Чай с Мелиссой
Шрифт:
– Мне страшно за свою жизнь. Идя работать обычной лаборанткой, причём у солидного учёного, к тому же знакомого моей тёти, я даже не представляла, в какую игру могу быть втянута, - призналась Мелисса.
– Не дрейфь! Прорвёмся!
– ободряюще положил ей руку на плечо Виктор.
Достигнув долгожданного момента, когда Мелисса сама проявила расположение к нему, Витёк неожиданно стушевался. Не того он добивался, не при таких условиях хотел заполучить в «свои девушки» умную, серьёзную и рассудительную Мелисску.
Они вернулись к домику. Виктор попрощался с Ангелиной Павловной и подошёл
– Я завтра позвоню, - проговорил ставшую уже привычной фразу Виктор и дежурно чмокнул Мелиссу в щёку, но потом, подумав, также чмокнул и в губы, и сразу же сел в машину, пока девушка не пришла в себя от его жеста.
Часть 14
***
Вечером того же дня Мелисса сидела в компании тётушки за маленьким столиком, который едва умещался на крылечке дачного домика. Они пили ароматный, располагающий к беседе, чай с мелиссой и чабрецом. Девушка не смогла удержать всё в себе и поделилась с Ангелиной Павловной.
Ангелина Павловна была для Мелисски настолько близким человеком, что порой казалось, ближе чем родители. Нет, Мелисса очень любила родителей, но они жили далеко. Приехав в этот город поступать в ВУЗ, она сначала обосновалась у тёти, а потом родители, продав неожиданно свалившееся на отца наследство в виде квартиры, купили своей дочери небольшую квартирку здесь.
Мелисса скучала по дому, по родителям, по друзьям, но постепенно и тут у неё появились хорошие знакомые, даже лучшая подруга, любимые места, каждодневные заботы, которые и вызывали привязанность, и в целом, назывались жизнью. Она долгое время не позволяла себе заводить животных, будто боялась, что всё ненадолго, и когда-нибудь она вернётся домой. Но потом успокоилась. И главной причиной этого спокойствия являлась Ангелина Павловна. Мелисса доверяла ей как самой себе и во всём могла на неё положиться.
К слову о животных, в данный момент Мелисскин любимец и, увы, главный мужчина в жизни - кот Чабрец, спокойно прохлаждался в доме Виктории, которая души в нём не чаяла. Вика обожала животных, но в отличие от подруги, не могла себе позволить такую роскошь из-за плотного графика. Но вот оказаться в компании Чабреца на недельку-другую было для неё настоящей радостью.
Ангелина Павловна уповала на то, что котику на даче было бы лучше, но Мелисса прекрасно знала, что Вика ни за что не согласится, да и в доме ему жилось ничуть не хуже, чем на даче. Это ж не тесная квартирка, в которой коту приходилось постоянно находиться.
Каждый, кто впервые слышал кличку кота Мелиссы, неизменно улыбался. Мелисса и Чабрец - звучало весьма оригинально.
– Ох!
– вздыхала Ангелина Павловна, хватаясь на голову.
– Альберт всегда был злопамятным. Умным, приветливым, но злопамятным. В школе его иногда ботаником дразнили за гипертрофированное увлечение биологией и химией, так он зубы стиснет, а потом какую-то подлость обязательно да сделает. Помню, парнишка у нас был Ванька Беляев, так вот он ему что-то сказал обидное, а Альберт отомстил аж через два года. Выставил Ваньку на посмешище. А уж времени-то сколько прошло, Ваня и не помнил уже, что когда-то цеплял Града. Вот так вот, - нахлынули
Мелисса сидела, вцепившись в кружку с живительным чаем и отмахиваясь от комаров, которые так и норовили впиться в не спрятанные под одеждой части тела.
– А что, если в полицию сообщить?
– придумала тётя.
Девушка невольно вспомнила разговор с Энаем. Теперь помощь полиции требовалась ей, а не пленнику.
– А что я им скажу? Что подозреваю, что уважаемый всеми профессор устроил за мной слежку из-за того, что я освободила его заложника, на котором он опыты ставил? К тому же заложник не был человеком, а был елесом!
– Мелисса поставила чашку и вздохнула.
– Они покрутят пальцем у виска и отправят восвояси.
– Да...
– протянула Ангелина, - тут ситуация не простая.
Мелисса прищурив глаза, склонила голову набок, почти так же, как это любил делать Энай.
– Тёть, а почему ты не удивилась моему рассказу об елесе?
– настигло её запоздалое удивление.
Тётушка добродушно улыбнулась.
– Да знала я одного... не елеса, конечно. Колдуна. Ох, красив был, чёрт эдакий. Влюбилась я тогда до беспамятства. Вот он мне и рассказал и об оборотнях, и о вампирах, и об елесах...
– заностальгировала Ангелина Павловна, вспомнив молодость.
Мелисса слушала, приоткрыв рот.
– А потом?
– не дождавшись продолжения, спросила племянница у тётки.
– А что, потом? Разошлись как в море корабли. Колдуны эти, маги, ведьмаки не такие живучие, как остальные существа, но тоже не сотней лет отмерен их путь. На что я ему? Он пошёл вершить свои великие дела, а я встретила дядю Толю, царствие ему небесное, - чуть не всплакнула Ангелина Павловна, вспомнив покойного мужа, которого не было уже восемь лет.
Мелисса поджала губу и виновато посмотрела на тётю.
– Лаод его звали, - продолжила Ангелина волшебный рассказ, дабы не смущать племянницу своей тоской по ушедшему мужу.
– Такие фокусы он творил. О! Кому б рассказала, никто б не поверил. А ты-то знаешь теперь, что всё - правда. Они ж старение замедляют, так что Лаод сейчас небось не как я выглядит, - улыбнулась тётя.
Мелисса считала, что Ангелина Павловна выглядит весьма достойно для своего возраста, даже гораздо моложе своих лет.
Мелисска часто слышала, как подружки тётушки в шутку говорили ей на очередном дне рождения, что та - ведьма, раз не стареет, а только хорошеет. Конечно, порадовать хотели, вот так комплимент сделать. Но теперь Мелисса и впрямь подумала, что увлечение молодости её тёти могло наложить свой отпечаток.
– Но я тоже вроде выгляжу ничего, - словно уловила мысли племянницы Ангелина.
– Почудесили мы с Лаодом, ох почудесили, вот и не старею быстро, не на свой возраст выгляжу, - подтвердила она догадки Мелиссы.
Мелисса довольно улыбнулась.
– А елес тот как выглядел? Молодо?
– вдруг спросила тётушка.
– Да. Лет двадцать, ну может двадцать пять, - вспоминая, задумалась она.
– Значит, остановился в этом возрасте. Они ж сами решают, когда прекратить дальнейшее старение. Оборотни и вампиры тоже.