Частные уроки

Мейдт Рикс Джон

– Пойдем, пойдем.
– Нетерпеливо увлек его на кухню Фили.
– Знаешь, что сейчас со мной произошло?

– Что?
– для вежливости спросил Шерман.

– Хочешь попробовать угадать?
– Фили хотел заинтриговать приятеля.

– Нет, - сказал Шерман, выразительно покосившись на стоявших на кухне с бигудями в волосах в одних трусиках и маечках Джойс с подругой.

– А, ребята, вы хотите о делах поговорить... Тогда простите нас, издевательски сказала Джойс и вышла из кухни, высокомерно задрав

голову. Подруга, хмыкнув, последовала за ней.

– Да пошли вы... Уродки, - бросил им вслед Шерман. Дождался, когда они удалились и повернулся к Фили.
– Ну. Так в чем дело?

– Ладно.
– Фили не терпелось все рассказать.
– Примерно десять минут назад я был недалеко от спальни мисс Меллоу. Она говорит: "Ты не хочешь зайти, Фили?".

– Ну, - подначил друга Шерман, сбивая себе коктейль в миксере.

– А я говорю: "конечно". И захожу. И она спрашивает не хочу ли я посмотреть, как она раздевается догола.

Толстое лицо Шермана расползлось в любопытной улыбке:

– Догола?
– не веря, переспросил толстяк.

– Да, - подтвердил Фили и продолжил: - Я сказал: "конечно", и она разделась. Она сняла с себя все! Вообще все...

– Ну, а дальше что?

– Что значит "дальше что?".
– Не понял Фили.
– Дальше я приехал к тебе рассказать об этом.

– Ты что, шутишь что ли?
– возмущенно поразился Шерман глупости своего друга.

Поразился искренне - он был абсолютно уверен, что если бы оказался на месте Фили, то он бы не убежал. Блажен кто верует.

– Нет, я не шучу. Я серьезно!
– Фили разозлился.
– Ты, небось, со своей экономкой трахаешься каждую ночь, да?

– Нет, не каждую ночь, - ехидно заявил Шерман.

– Зря... Ты бы прекрасно смотрелся со старой Флоренс, - парировал Фили.

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ

Так прекрасно начинался день - и на тебе! Мистер Трэвис зашел в помещение, когда Фили с Шерманом подглядывали в щели в девчоночью раздевалку. Сколько ребят подглядывало в эти специально проделанные отверстия в стене - и никогда ничего! А тут попробовали разок (ну не разок, ну и что?) и сразу попались. Да честно говоря, там и подглядывать-то не за чем было - разве сравниться этим тощим фигуркам с едва обозначенными бугорками груди с точеными плотными формами мисс Меллоу?

Мистер Трэвис подманил их пальцем, хотел что-то сказать, но посмотрев на сконфуженные физиономии друзей воздержался.

– Пора вам поработать хорошенько на корте, - только и сказал инструктор по теннису, взял их за плечи и повел по вестибюлю.

Совершенно случайно взгляд Фили остановился на сидящей на большом кожаном диване девушке (ноги ее были неприлично раздвинуты - она так увлеклась беседой с тощим высоким прыщавым парнем, что перестала следить за своей позой и хошь не хошь взгляд остановится!). На беду мистер Трэвис перехватил взгляд Фили.

–

Э-эй, - предостерегающе сказал он.
– Будем считать на первый раз, что сегодня я ничего не видел, но вы прекращайте подглядывать в женскую раздевалку. Понятно?

Оба поспешно закивали утвердительно. Они уже подошли к выходу на улицу.

– Давайте идите, - инструктор подшлепнул их легонько по ягодицам.
– И работать как следует! Я потом подойду.

Друзья по дорожке пошли к корту, на котором всегда занимались.

– Странный он какой-то, - тонким своим голоском проверещал Шерман.

– Да уж, - согласился Фили.
– Они бы с Лестером составили идеальную пару тронутых по фазе.
– Фили остановился, любуясь проходящими мимо тремя пышнотелыми девицами в спортивной форме, пропустил их и развернулся, глядя им вслед и вспоминая о мисс Меллоу со спины.
– А вообще он хороший парень, этот мистер Трэвис. Мог бы нас и выгнать!

Они стали спускаться по узкой каменной лестнице к кортам.

– Выгнать?
– возмущенно пропищал Шерман.
– За что? За то что мы подглядывали в раздевалке? В таком случае за то, что было у тебя вчера с мисс Меллоу, вас обоих нужно арестовать!

– Да заткнись ты, давай играть!
– огрызнулся Фили. Ему вдруг стало неприятно, что Шерман заговорил о том, о чем он сам думал постоянно.

Когда он торопился с зачехленной ракеткой на занятия и спускался по черной лестнице (к велосипеду ближе), то у лестницы он увидел Николь, которая на специальной доске гладила джинсы. Сбоку на доске возвышалась стопка выглаженных рубашек.

– Фили!
– окликнула она его.

– Да.
– Он остановился и повернулся к ней в ожидании... В ожидании чего?

– Что-нибудь не так?
– спросила она, и Фили вдруг понял, что она сама смущается вчерашнего.

Фили неожиданно вспомнил о предупреждении Лестера, что у мисс Меллоу больное сердце, что ее нельзя расстраивать.

– Нет, нет, - поспешил заверить ее Фили.
– А что? Почему...

Хлопнула дверь, Николь повернулась. В комнату вошел Лестер с сигаретой в губах и рубашками на вешалке в руках. Он заметил Фили и пронзительно посмотрел на него.

Тот смущенно улыбнулся, словно застигнутый за чем-то очень неприличным.

Лестер перевел взгляд на экономку. Мисс Меллоу уставилась на него выжидающе-вопросительно. Он хотел что-то сказать ей, но вновь посмотрел на Фили, ухмыльнулся столь ненавидимой Фили мефистофелевской усмешкой и ушел, ничего не сказав и с рубашками в руках.

Экономка вновь принялась гладить и спросила у Фили:

– Ты стесняешься вспоминать о вчерашнем вечере?

– Нет, почему?

– Ты уверен? Что ты не стесняешься, что я вчера была голая перед тобой?

– Нет, - простодушно сказал Фили.
– А почему вы спрашиваете?