Часовая битва
Шрифт:
Да это же Часовой Круг! И стрелки, окрашенные в цвета Ключей, тянутся именно к тем кружкам, на которых стоят их хозяева. Выходит, Эфларус с самого начала задумывал Часовой Круг, еще во время строительства легендарного замка…
Василиса почувствовала внимание зодчего и ответила ему таким же прямолинейным взглядом. Миракл хитро улыбнулся — понял, что она верно разгадала рисунок.
— А разве Эфларус не был безумен? — неожиданно спросил Фэш. — Зачем он уничтожил этот замок? Почему он не оставил все свои секреты и исследования потомкам?
Миракл одарил
— Думаю, что Эфларус был не безумнее всех нас вместе взятых, — с улыбкой произнес он.
— Но он расколол замок надвое, — неожиданно поддержал Фэша Маар. — Из-за чего ход времени нарушился, и все строение ухнуло куда-то во Временной Разрыв.
— Даже сейчас замок не стоит на месте, — кивнул на это зодчий. — Он как бы кочует, перемещается, из-за чего мы выискиваем его новые координаты для каждой нашей экспедиции…
— Но почему Эфларус просто не передал Ключи часовщикам? — снова спросил Фэш. — Или он не хотел, чтобы те попали к Духам, и поэтому спрятал Ключи на Эфларе?..
Зодчий подавил быструю одобрительную усмешку, а вот Рок, наоборот, глянул на Фэша с неодобрением.
— Да, семь Ключей достались эфларским часовщикам. Вполне вероятно, что великий часодей предвидел многое… И знал, что за секреты Времени развернется нешуточное противостояние. Подумать только, в этих комнатах находятся семь самых важных секретов часодейства… И только два из них еще не раскрыты.
— Возможно, мы все наконец-то вспомним, зачем пришли в эту часовую обитель? — Голос Рока прозвучал неожиданно громко, гулко отразившись от купола часовни.
— Черноключница! — вновь громыхнул он. — Надеюсь, ты помнишь, зачем мы пришли в это часодейное место?
Василиса торопливо достала тиккер. Маар, словно только и ждал команды, мигом оказался рядом и протянул ей на ладони Бронзовый Ключ.
— В этот раз все пройдет как надо, — твердо пообещал он.
Василиса нервно улыбнулась ему и снова пустила медальон по кругу против часовой стрелки, в прошлое. Она так рассудила, потому что Родион Хардиус говорил о восьмерке как о замкнутом круге, а Миракл утверждал, что бронза — это память, время былого…
Она без особых усилий вызвала часовой флер — разноцветные цифры плотно усеяли весь инерционный купол, превратив его в пестрый колокольчик, переливающийся всеми цветами радуги.
Прошла минута, другая, пятая, а мантиссы все не появлялись. Василиса чувствовала напряжение присутствующих, видела, как замерла в ожидании ладонь Маара с Бронзовым Ключом. Она сосредоточила всю свою волю на вращении тиккера — только бы получилось, только бы произошло…
Но Бронзовый Ключ упорно молчал, и столь ожидаемый шлейф из восьмерок — знаков ключей — все не появлялся.
Рок презрительно сузил глаза, внимательно наблюдая за равномерным ходом медальона. От волнения Захарра сжала кулаки, а Фэш, внешне оставаясь спокойным, все же не выдержал и закусил губу, выдавая свою тревогу. Лишь один Миракл не смотрел на Василису, скользя рассеянным взглядом по стенам часовни, словно ему было все равно.
Василиса
Девочка ощущала, что начинает тонуть в своих страхах и опасениях, что переживания мешают сосредоточиться, и вот онемевшая от напряжения рука мелко задрожала, и даже инерционный купол начал бледнеть…
И вдруг над головой Василисы промелькнула чья-то быстрая тень. Не отрываясь от тиккеровки, она осторожно подняла глаза и увидела Николь.
Да, это была та самая девочка-эррантия, немного смущенная, но, судя по легкой улыбке, настроенная доброжелательно. Она была одета в свое любимое длинное платье из тонкого белого материала. Ее волосы охватывал веночек из свежих васильков и ромашек, а на щеках играл яркий румянец, будто она только что вернулась с прогулки на свежем воздухе.
Николь подлетела ближе и опустилась рядом с Василисой. К удивлению последней, никто не замечал новоприбывшую: Маар не сводил глаз с продолжавшего крутиться на цепочке медальона, Фэш с подозрением наблюдал за самой Василисой, Захарра и Миракл смотрели по сторонам — очевидно, чтобы не смущать черноключницу пристальным вниманием.
Сама же Николь внезапно нахмурилась и сердито покачала головой, похоже не одобряя действий Василисы.
— Я делаю что-то неправильно? — тихо прошептала та.
Вместо ответа Николь тронула медальон, нарушив его движение по кругу. После чего ее ладошка легла на пальцы Василисы, сжимавшие нить цепочки, и заставила тиккер двигаться немного в другом направлении.
Медальон начал описывать над Бронзовым Ключом восьмерку за восьмеркой.
«Вот это да! — потрясенно подумала Василиса. — А ведь Родион Хардиус говорил мне о связи восьмерки с тиккером!»
Выходит, просто следовало поменять движение тиккера? Пустив его не по кругу, как обычно, а по траектории восьмерки — знаку бесконечности, олицетворяющей связь между прошлым и будущим, связь движения по часовой стрелке и против часовой стрелки…
— Василиса, что ты делаешь? — с интересом спросил Миракл, прерывая философские размышления девочки. — Ты… уверена?
Вместо ответа Василиса подняла на него сияющий взгляд: да, теперь она точно была уверена.
И вот, в подтверждение ее мыслей, Бронзовый Ключ начал превращение: его структура вдруг потеряла твердость металла, расплавилась, забурлила, вскипая пузырями, словно раскаленная лава, брызнула вверх фонтаном и — осыпалась песочной крошкой.
Глаза Маара распахнулись от удивления: на его ладони лежала коричнево-золотистая горстка песка, лишь отдаленно напоминающая очертания ключа. Вдруг, словно под флейтой заклинателя змей, из песка поднялся тонкий дымок, все более и более увеличиваясь в размерах, пока не навис над Василисой и Мааром огромным мерцающим облаком насыщенного охристо-коричневого цвета.