Часы времени

Акулов Василий Александрович

— Может, мне дашь часы погонять? — осторожно спросила Поля.

— Обязательно, вот только с этим делом разберусь.

— Ты все-таки хочешь снова туда?

— Да, — твердо ответила Воронцова.

— Ну и зря, вдруг что еще непредвиденное произойдет, так и будешь летать исправлять?

— Нет, я все тщательно продумаю.

— Слушай, — сказала вдруг Полякова, — а интересно, эти часы могут испортиться?

— Что?

— Ну они же не вечные, как по-твоему?

— А вот об этом я как-то и не подумала.

—

Представляешь, попадешь ты в прошлое, а там часы — бац и сломаются. Ты тогда и вернуться не сможешь.

— Ты зачем меня пугаешь?

— Не пугаю, а предупреждаю, — многозначительно сказала Полякова и серьезно посмотрела на Диану.

ГЛАВА III УСПЕХИ И ПРОВАЛЫ

Воронцова пришла домой и действительно стала размышлять, как исправить свою ошибку в прошлом. Надо все придумать так, чтобы не промахнуться. Но где-то в подсознании все же сидела мысль о том, чтобы все же предупредить Сергиева об опасности. Решение нашлось совсем неожиданно. Дина придумала такое, что должно было пройти. Девочка решила, что попадет не в тринадцатое июня, а в вечер двенадцатого. Тогда она сможет спокойно поговорить с этим человеком или придумает что-нибудь на месте. Надо постараться его убедить в том, что не стоит вставать под колокол.

В комнату вошел брат. Он посмотрел на озадаченную девочку и присел рядом.

— Сегодня у наших родителей юбилей, — сказал Максим.

— Какой еще юбилей? — спросила Дина.

— Ровно двадцать лет назад они познакомились.

— Интересно.

— Мама готовит праздничный ужин.

— Макс подошел к столу и посмотрел на разложенные учебники.

— Как придет папа, сразу садимся за стол.

Диана немного отвлеклась от своих мыслей и стала думать о маме и папе.

Как все-таки хорошо, что у нее такие родители, в этом им с братом крупно повезло. Они, конечно, ругаются, когда без этого не обойтись, но, по большому счету, очень понимающие и любящие.

— Слушай, — сказала Диана, — а где они познакомились — не знаешь?

— Вроде бы в каком-то городе, где папа учился, — ответил брат, — но точно сказать не могу, спросим.

— А как мы их поздравим?

— Надо подарить что-нибудь, — предложил Максим.

— Эх, магазины-то уже закрыты, — огорчилась Диана. — Что бы нам такое придумать? Знаешь, у меня есть праздничная открытка, давай ее подпишем?

— Давай.

Диана стала искать на полке открытку, которую купила еще месяц назад, потому что она ей очень понравилась. Тогда девочка не знала, для какого случая она может сгодиться, и вот случай явился сам собой. Девочка наконец достала и подала открытку брату.

— Писать будешь ты, — сказал Макс.

Диана села за стол, и они с Максимом стали придумывать поздравление. Через десять минут все было закончено — и как раз

вовремя. Из коридора послышался громкий голос Дмитрия Викторовича:

— Дети!

— Это нас, — засмеялась Дина папиной выходке. Он редко позволял себе вот так громко кричать на всю квартиру. Из этого следовало, что у него преотличнейшее настроение и сегодня действительно намечается праздник. Ребята вышли в коридор. Папа стоял с цветами в руках и обнимал Марину Владимировну. Потом он подарил букет маме, разделся, а мама убежала на кухню — делать последние приготовления.

— Жду всех через пять минут, — сказала Марина Владимировна напоследок.

Настроение у всех стало праздничным, особенно когда дети подарили свою открытку. Все сели за стол, и начался семейный ужин, из тех, что так любили все члены семейства Воронцовых.

— Папа, — попросила Дина, — расскажи, пожалуйста, как и где вы с мамой познакомились. Дмитрий Викторович прокашлялся и стал вспоминать.

— Это было в Ростове, да? — обратился он к маме.

— Да, — улыбнулась Марина Владимировна.

— Ровно двадцать лет назад. Я как раз заканчивал военную академию, а мама приехала в этот город на бухгалтерскую практику.

— Да, меня послали в Ростов на три месяца, — кивнула мама.

— Это случилось на танцах. Я пригласил Марину танцевать — так мы и познакомились.

— Нет, дорогой, я точно помню, что ты меня не приглашал, — возразила Марина Владимировна, — кажется, это я пригласила тебя — танец был белый.

— Ты явно что-то путаешь, — сказал Дмитрий Викторович, — я первый подошел к тебе и пригласил танцевать.

— Нет, это ты путаешь, — настаивала мама.

— Да какая разница? — спросил Макс.

— Большая, — ответила Марина Владимировна, — не хочу отдавать пальму первенства.

— Тем более что она моя, — вставил папа.

— Кто? — не поняла Диана.

— Пальма, — пояснил Дмитрий Викторович. Недовольство начинало нарастать. Родители сидели с горящими глазами, и никто не хотел уступать эту самую пальму.

— Нет, — сказал папа, — если ты хорошо подумаешь, то вспомнишь, что инициатива знакомства исходила от меня.

— Тут и думать нечего, — резко ответила мама, — я бы запомнила, если бы ты пригласил меня на танец, а я помню, что этого не было. Родители, похоже, окончательно поссорились. Так хорошо начавшийся вечер грозил перейти в большущую ссору, что в конечном итоге и произошло. Марина Владимировна так обиделась на Дмитрия Викторовича, а он, в свою очередь, — на нее, что они совсем перестали разговаривать.

Диана помыла посуду и вернулась в свою комнату. Ей было очень горько, что так все сложилось, и она хотела придумать, как можно помирить родителей. Но усталость одержала верх над попытками найти выход из создавшегося положения, и девочка уснула.