Чай с Мелиссой
Шрифт:
В обед Альберт и его коллеги, в том числе даже Мишка, собрались на встречу с каким-то учёным. Встреча носила неформальный характер, поэтому они дружно укатили в близлежащий ресторанчик.
Мелисса спустилась в подвал и замерла на месте. Двигаться дальше по коридору не представлялось возможным: она могла попасть в объектив камеры. Так бы она и стояла, размышляя, если б не донёсшийся вскрик, а потом и стон из-за металлической двери, которая вопреки своему мощному и надёжному виду, имела отвратительную шумоизоляцию.
Девушка вернулась в лабораторию, ища браслет. Вдруг на этот раз
Мелисса заглянула в каптёрку охраны - Виктора не было. В монитор она увидела, что он лениво обходил территорию, треща по телефону, а потом и вовсе встал у ворот. Она как обычно отключила камеру в подвале, а вот изображение с новой камеры в коридоре передавалось как-то хитро, её отключить не удалось.
Медлить было нельзя! Мелисса бросилась в подвал, замок издал характерный звук, и она оказалась внутри злополучного помещения. То, что девушка увидела, повергло её в шок.
– Гад, какой же он гад! Маньяк! Нелюдь!
– причитала Мелисса, имея в виду Града.
Профессор пристегнул елеса ремнями к тому леденящему душу креслу. Энай словно был на операционном столе, вокруг вздрагивала, монотонно пищала и что-то выдавала на экраны подключенная аппаратура. Самое страшное было не это, а то, что всевозможные трубочки, похожие на капельницы были безжалостно вживлены в тело парня. Эти «адские нити» подходили к сердцу, органам, голове, не говоря уже о руках и ногах. Они не просто подходили, а именно проникали в тело, оставляя кровавые отметины, но кровь из ран не текла, - магия боролась за жизнь.
Мелисса отшатнулась. Она никогда не боялась крови и не отличалась впечатлительностью, но не могла переносить мучения других. Именно поэтому и не пошла в медицинский ВУЗ, а выбрала химико-биологический.
Но тут даже её нервы сдали, и сознание ненадолго поплыло. А когда она заметила ещё и рану на руке Эная (профессор вырезал кусок кожи, видимо, для очередного неизвестно какого по счёту опыта), то медленно присела на корточки, не в силах совладать с волнением.
Энай снова негромко застонал, и это заставило Мелиссу собраться.
– Живодёр!
– бубнила девушка себе под нос и страх сменялся злостью.
– Энай, как тебе помочь?
– обратилась она к елесу, не зная, что может сделать, чтобы ещё больше не навредить ему.
– Мелисса...
– проговорил он, еле ворочая языком, - отстегни ремни... не бойся... вытаскивай эти трубки...
– казалось, что Энай сейчас отключится, но всё же сознание не покинуло его.
Мелисса с остервенением дёргала за ремни, освобождая руки и ноги елеса. Дрожащей рукой она принялась вытягивать страшные трубочки из его тела. Когда Энай был избавлен от всей этой экзекуции, то начал понемногу приходить в норму. Девушка не верила глазам, видя, как ранки затягиваются и даже вырезанный кусок кожи постепенно восстанавливается.
Они сидели на полу, прислонившись спинами к стене. Мелисса, не отрываясь, смотрела
В нос бил запах каких-то препаратов, который заполнял помещение. Казалось, что пахнет хлоркой, но это было что-то другое. Потревоженная аппаратура противно взвизгивала, пищала, подавала сигналы SOS. На столе у профессора лежали ручки с цветными колпачками, из большой книги-энциклопедии торчала аляпистая рекламная брошюрка, которая находилась там вместо закладки, небрежно был брошен запасной футляр для очков. Всё говорило о том, что для Альберта Града данное помещение являлось обычным рабочим местом, его ничуть не смущало то, чем он занимался здесь.
– Ты отпускаешь меня?
– тихо спросил Энай, не открывая глаз.
Мелисса удивилась тому, как он мог ещё сомневаться в её намерении.
– Беги отсюда! Беги без оглядки! В здании только Виктор, но он тебе не помеха. Раз этот идиот (профессор) ставил на тебе опыт, то ядами тебя не пичкали какое-то время. Тебе хватит сил, я верю в это, - воодушевляющее проговорила Мелисса и дотронулась до его плеча. От прикосновения по её телу побежали мурашки.
– Благодарю, - наконец открыл глаза Энай и посмотрел на Мелиссу, а потом накрыл руку девушки своей ладонью и сжал её.
Энаю пришлось вернуться за решётку, чтобы переодеться. Но дверь была открыта нараспашку и «клетка» не представляла угрозы.
– Град поймёт, что ты мне помогла...
– задумался елес перед выходом.
– Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.
– Что он может мне сделать?
– бесстрашно проговорила девушка.
– Посмотри на меня и убедись окончательно, какой он на самом деле человек, - елес посеял в душе Мелиссы сомнение. В своих рассуждениях Энай был прав.
Мелисса кусала губу и с волнением потирала руки.
– А что, если сделать из тебя жертву?
– смекнул Энай.
– Тогда он не посмеет что-то предпринять против тебя, считая, что ты не виновата в случившемся.
– Но как?
– изогнула бровь Мелисска.
– Очень просто. Я наброшусь на тебя, - обнажил он клыки, намекая, - ты же знаешь, что мой укус пойдёт тебе на пользу, а он - нет. Для него я по-прежнему чудовище с необычными свойствами и живительной кровью. Он не знает правды о вампирах, а тем более - об елесах.
– Почему ты не рассказал ему?!
– удивилась девушка, полагая, что это могло облегчить его участь здесь.
– Для него я опытный образец ElEs23, ни о каких разговорах не могло быть и речи, - спокойно ответил Энай.
Мелисса с болью в глазах и сочувствием посмотрела на парня. Сейчас она вдруг поняла, что Град боялся Эная, за что и ненавидел. Эта власть над сильным радовала профессора не меньше его желания представить миру научное открытие и прославиться.
– Так что, согласна?
– призывал её к действию бирюзово-ореховый взгляд.
– Да, - кивнула Мелисса, не колеблясь.
– Процесс сам по себе сложный и люди всегда теряют сознание, поэтому как только почувствуешь, что тебе становится нехорошо, останови меня. Мне бы очень не хотелось бросать тебя здесь без сознания, - заботливо проговорил елес.