Часовые Запада

Эддингс Дэвид

– Нет, - признался Дарник, - но я уверен, что Польгара знает, что делает.
– Он взглянул на вечернее небо и вздохнул.- Наверное, уже поздно возвращаться на реку, - с сожалением произнес он.

Тетушка Пол, Ксера и Сенедра ежедневно наведывались в сад, но Гарион никак в точности не мог выяснить, чем же они занимаются, а на следующей неделе его внимание отвлек внезапный приезд его деда, Бельгарата-волшебника. Он сидел в своем кабинете с Эррандом, который увлеченно рассказывал о том, как дрессирует жеребца, подаренного ему Гарионом несколько лет назад.

Дверь распахнулась от бесцеремонного толчка, и на пороге появился Бельгарат со следами долгого путешествия на одежде и лицом мрачнее тучи.

– Дедушка!
– воскликнул Гарион, вскакивая на ноги.
– Что ты...

– Заткнись и сядь!
– рявкнул на него Бельгарат.

– Что?

– Делай, что тебе говорят. Мы с тобой сейчас поговорим, Гарион. То есть говорить буду я, а ты слушай!
– Он остановился, чтобы перевести шумное от гнева дыхание.
– Ты соображаешь, что ты наделал?
– вымолвил он наконец.

– Я? О чем ты, дед?
– спросил Гарион.

– Я о небольшом пиротехническом шоу, которое ты устроил в долине Мимбра, - ледяным тоном ответил Бельгарат.
– Об этой твоей импровизированной буре.

– Дедушка, - как можно мягче попытался объяснить Гарион, - они были на грани войны. В нее, возможно, была бы вовлечена вся Арендия! Ты сам говорил, что этого допускать нельзя. Я должен был их остановить.

– Мы говорили не о твоих побуждениях, Гарион. Мы говорили о способах действия. Зачем ты устроил эту бурю? Что вдруг на тебя нашло?

– Мне казалось, что это лучший способ привлечь их внимание.

– А больше ничего нельзя было придумать?

– Они уже вступили в единоборство, дед. У меня не было времени размышлять.

– Я же тебе тысячу раз говорил, чтобы ты не связывался с погодой.

– Ну, это же был исключительный случай!

– Если, по-твоему, это был исключительный случай, то тебе бы следовало посмотреть на снежный буран, который по твоей глупости поднялся в Долине, или на ураганы, разбушевавшиеся в Восточном море, не говоря уже о засухах и смерчах, которые ты пустил по всему свету. Ты что, не чувствуешь никакой ответственности?

– Я не знал о таких последствиях!
– в ужасе воскликнул Гарион.

– Ты обязан был знать!
– прорычал ему в лицо Бельгарат, побагровев от гнева.
– Нам с Бельдином понадобилось полгода непрерывных разъездов и бог знает каких усилий, чтобы все более-менее утихомирилось. Ты представляешь, что этой своей безмозглой бурей ты чуть было не изменил климат на всей земле? И что такая перемена явилась бы всемирной катастрофой?

– Одна крошечная бурька?

– Да, одна крошечная бурька, - передразнил Бельгарат.
– Твоя крошечная бурька в нужное время в нужном месте чуть было не изменила климат на последующие несколько эр во всем мире, голова садовая!

– Дедушка, - попытался возразить Гарион.

– Ты знаешь, что такое ледниковый период?

Гарион, бледный как полотно, покачал головой.

– Это когда температура опускается - чуть-чуть, почти неощутимо. Но из-за этого на крайнем севере снег летом

не тает. Он накапливается год за годом. Так образуются ледники, которые начинают продвигаться все дальше и дальше на юг. Всего лишь через несколько веков в результате твоего небольшого представления на драснийские болота надвигалась бы стена льда высотой в два фута. Ты бы похоронил Боктор и Вал-Алорн под куском льда, идиот. Ты этого хотел?

– Конечно нет, дедушка, я правда не знал. Если бы я знал, не стал бы этого делать.

– Большое утешение для миллионов людей, которых ты чуть было не уложил в ледяную могилу, - с сарказмом отпарировал Бельгарат.
– Никогда больше не смей этого делать! Никогда не смей даже думать о каких-то действиях, пока всего досконально не изучишь. И даже тогда лучше не рисковать.

– Но ведь вы с тетушкой Пол вызвали тогда грозу в Лесу Дриад, - защищаясь, вспомнил Гарион.

– Мы знали, что делаем, - завопил Бельгарат.
– Там не было опасности.
– Старик с большим усилием взял себя в руки.
– Никогда не смей баловаться с погодой, Гарион. По крайней мере, пока у тебя за плечами не будет как минимум тысячелетнего опыта.

– Ждать тысячу лет?

– Не меньше. А в твоем случае, может, и две тысячи. Тебе просто на редкость везет. Ты со своей инициативой всегда оказываешься в самом неудачном месте в самое неудачное время.

– Я больше не буду, дедушка, - горячо пообещал Гарион, содрогаясь при мысли о том, как на землю неумолимо надвигаются ледяные глыбы.

Бельгарат наградил его долгим взглядом исподлобья и больше об этом не говорил. Потом, снова обретя спокойствие, он развалился в кресле у огня с кружкой эля в руке. Гарион достаточно хорошо знал своего деда, поэтому, чтобы привести его в приятное расположение духа, предусмотрительно послал за хмельным напитком, как только буря слегка поутихла.

– Как твои занятия, мой мальчик?
– спросил старый волшебник.

– Да у меня все как-то времени не хватает, - виновато ответил Гарион.

Бельгарат пронзил его ледяным взглядом, и по проступившему у него на шее пятнышку Гарион догадался, что у старика внутри опять все вскипает.

– Я очень виноват, дедушка, - поспешно извинился он.
– С сегодняшнего дня я что-нибудь придумаю, чтобы найти время.

Бельгарат выпучил глаза.

– Не надо, - быстро сказал он.
– Ты и так уже такую кашу заварил с погодой. А если ты начнешь баловаться со временем, даже боги не предскажут, что из этого получится.

– Я не это имел в виду, дедушка.

– Тогда точнее выражайся. Недомолвки нам ни к чему.
– Он перевел взгляд на Эрранда.
– А ты что здесь делаешь, малыш?
– спросил он.

– Я здесь с Дарником и Польгарой, - ответил тот.
– Они решили взять меня с собой.

– Польгара здесь?
– удивился Бельгарат.

– Я попросил ее приехать, - объяснил Гарион.
– Она помогает мне разрешить одну небольшую проблему - по крайней мере, мне кажется, что она ее решает. Я в ее действиях ничего не понимаю.