Часть IV

Любченко Лера

***

В Запретном лесу всегда тихо, если не прислушиваться. Но стоит отвлечься от собственного дыхания, как становится ясно, что лес полнится самыми разными звуками. Многим они показались бы зловещими, но для волшебника в них не было ничего страшного. Вот тихо потрескивает поле защитной магии – это антиаппарационная пелена вокруг Хогвартса; шуршат невидимые обитатели леса, которые не показываются на людях; вдалеке слышен призывный клич кентавров, трубящих общий вечерний сбор.

Молодой волк лежит, свернувшись. Это оборотень, но в нем сейчас не осталось ничего человеческого. Он воспринимает мир, как набор осязаний и внешних ощущений. К примеру, ему очень холодно.

Он, конечно, не знает, что в период первой трансформации волк всегда испытывает сильную лихорадку, и просто дрожит, уткнувшись влажным носом в мохнатые лапы. Его не терзает чувство вины, потому что ему не доступны сейчас человеческие чувства, он просто хочет уснуть, он устал. К тому же, он ранен: Ступефай, слетевший с палочки Главного аврора, отбросил слишком сильно, он ударился о стену, неудачно налетев на остро выпирающую арматуру, так как это был нежилой магловский район, и теперь истекает кровью, тщетно пытаясь зализать раны. Волк поднимает голову и начинает выть, выть страшно и тоскливо. Он зовет на помощь, но никто не услышит, а опознает вой раненого оборотня, то, скорей всего, заявит в аврорат, где уже завтра, по истечении трех суток, начнутся поиски пропавшего аврора Теда Люпина.

***

Лоркан Скамандер сидел, съежившись в большом зeленом кресле, и его желто-черная форма смотрелась чужеродно на фоне зеленого бархата слизеринской гостиной. Он с испугом смотрел на всех слизеринцев, его губы предательски дрожали, но он изо всех сил старался не плакать и сидеть ровно.

Альбусу Поттеру вдруг стало жаль мальчишку, ему и правда сильно не повезло попасть именно сюда. Укус змеи – это всегда страдания и боль. А змея не зря является бессменным слизеринским символом со дня основания школы. Кусать здесь умели всегда, и теперь не остается ничего, кроме как просто сидеть, стиснув зубы, и ждать, пока старший брат найдет выход из сложившейся ситуации.

– Встань, - пробормотал Альбус, подходя к креслу, в котором устроился напуганный хаффлпаффавец.

Лоркан послушно поднялся и выжидательно уставился на Альбуса.

– Пошли, - кивнул он, направляясь в спальню второкурсников, Лоркан послушно шел за ним, - здесь, - Альбус кивнул на пустую кровать в дальнем углу комнаты, - будешь спать. Закроешься пологом и можешь на всех наплевать. Они не посмеют что-то сделать.

Да, конечно, не посмеют, Альбус в этом уверен. Физического вреда Лоркану никто не причинит, но вот про всякие мелкие гадости Альбус решил просто не говорить. Такая возможность поиздеваться над представителем другого факультета - это же невероятная удача для настоящего слизеринца. Лисандру лучше поторопиться.

Внезапно в гостиной Альбус услышал громкие голоса и смех. Он решил посмотреть, что так развеселило однокурсников, и тихонько выглянул, оставив Лоркана одного осваиваться в комнате.

Староста как раз разгонял всех младшекурсников и девчонок по спальням, а старшие курсы столпились, загнав кого-то в угол и отпуская сальные шуточки, такие, что сомнений не было – там девушка.

– Что за… - мрачно спросил Альбус у Джона, который стоял к нему ближе всех.

– К нам гости, - осклабился Забини и рассмеялся вместе со всеми, когда напуганная гостья что-то пролепетала.

– Ладно, допустим, нам вообще любопытно наблюдать тебя здесь. Но вопрос, крошка, в другом. – Пароль? Откуда? – пробившись сквозь заслон слизеринцев, Альбус увидел, как кончик палочки Нотта упирается в горло Розе Уизли.

– Роза… - растерянно просипел Альбус, почувствовав, как горло мгновенно пересохло. Что она, дементор ее задери, здесь делает?! Дура! Мерлин Всемогущий, какая

же дура… как теперь ее отсюда вытаскивать? Альбус почувствовал невыносимое одиночество – очень не хватало Скорпиуса за спиной, его презрительной улыбки, спокойного тона, а больше всего - умения драться без палочки. Но и Альбус Поттер тоже что-то может, правда? Например, мамина защита от всех заклятий…

– Ты вроде ничего, девочка, только вот под мантией не видно, что там ты от нас прячешь? – увидев страх в глазах жертвы, слизеринцы заржали, а Роза побледнела, как полотно и, выставив вперед палочку, сказала срывающимся голосом:

– Не подходите… не подходите…

– И что ты нам сделаешь? – рассмеялся Пьюси, - побежишь жаловаться? – ты сама нарушила одно из самых главных правил – незаконно оказалась на территории чужого факультета и к тому же, - Эдвард победно улыбнулся, - тебе никто не поверит. Откуда пароль, заучка Рози

Роза замотала головой и зажмурилась, что-то прошептав. Альбус уловил защитную сеть чар, очень слабую, но все же. Немногие умеют это делать. Тем более, сеть подпитывалась извне кем-то еще. Альбус уверенно оттолкнул Забини и встал напротив старосты.

– Хватит, Эд, - сказал он, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно и развязно, - отпусти ее, искать же будут.

– Где? – удивился Чарли Нотт, - гриффиндорскую зубрилку будут искать в подземельях Слизерина?

Альбус замолчал – аргументы кончились. Осталось только одно: он схватил Розу за запястье и резко дернул на себя, - беги! – крикнул он, вскидывая палочку:

– Инкарцеро! Ступефай! Протего! Протего!

Создавшаяся суматоха позволила Альбусу и Розе выскочить из подземелий в коридор, где никто не сможет их тронуть, потому что это означало бы преследование на территории школы, что, конечно, карается незамедлительно.

Альубс даже думать не хотел, что будет, когда он вернется в гостиную своего факультета, где Эдвард уже освободился от пут, а Забини отошел от Ступефая, попавшего ему в руку.

За углом их ждал Скорпиус. В сумраке коридора, освещенного только слабым светом факелов, в мантии, надвинутой на лоб, он казался каким-то призраком, вокруг него распространялся еле заметный свет, он нараспев читал заклинания. Увидев их с Розой, тут же опустил палочку и приподнял брови, что выражало приветствие.

– И тебе вечер добрый, - буркнул Альбус, нервно оглядываясь.

– Погони боишься, Поттер? – спросил Скорпиус, скидывая капюшон и склоняя голову набок.

Альбус посмотрел ему в глаза, в них снова плясали озорные огоньки. Ни тени эмоций на лице, но глаза всегда выдавали Скорпиуса с головой.

Альбус вдруг расхохотался. Он смеялся громко, прислонившись к стене и вытирая выступившие слезы.

– Ты бы видел лицо Эда, когда я кинул в него Инкарцеро…

– Что, правда? – спросил Скорпиус, и в голосе прозвучала явная тоска – ему нестерпимо хотелось обратно на Слизерин.

– Правда, - ответил Альбус, отсмеявшись, - так что стряслось? Роза, что это вообще значило? Ты с ума сошла? Тебя бешеные пикси покусали? Какого ты поперлась в подземелья? А если бы я уже вообще спал?! – накинулся Альбус на притихшую Розу.

– Ты был нужен, - мы, кажется, поняли, как тебе выиграть первый тур. Как еще мы могли тебя вызвать? Патронусов вызывать мы еще не умеем. Скорпиус пройти не может, барьер. А я-то могу. Он сказал мне пароль.

– Ты сказал ей пароль от слизеринской гостиной? – Альбусу показалось, что лимит удивлений на сегодняшний день полностью исчерпан.