил Алексея мужик, потягивая пиво.
К тому времени они уже успели взять по второй банке, на сердце у Алексея потеплело, события уходящего дня отодвинулись куда-то в сторону, накопившиеся нерешенные проблемы показались мелкими и ничтожными по сравнению с нахлынувшими сейчас на Алексея воспоминаниями…
— Ну? — спросил мужик.
— Что — ну? — передразнил его Алексей.
— Расскажи.
— Не понятно, что ли?
— Понятно-то понятно, но лишний раз послушать всегда приятно, — выдал мужик каламбур и рассмеялся.
Марта стала первой женщиной Алексея. Теперь каждый свой выходной он проводил с ней, Марта открывала ему новый мир, жесткий, если не сказать — жестокий мир неведомых Алексею человеческих отношений. Внешне демонстрируя холодность, Марта сама не замечала, как все больше и больше привязывается к Алексею, становится с ним все более и более откровенной…