Часть
Шрифт:
–Боже, N-ов, не неси этой философской хуеты, меня бесит, когда ты так говорить начинаешь. – морщится Тимоха.
–Да хули ты ему объясняешь . – яростно восклицает Смирнов, брезгливо глядя на Тимоху.-Видишь же, что ему похуй, да, сука? Чмо, он и есть чмо.
–Тимоха. Тебе страшно. – продолжаю я.
– Мне ещё страшнее. Блять, Тимоха, я в ужасе на самом деле от того, что может начаться. Но ещё страшнее жить так и нихуя не сделать. Кто мы, сука, если утрёмся и смиримся? Как мы в будущем посмотрим в глаза своим детям, когда они появятся?
–Ладно…
–… мы им скажем, сын,
–Ладно, только заткнись! – Тимоха поднял глаза.
– Похуй уже, заебали они меня в край на самом деле. Давайте, я в теме.
–Как мушкетёры, бля. Один за всех и все за одного. – лыбится Смирнов и говорит Тимохе.-Смотри, бля, чтобы не было «один за всех, и все на одного!»
Он вытягивает кулак вперёд и мы рукой обхватываем его.
Лыбимся, смотрим друг на друга. Немного смущенно, виновато и… благодарно.
В условиях нашей службы долго ждать первого испытания нашей верности договору не пришлось.
Едва наша рота приехала с парка, как через минут пятнадцать объявили построение.
Все 120 тел построились, офицера нет.
Как обычно южане и «старшие», стоящие во втором ряду, прислонившись к стене, начали с ленцой пиздить впереди стоящих «молодых».
Я скручен, как пружина и жду, когда и до меня доебутся.
Сзади стоит Мухамедьянов и ради хохмы он ебашит мне в почку.
– Вернулся, проебщик? Ночью тебе пизда. – шепчет он мне.
Оборачиваюсь.
– Пошел на хуй. – жестко говорю я, чувствуя, как поднимается адреналин.
– Ещё раз меня ударишь сзади, я тебе так переебу, что дураком останешься.
Он на миг застывает от такого заявления, зато быстро отреагировали его соплеменники.
Сбоку в меня прилетает удар, сопровождаемый хрипло-рычащими проклятиями на чужом наречии.
Перед глазами сверкнуло, выскакиваю на «взлетку».
– Ну давайте пидоры!!! – ору не своим полу-истеричным голосом.
Из строя на меня вываливается человек 7-8, среди них и русские старшего призыва.
За секунду до столкновения бросаю взгляд на другой конец построения, в поисках моих новых «военных союзников», но ничего не успеваю увидеть.
Начинается рубка, бросаю удары. Кому-то попадаю, но чаще прилетает мне.
Не имея тогда ещё боксерской техники, но всё же понимая, что стоять на месте идея не из лучших, подседаю, качаю корпусом, бросаю наотмашь удары снизу и сбоку. Почти проканало, нехило роняю Сабирова – южанина, подсадившего на долги почти всех русских с младшего призыва.
Но меня быстро просчитали и кто-то просто уябывает
Щелчок на всю голову.
В глазах салют, в ногах вата.
Огни перед глазами проходят и вижу, что меня топчут.
Между ног бьющих меня вижу лицо Тимохи.
Он стоит в строю и смотрит прямо перед собой, будто была команда «смирно»..
Чуть поодаль от него вижу Смирнова, который так же отмахивается на другом конце «взлётки» против толпы.
Я уже гасну, пропустив пару пинков в голову, как раздается грозный пьяный вой.
– Все съебались в ужасе в строй!!!
Застучали галопом по полу берцы.
– Тибе писдец, тибя ипать сдес типерь будут! – шипит что-то в ухо.
Встряхиваю головой, все уже в строю.
Смирнов так же стоит на другом конце построения с полными ярости глазами и ссадинами на лице. Возле меня вечно бухой старшина.
Тот, как обычно, для виду спросил, что случилось.
Я как обычно сказал, что упал, а кто мне в этом помог, не видел.
Как всегда шакала это удовлетворило и я встал в строй, сопровождаемый подъёбками старшины.
– Ад для тебя теперь только начинается. – шепчет мне в ухо Муххамедьянов.
И он прав.
Я зажимаю глаза и прошу Вселенную дать мне сил, если уж не победить, то хотя бы не сломаться…
5.1 Первый круг. Испытание болью
После того неудачного бунта, начался мой первый круг ада.
Следующие три дня меня избивают где попало, в самых неожиданных местах и время.
Первый раз толпой накрывают на камбузе, точнее в раздевалке. Она представляет собой тесную каморку, которая габаритами рассчитана на 30 человек, но никак не на роту в сотню тел.
Из-за этого перед каждым приёмом пищи в раздевалке начинается библейское столпотворение. Все толкаются, орут, матерятся, даже бывают драки.
В такой момент и накрыли меня.
Толкучка, ругань, кругом лысые тела в военной форме.
Удар в затылок, тут же в позвоночник. Я пытаюсь обернуться, но из-за плотности тел сделать это сложно. Пока разворачиваюсь и вытаскиваю руки в верх, на меня уже ото всюду сыпятся удары. Рассмотреть нападающих не получается, так как вокруг везде мелькают тела в военной форме.
Взбесился, роняю бушлат и ебашу вслепую всех подряд.
–Ты что ахуел, я тебя трогал?! – орёт кто-то рядом и количество летящих в меня ударов увеличилось.